Второй шанс. Книга вторая

Ухватив его за рукав, я торопливо утянула мужчину с собой за ближайшую колонну. Там имелась скрытая гардинами ниша, и мы скрылись в ней за мгновение до того, как дверь в императорский кабинет распахнулась, и из нее стремительно вышел Каенар.
— Сын, что-то не так? донесся вопрос императора.
Гродари, вынужденный обнять меня по причине неимоверной узости ниши, лишь вопросительно смотрел, не понимая, что происходит. Молча подняв руку, прижала указательный палец к его губам, умоляя не издавать ни звука.
— Каенар? — вновь послышался голос императора.
— Да, — с нескрываемым подозрением оглядывая широкий пустой коридор, ответил кронпринц, — что-то определенно не так. Где Гродари?
— Ему уже передали приказ, с минуты на минуту будет здесь.
— Да? Почему-то я сомневаюсь.
И Ангел Смерти продолжал стоять, вглядываясь в каждый уголок данного пространства. Я порадовалась тому, что на дверях императорского кабинета не стояла стража. По правилам дворца охранники должны были присутствовать, но во избежание распространения информации, в особо важных случаях, охрана покидала пост. Забавно, при аудиенциях с Эльтерианом император никогда не проявлял желания сохранить сказанное между ними в тайне, но с Каенаром все обстояло совершенно иначе.
— Ты собираешься стоять там до прихода капитана императорской гвардии? — насмешливо поинтересовался император.
Я смотрела на происходящее через просвет в ткани, и нервно ожидала развития событий. От входа в тайный проход нас отделял ярко освещенный широкий коридор, а пересечь его пока там стоял Каенар, не было ни малейшего шанса. Оставалось лишь дождаться, когда кронпринц вернется в императорский кабинет.
— Меня пугает твое отношение к этой девушке, — продолжил его императорское величество.
— Я Риддан, мое отношение является нормой для представителя военного рода.
— Ты — Мальгалард. Женщины не должны иметь значения для тебя.
— Странно, что ты не сказал об этом моей матери, — парировал Каенар.
Пауза, и император с нескрываемой горечью ответил: — Твоя мать была особенной. В ее глазах я никогда не был императором — я был мужчиной, которого любят, на которого полагаются и которому верят. Но можешь ли ты сказать то же самое о мадмуазель Асьен?
Каенар промолчал, все так же пристально вглядываясь в пространство ведущего к императорскому кабинету коридора.
— Сын, я наблюдал за этой девушкой. Когда ты произносил речь, что потрясла дворян до глубины души, единственной чье сердце не дрогнуло, была Асьен.
Не оглядываясь, Каенар мрачно ответил: — Эту речь написала Асьен.
Помолчав, император нехотя признал: — Что ж, теперь эта девушка пугает меня еще больше.
Резко развернувшись, Каенар направился в кабинет отца, но вопреки моим надеждам не закрыл дверь за собой, а оставил ее распахнутой. Более того, он так же открыл настежь и вторую створку.
И теперь, когда он сел в кресло напротив императора, весь коридор оставался под прицелом его чрезмерно внимательного взора.
— О, дьявол, — в отчаянии прошептала я.
— Что происходит? так же шепотом вопросил Гродари.
Убрав ладонь от его губ, я могла лишь положить ее на плечо Заклинателя, так как места здесь действительно было неимоверно мало. И стянув маску с лица, поторопилась объяснить.
— Его императорское высочество внес мое имя в книгу рода Риддан, не сообщив об этом ни мне, ни императору.
И Армель мгновенно все понял.
— Публичное объявление о помолвке — прямое оскорбление роду Риддан.
Я кивнула, подтверждая.
— Что ж, я рад, что вы успели предупредить меня, — но радостным Гродари не выглядел вовсе.
Скорее его охватило то же отчаяние, что не покидало и моего сердца.
— Я побоялась, что если вы будете упорствовать из свойственного вам благородства
Договаривать не стала, натолкнувшись на странный взгляд месье Армеля.
— Асьен, — он прошептал мое имя столь тихо, что я уловила его скорее по движению губ, нежели благодаря слуху, — я стал бы упорствовать, вовсе не из благородных побуждений. И мне крайне странно слышать, что вы сочли именно это возможной причиной несогласия.
