Зубных дел мастер (СИ)
Все произошло, как говорил профессор. Сначала Кира вызвали во ВТЭК. Там слух проверили и попросили сдать удостоверение инвалида. А вскорости пришла повестка из военкомата. Здесь будущего призывника обследовали тщательно и долго, проверив все: слух, зрение, спирометрию[4], рефлексы и другие показатели. В итоге Кир предстал перед комиссией, выносившей заключение о годности призывника.
— Так, что у нас? — спросил глава комиссии, представительный мужчина в возрасте за пятьдесят. — Чернуха Константин Васильевич, год рождения 1960-й. Практически здоров. Выходит — годен?
— Увы, не так, — заметила немолодая женщина, сидевшая с ним рядом. — Он разговаривает плохо и очень сильно заикается. Был инвалидом по врожденной глухоте. Слух у него восстановился, но с речью плохо. Органический логоневроз.
— Что, правда? — глава комиссии посмотрел на Кира.
— П-п-правда, — запинаясь, ответил призывник.
— Заики в армии не служат, — сказал глава комиссии. — Пока ответит командиру, враг позиции займет. Нестроевой. Кто он на гражданке?
— Зубной техник, — подсказала женщина.
— Есть ВУС[5] такой: зубные техники, — кивнул глава комиссии. — Его впишите в карточку и призывнику в билет. С пометкой: подлежит мобилизации лишь в случае войны. Свободен. Следующий!
Решение комиссии обрадовало Кира — служить он снова не хотел. Чему здесь могут научить офицера вооруженных сил Республики? Его готовили к совсем другой войне, в которой воины не отправляются в атаку с автоматами, а их встречает артиллерия и пулеметы противной стороны. Вместо пехоты в Обитаемых мирах в атаки ходят и летают дроны. И побеждает тот, чьи дроны совершеннее и у кого их больше, а операторы военных роботов обучены получше. Пехота тоже есть — штурмовики в броне из композитного материала, в чью задачу входит зачистка оборонительных узлов противника после того, как их раздолбали с воздуха, а дроны подавили очаги сопротивления. Многомиллионных армий, как у землян, в Республике давно не собирают — невыгодно. Военным нужно жалованье, их надобно учить, лечить, а с выходом в отставку — предоставлять жилье и пенсии. Поэтому армия Республики немногочисленная и состоит из хорошо обученных специалистов. В Империи — аналогично, хотя в ней есть территориальные войска, в чью задачу входит отражать инопланетную агрессию, когда с ней не справляются профессиональные военные или же они запаздывают с помощью. Но территориалы не служат постоянно, их периодически и ненадолго собирают для обучения и слаживания. Ну, и бойцы они, конечно, не чета профессионалам, похуже будут. Хотя на Фио армии Республики они вломили будь здоров. Умылись кровушкой элитные специалисты…
Но все это — вызов в ВТЭК, комиссия в военкомате случилось позже. Прежде с Киром произошло одно событие…
Спустя два дня после того, как он закончил работу над протезом, так восхитившим техников, в лабораторию заглянул Ионыч.
— Константин, вас можно на минуту? — спросил у Кира.
Кивнув в ответ, Кир встал и вышел в коридор. И там, помимо Каца, увидел молодую женщину, красивую и стройную. Спустя мгновение, чуть присмотревшись, Кир понял, что она не слишком молода — лет сорока, а то и больше, о чем свидетельствовали морщинки возле глаз, заметные на загорелой коже. Еще морщинки есть на лбу и шее. Но все равно красива, несомненно. Большие карие глаза под длинными ресницами, высокий лоб, прямой и тонкий нос и чувственные губы. Лицо овальное, с чуть острым, но приятным подбородком, а маленькие ушки украшены сережками в форме сердечек, усыпанные сверкающими камушками. Бриллианты? Одета в легкий, светлый сарафан и босоножки. В руке — миниатюрная сумочка из белой кожи, что удивительно — здесь женщины с куда объемистыми ходят.
— Вот, познакомьтесь, это Константин, — представил Кира врач. — Техник, который выполнил для вас работу.
Кац не сказал «протез», Кир понял, почему. Для многих пациентов это слово неприятно: раз у тебя протез, то, вроде, инвалид.
— Эльвира Николаевна, актриса, — продолжил Кац. — Ей так понравился ваш мост, что захотела поблагодарить вас лично.
— Вот этот мальчик сделал? — актриса удивилась. — Да он совсем молоденький!
