Второй шанс. Книга вторая

И мы не пошли в чайную на углу Площади Катастроф, откуда открывался дивный вид на дворец и где подавали неимоверно вкусный местный чай. Мы никуда не пошли.
Головокружительный переход вернувший нас в Башню ВАДа, дверь, которую я с грохотом закрыла за своей спиной, и мрачное решение послать к асурам все просьбы магистра Ксавьена. У Каенара не будет послаблений в учебной программе. Ни единого послабления! А учитывая тот факт, что ему еще предстоит удвоить усилия в освоении учебного материала, чтобы превзойти академические успехи Эльтериана
И мы еще посмотрим, кто и сколько выдержит!
  * * *  
Утром я первым делом отправила письмо лорду Аскеа. Затем, передала сообщение магистру Ксавьену, сообщив о стремлениях Эльтериана и необходимости вовсе не снизить, а напротив — существенно увеличить учебную нагрузку кронпринца. И лишь после этого отправилась на кухню.
Ответ от лорда Аскеа мне принес облаченный в пугающе черно-непроницаемый костюм сотрудник тайного департамента. К сожалению, посол Хаюга от империи Аммемн все так же настаивал на аудиенции императора и высказывал настойчивое пожелание лицезреть кронпринца.
Отдав последние распоряжения по поводу завтрака для его императорского высочества, я покинула ВАД.
  * * *  
— Ссссто?! Сссшшшто вы делаешшште?! — разъяренно шипел посол Хваюга. Он был достаточно силен, учитывая его родословную, и возвышался на голову над эстетичным лордом Аскеа, но это ничуть не помогло послу Аммемна — глава тайного департамента мог дать сто очков вперед любого карманника, так что молниеносный обыск продолжался. — Как высссссшшш шшшмеете?! — посол не успевал за быстрыми движениями лорда Аскеа, и я поняла, почему никто не стал его сковывать или связывать. — Здесь лллледишш! негодование посла множилось с каждой потерянной деталью одежды. Не такая уж я и леди. А еще весьма радует тот факт, что на мне всегда присутствуюет маска я узнала посла накануне, а вот он меня нет. После слов о том, что здесь присутствует леди, оба помощника лорда Аскеа вопросительно воззрились на меня, я махнула затянутой в ажурную черную перчатку ладонью, выражая требование вернуться к своим обязанностям и не обращать на меня никакого внимания. Итогом обыска стал сосуд из черного стекла, заполненный черной жидкостью. — Надо же, отправляясь на эту рыбалку, я и не ведал, что действительно поймаю что-либо! Посол, вы не желаете объясниться? Хваюга, узрев пузырек в ловких руках лорда Аскеа, объясниться явно желал. Но с главой тайного департамента подобное никогда не проходит. — Учтите, — почти ласково сказал лорд, — если вы заявите, что это ваше лекарство, я заставлю вас это выпить. Так что хорошо подумайте прежде, чем пытаться мне солгать. Подумайте дважды, еще лучше — трижды. И посол сник. У ящероподобных эмоции великолепно передаются оттенками кожи на теле, посему лорд Аскеа и обнажил посла почти до пояса — кожа Хваюги посерела, выдавая страх, растерянность, предчувствие гибели. Лорд Аскеа движением приказал своим людям сопроводить господина посла в темницу. Несомненно, посол обладал дипломатической неприкосновенностью и пытать его никто не мог, но вот задержать до получения объяснений от империи Амеммн — вполне. Когда все вышли, глава тайного департамента осторожно поставил пузырек на свой стол, и задумчиво признал: — Асьен, получив ваше послание, я был несколько разочарован. — И чем же? — я прошла к окну и села на подоконник. — Моими подозрениями в отношении посла? — Нет, — Аскеа пристально смотрел на меня. — Я счел, что исток вашей подозрительности сокрыт в излишне бережном отношении к кронпринцу. Наблюдая накануне ваши взаимоотношения я пришел к выводу, что между вами двумя определенно есть некоторая близость. — Хм. Я подняла руки, развязала ленты на маске, и сняв ее, спокойно встретила взгляд главы тайного департамента. — Я ошибся, — мгновенно произнес он. И склонил голову, признавая свою вину. О, я многое могла бы высказать сейчас о наших взаимоотношениях с Каенаром, но не стала. Эмоциональность никогда ни к чему хорошему не приводит, кому как не мне знать об этом.