 
Невольно улыбнувшись, я хотела было ответить, но тут же вспомнила слова Каенара и улыбка исчезла с моих губ.
— Вам ни в коем случае не стоит вступать в конфликт с его императорским высочеством. — И опустив взгляд, добавила: — Каенар догадывается о том, что произошло на болотах. И для подтверждения своих подозрений ему будет достаточно пристрастно изучить вашу ауру Боюсь, на ней остался отпечаток моей магии.
Гродари помрачнел.
— Мне очень жаль. Простите — прошептала, не скрывая отчаяния.
Но вопреки моим ожиданиям, Заклинатель довольно жестко вопросил: — За что вы просите прощения, Асьен? За то, что спасли мою жизнь? Вы не находите несколько странным молить о прощении за подобное?
Отрицательно покачав головой, подавленно уточнила: — Я прошу прощения вовсе не за это. Исцеление вас было насущной необходимостью, но вот передача вам всей моей магии, поставила вас под удар Но в тот момент я не подумала об этом, я лишь эгоистично надеялась, что маги потеряют интерес ко мне, ставшей пустышкой. О вас я, боюсь, не думала вовсе Мне жаль.
Помолчав, Гродари мягко прикоснулся к моему подбородку, и едва я взглянула на Заклинателя, так же мягко уведомил: — Исцеление уже оставляет след на ауре. Не имеет значения, была ли передача сил или же нет, исцеления достаточно для того, чтобы на исцеленном остался след. Но в нашем случае все не так плохо — у кронпринца нет точного оттиска вашей магической ауры, вас не регистрировали как мага. Таким образом, при всем своем желании, его императорское высочество не сможет ничего доказать.
— О, сколь чудесная информация! — не сдержалась я.
Но мое ликование было не долгим.
— Ты говорил «с минуты на минуту», — немного растягивая гласные, произнес Каенар.
Одновременно в моей голове пронеслись мысли о том, что император никому не позволял обращаться к нему на «ты», да и отсутствие церемоний между этими двумя намекало на то, что отношения между отцом и сыном были давние и доверительные.
Император потянулся, взял колокольчик и встряхнул им.
Звон раздался не в кабинете, и не в пустом коридоре — он прогремел раскатами грома в самом дворце.
Тотчас же распахнулась дверь в конце коридора, послышался шум многочисленных ног, затем отряд стражников остановился перед дверью и синхронно преклонил колено перед монаршими особами, а начальник караула, склонив голову, молча ожидал приказаний.
— Где сэр Гродари? — несколько отстраненно, и так похоже на интонацию самого Каенара, вопросил император.
— Он направился к вашему величеству, — уверенно ответил капитан.
Отец с сыном молча переглянулись.
— Обыскать дворец, — мгновенно приказал император.
— Обыскать этот коридор, — отдал совершенно иной приказ Каенар.
Усмехнувшись, император произнес: — Выполняйте приказ моего сына.
Это конец!
Я в ужасе посмотрела на Гродари. Заклинатель напряженно взирал на меня, обдумывая ситуацию и пытаясь найти выход, которого не было.
— Я выйду, а вы оставайтесь здесь, — решил в итоге он.
Решение было разумным, и я это понимала, но, Небо, я не могла даже предположить, чем все это может обернуться. Однако, все было бы куда хуже, если бы Каенар обнаружил мое присутствие.
Но все хуже стало уже в следующее мгновение.
Двери в конце коридора вновь распахнулись, и появился определенно запыхавшийся сэр Матиуш.
И ему даже не пришлось что-либо говорить! Увидев его, Каенар стремительно поднялся из кресла, и потребовал ответа на вопрос: — Где Асьен?!
Сэр Матиуш остановился посреди коридора, подбирая слова для ответа.
— Она во дворце, не так ли? ответы его императорскому высочеству не требовались. — Как она узнала?
На это сэр Матиуш все же был вынужден ответить: — Мадмуазель Асьен спросила, где вы.
Каенар на миг закрыл глаза, определенно пытаясь взять эмоции под контроль, и видя это, я невольно прижалась к Гродари, понимая, что сейчас произойдет. Однако остановить это я была не в силах.