— Но руки золотые, — улыбнулся Кац. — Поверьте мне, Эльвира Николаевна, он многим техникам из ветеранов фору даст. Если не загордится, конечно, а то бывает, знаете.
— Надеюсь, не зазнается, — актриса улыбнулась. — Спасибо, Константин! Вы — волшебник! Смотрела в зеркало и видела себя помолодевшей, как будто сбросила лет двадцать. Ну просто голливудская улыбка получилась. И, что не менее приятно, совсем не чувствую протез во рту, он мне нисколько не мешает.
— Это в-в-врач, — Кир указал на Каца. — С-с-слепки с-с-снял отличные.
— А отчего вы заикаетесь так сильно? — полюбопытствовала пациентка.
— Еще недавно он совсем не говорил, — ответил Кац. — Глухонемым родился. А этим летом в отпуске попал под молнию. Чуть не погиб, зато слух к нему вернулся, но говорит пока что, заикаясь.
— Как интересно! — актриса покачала головой. — Чуть не погиб… Бедный, — она погладила его по голове. — Спасибо, Константин, вам, Михаил Ионович! Пойду…
Она ушла по коридору, Кир с Кацем проводили ее взглядами. «Фигура замечательная, — подумал Кир. — И это в ее возрасте…»
— Актриса, — словно вторя его мыслям заметил Кац. — Жена большого человека. Держите, Константин, — он протянул ему конверт со слепками. — Как сделаете, отдадите мне, не Ковалевой. Понятно?
Кир радостно кивнул — вот и халтурка подвалила, как говорит Максим. Что просто замечательно, а то с деньгами у него не очень — и это еще, мягко говоря. На коронках и со съемными протезами не заработаешь прилично — расценки низкие. А вот за мостик для актрисы ему заплатят хорошо — ведь там фасетки, облицовка. Рублей шесть выйдет или даже больше. Но такой работы у него пока что мало…
После работы Кир пошел домой пешком — размяться, ну, и денег сэкономит на проезде. Ведь на работе он почти что целый день сидит. Хорошо б заняться бегом, но нужна особая одежда — тренировочный костюм и кеды. А у него нет денег, чтобы их купить. Когда в квартире нет хозяйки, он разминается в одних трусах, воспроизводя по памяти военный комплекс упражнений. А там не только приседания, наклоны и отжимание от пола, как принято в местной физкультуре. Есть бой руками и ногами, прыжки с переворотом воздухе, изометрические упражнения. Закончив комплекс, Кир проветривает комнату — Люция Мечиславовна не любит запах пота, а после принимает душ. Последнее — с огромным удовольствием. Воды здесь много, и расход ее никто не контролирует — мойся хоть целый день. Хозяйке нравится, что постоялец чистоплотный, а также, что он не только ежедневно принимает душ, но и стирает свои вещи. Она сама такая…
На перекрестке Кир перешел проспект и двинулся вдоль Плеханова. Но тут внезапно у обочины остановилась красная машина — «жигули», как называли здесь такие. Распахнулась дверца с пассажирской стороны, и в проеме Кир увидел лицо Эльвиры Николаевны.
— Садитесь, Константин! — сказала она громко и подкрепила это жестом. — Живей!
Кир удивился, но приглашению последовал. Как только он захлопнул дверцу, «жигули» сорвались с места и покатили по Плеханова. На перекрестке развернулись и поехали обратно.
— К-к-куда м-м-мы? — удивился Кир.
— Ко мне, — ответила актриса. — Хочу вас угостить за отличную работу. Кац прежде, чем поставить мне протез, показывал его другим врачам, они все дружно восхищались.
— Это м-м-моя р-р-работа.
— Работу делают по-разному, — не согласилась с ним актриса. — Не мне вам объяснять — и сами знаете. Не вздумайте отказаться! Я стол уже накрыла.
Кир поднял руки, словно говоря: «Ну, что вы, даже в мыслях не было!» Эльвира Николаевна кивнула и повела машину дальше. Покинув Серебрянку, их «жигули» выкатились на Аранскую, затем в итоге выбрались на Кирова. Здесь, возле стадиона, автомобиль остановился.
— Вот в этом доме я живу, — актриса указала на стоявшее напротив здание. Второй подъезд, второй этаж, квартира 28. Сейчас вы выйдете и погуляете минуток десять, а после поднимайтесь и звоните. Я не хочу, чтобы соседи видели, как я вас привезла во двор, и мы вошли в квартиру вместе. Муж в санатории, начнутся сплетни. Не возражаете?