Инкаба (СИ)

Альрик пришёл в себя:
— Мы здесь одни?
Веснушка медленно покачала головой. Альрик начал испуганно вглядываться в темноту:
— Это макабы?
— Ага, — кивнула девочка и обратилась уже к их спасителям, — спасибо! Вы не знаете, кто это был?
Высокий мужчина в сером пиджачном костюме ответил:
— В Зумрате никто не носит форму такого цвета. А эти появились недавно, все зовут их чогами. Я — Шрам.
Мужчина приподнял штанину, вдоль щиколотки тянулся давний порез.
— Это вот Лампа, — у девушки на запястье оказалась татуировка в форме керосиновой лампы, — а это Толстяк.
От стены отделился третий макаб, невысокий и пухленький.
— Я теперь Веснушка, — грустно сказала девочка, — а вы… давно?
— Лет по десять не меньше, я и Толстяк, а Лампа недавно, — объяснил Шрам.
— А таких много в Зумрате? — спросила Веснушка.
На этот раз ответила Лампа:
— Говорят да. Нам не дают собираться.
— Кто не дает? — удивилась Веснушка.
В ответ макабы непонятно пожали плечами. Шрам спросил:
— Есть хотите?
— Хотим! — все это время Альрик настороженно стоял в углу, но последнюю явно услышал.
Макабы встрепенулись:
— Он видит нас! Но как?
Веснушка объяснила:
— У нас с ним магический договор. Он видит меня и остальных, похоже. Если долго находиться рядом.
Шрам, Толстяк и Лампа подошли вплотную к Альрику. Девушка робко спросила:
— Можно? — и протянула тонкую руку к алой жилетке мальчика.
Тот неуверенно кивнул. Пальцы Лампы пробежались по цветной одежде, легонько коснулись золотистых волос на затылке, потом упали на складки собственного темно-серого платья. Девушка встрепенулась:
— Вам надо уходить. Вот еда, — Лампа принесла из соседнего подвального помещения свертки, — нас кормят, и то спасибо.
— Кто? Кто кормит? — нахмурилась Веснушка. — Те же, кто не дает собираться?
— А ты соображаешь, — впервые подал голос Толстяк, — вам есть, где переждать?
— Нам нужно к Непролазным горам, — ответила Веснушка.
Макабы присвистнули:
— Западные ворота далеко. Придется идти нижним этажом.
— Нижним этажом чего? — не понял Альрик.
Лампа хихикнула:
— Увидишь.
Следующие полчаса Веснушка и Альрик охали и ахал. Оба слышали легенды о подземном ярусе Зумрата, но им и в голову не приходило, что он существует! Узкие, освещенные полярными лишайниками коридоры петляли и разбегались под городом. Кое-где виднелись люки и лестницы, схемы проходов, в некоторых коридорах лежали узкие рельсы. Местами Веснушке слышалось жужжание, а может это уши звенели от тишины.
— Почему их не затапливает? — спросил Альрик, когда компания прошла не меньше километра по катакомбам.
— Город на возвышении, — объяснил Шрам, — свет от мхов, за коридорами регулярно ухаживают.
— Спрашивать кто ухаживает бесполезно? — хмыкнула Веснушка.
Толстяк оглянулся на нее с улыбкой, но Лампа пихнула его в бок.
— Вот тут последний люк, — сказал Шрам, когда процессия уткнулась в тупик, — лезьте осторожно и бегите к воротам.
Веснушка обняла каждого из новых знакомых. Альрик подошел к Лампе, повернулся к ней затылком, сдвинув наверх отросшие волосы. Девушка снова легонько коснулась его имени — красного силуэта малиновки, улыбнулась, зашевелила губами.
— Увидимся, — сказал Шрам Веснушке и трое макабов медленно пошли в обратную сторону.
Альрик и Веснушка долго смотрели друг на друга. У девочки дрогнула нижняя губа:
— Я не хочу как они. Десять лет.
Мальчик взял ее за руку:
— Сделаем все, как надо. Король наградит. Тебя спасут. Все будет как надо.
Веснушка вздохнула со всхлипом, шумно втянула носом воздух, закашлялась:
— Спасибо, — ответила хрипло.
Впервые подумала, что повезло иметь договор с кем-то настоящим, у кого все еще есть имя.
— Ты первая, — сказал Альрик.