 
— Мои подозрения имеют самые очевидные причины, лорд Аскеа, — никак не реагируя на фактически извинения, произнесла я. — Первое использование его императорским высочеством заклинания асуров, которое он совершенно точно не мог узнать более нигде, кроме как на встречах с послами Нижнего мира. И второе — излишняя настойчивость господина Хваюги. Я думала об этом всю ночь. И между прочим, не солгала ни единым словом. — И что же побудило вас думать об этом? лорд Аскеа всегда такой лорд Аскеа. — Разговор с его императорским высочеством, — я все так же совершенно спокойно выдерживала пытливый взгляд главы тайного департамента. Кронпринц рассказал мне о том, что ситуация с асурами отличается некоторой сложностью, по причине того, что доказать причастность истинного кукловода всегда сложно, когда дело касается Нижнего мире. По той странной для нас, но имеющей место в их культуре служения не тому государству, от имени коего они выступают, а лицу или группе лиц, коим на самом деле преданы. В свете всего услышанного, настойчивость посла Амеммна показалась мне как минимум вызывающей подозрения. Внимательно выслушав меня, лорд Аскеа произнес: — Асьен, скажу в очередной раз кронпринцу неимоверно повезло заполучить вас в свои сторонники. — Работники, — непримиримо поправила я. Усмехнувшись, лорд Аскеа прошел через свой кабинет, сел на тот же подоконник, коей изволила занимать и я, и произнес: — Знаете, что отчетливо вижу я, но не замечают ни его величество, ни его императорское высочество? И глава тайного департамента резко повернув голову, посмотрел на меня. — И что же? — спросила, чувствуя неприятный холодок по спине.
  Глава 17  
Пристально вглядываясь в мое лицо, лорд Аскеа ответил: — Его величество убежден, что вы знаете о чувствах кронпринца и воспользуетесь этой его слабостью. Его императорское высочество желает вас, и уверен в том, что его настойчивость даст желанные плоды. Но только я отчетливо вижу, что вас заботит исключительно благополучие империи, и ради этого вы столь многое вкладываете в достижение успеха кронпринцем. Вчера я несколько поколебался в своем убеждении, но сегодня отчетливо вижу — я прав.
Невесело улыбнувшись, я была вынуждена признать: — Вы правы.
Я соскользнула с подоконника, и в мрачной задумчивости прошлась по узкому кабинету главы тайного департамента, который был по факту меньше, чем кабинет его секретаря. Меньше раза в четыре. Лорд Аскеа был удивительно аскетичен во всем, что касалось его самого. — Кронпринц говорил еще что-либо? — поинтересовался лорд. — Да, — я подошла к его столу, вглядываясь в пугающий пузырек — в нем действительно было не так много капель яда. Он произнес буквально следующее: «Полагаю, проблему можно будет решить лишь одним способом изменить протокол дипломатических переговоров и ввести дополнительные ограничения». — Хм, весьма разумное решение. Вынужден признать, его императорское высочество в некоторых умозаключениях превосходит даже его императорское величество. — Поосторожнее со словами, звучит как измена, — невольно улыбнулась я. — Ну что вы, — начал было лорд Аскеа, — я бы никогда И тут в кабинете раздалось: — Не оправдывайтесь. Для любого отца отрадно слышать, что сын его превосходит. Я мгновенно склонилась в реверансе. Лорд Аскеа молниеносно оказался рядом, незаметно сунув мне маску. Его величество император Адаэлрон Мальгалард славился эффектными и неожиданными появлениями. Но даже я не ожидала его появления в этом скромном узком кабинете. — Обойдемся без формальностей, — император решительно прошел в скромное помещение. Проходя мимо, мимолетно коснулся моего подбородка, и произнес: — Леди Риддан, вы становитесь все прекраснее с каждым днем. Это не было комплиментом. Моя внешность у императора неизменно вызывала растущее раздражение. Но я все равно произнесла приличествующее: — Благодарю, ваше величество.