Веснушка подошла к отполированным подошвами скобам, вбитым в стену. Схватилась руками повыше, поставила ботинок на ступеньку, когда на ноге повисло что-то тяжелое:
— Ай! Это снова он! Мосси, откуда ты здесь!
— Тут его бросать нельзя, — покачал головой Альрик, — я возьму его.
 
Лезть пришлось высоко, а у выхода лишайников почти не было, как и света. Люк оказался тяжелым и Веснушка с трудом смогла приподнять его край. Альрик шумно забрался повыше, сдвинув в сторонку подругу и одним ударом выбил проем вверх.
Люк оказался замаскирован под широкий булыжник в глухом кирпичном проулке. Дети выбрались наверх, плотно прикрыли крышку лаза. За углом шумели голоса, кто-то смеялся. Веснушка осторожно выглянула наружу.
— До Западных ворот метров двести. Побежим?
— Нет, пойдем, — решил Альрик, — просто быстро. Чтоб не спалил никто.
Оба старались не смотреть по сторонам и неосознанно, крепко держась за руки, добрались до выхода из города. Там за каменной стеной тянулись мелкие деревянные постройки, лавочки, а еще дальше начинался луг.
Солнце впереди медленно клонилось к горизонту. Пики Непролазных гор казались вырезанными из черной бумаги на его фоне. Мышцы Веснушки и Альрика звенели как струнки, ноги гудели, готовые сорваться с места в любой момент. Но их никто не окликнул, не погнался. Мало-помалу, дети ушли далеко от городской стены, оказались на проселочной дороге, среди высоких трав с одной, и рядами подсолнухов с другой стороны.
Над ними медленно сгущались сумерки, от земли тянуло вечерней прохладой. Альрик и Веснушка смущенно обнаружили, что все еще держатся за руки и спешно расцепили ладони. Медленно зашагали в сторону Непролазных гор.
Детям казалось, что до гор рукой подать, но те будто двигались одновременно с ними и ближе не становились. Изредка попадались сонные домики, на дороге им встретилась белоснежная лайка в цветном ошейнике. Она хитро покосилась на путешественников, в несколько прыжков оказалась рядом, присела на передние лапы. Мохнатый хвост крендельком замолотил в воздухе. Веснушка робко погладила стоячие ушки, лайка шумно обнюхала руку девочки, фыркнула. Потом замерла, прислушалась и стрелой полетела в гущу травы, где принялась копать не хуже крота.
Веснушка и Альрик долго на нее оглядывались.
— А кто-нибудь знает, что за Непролазными горами? — спросил Альрик.
Веснушка, любившая географию, с удовольствием ответила:
— Другие страны. Границы нашего Тамундуса проходят по Кукушкиной гряде. Если на юге у нас море и там далеко и долго никого, не считая мелких островков, то с этой стороны, на севере и немного западнее — Вилланхир.
— Слышал про эту страну, — встрял Альрик, — у нас оттуда чеканная тарелка, папа еще давно привез.
— Ого! — удивилась Веснушка, — Вилланхир закрытый, туда попасть, говорят, непросто.
Разговор утих. Ночь сгущалась, скоро утоптанный грунт под ногами начал сливаться в сплошное бурое пятно. Высокие травы и подсолнухи тянулись слева и справа сплошной стеной. Начали редеть, редеть, сошли на нет и тогда в темноте тут и там стали появляться силуэты высоких дубов. Пронзительно закричали совы.
— Ай! — Веснушка хлопнула себя по затылку.
За первым комаром налетели еще и еще, дети пошли почти бегом, шипя и пытаясь прихлопнуть на ходу самых наглых кровопийц.
— Так дело не пойдет, — наконец остановился Альрик, — нам нужна ночевка. И кушать хочется давно. О! Ты чувствуешь?
Веснушка испуганно вгляделась в темноту:
— Что?
— Мятой пахнет! — обрадовался мальчик, — мама ее на подоконнике выращивает, чтобы комары не залетали. Давай, натирайся!
Альрик почти наощупь нашел у дороги кусты мяты, сорвал пучок и протянул подруге. Комары начали зудеть еще противнее, но кусать перестали. Путешественники развернули свертки макабов, там оказались сладкие батончики, хлеб, сыр. Чтобы нарезать их, Веснушка достала из узкого поясного кармана ножичек в чехле. Альрик присвистнул, разглядев, что это блестит:
— Это из мастерской Кеконы. Специальный, для магических ниток, у каждой вышивальщицы есть.