До встречи с тобой (ЛП)

— А ты?
От удивления ее глаза расширились, а рука накрыла грудь.
— О, я не архитектор. Что за вечеринка? Для архитекторов?
Тейлор был полностью сбит с толку и покачал головой.
— Нет, — сказал он, оглядываясь.
— Это вечеринка в честь Барретов.
Она прошептала:
— Кто такие Барретты?
Ничто в этой женщине не имело никакого смысла, но ему нравилась ее харизма. Он наклонился, указал через комнату на пожилую пару у большого камина и прошептал:
— Это Барреты.
— Ах. — Поднеся напиток к губам, она сделала небольшой глоток, наблюдая за ними через хрустальный бокал, а затем спросила:
— Никогда их раньше не видела. Кто они?
Его голова почти коснулась ее головы, он наклонился к ее уху и прошептал:
— Богатые жители Верхнего Ист-Сайда, которые устраивают вечеринки для коллег и благотворительных организаций, делая вид, что делают это ради общего дела, но на самом деле для рекламы.
Ее глаза были прикованы к хозяевам, и требовалось немало усилий, чтобы сопротивляться искушению взглянуть на него.
— А к какому типу относишься ты?
— Я. — Как только он ответил, Барреты, словно поняли, что говорят о них, подошли. — Кошмар, — пробормотал Тейлор себе под нос. Затем выпрямился и ответил на их улыбки.
— Тейлор, дорогой. — Седовласая женщина с гладкой кожей и ярко-розовой помадой наклонилась и поцеловала его в щеку.
— Так рада, что тебе удалось заглянуть. — Она смотрела прямо на него, но в ее приветствии, казалось, не хватало искренности.
— Я бы не пропустил это.
Джуд заметила, насколько ровным был его тон и что жизнь в его глазах, вспыхнувшая, когда он был рядом с ней, потускнела в их присутствии. Это было странно, и она надеялась, что он изменится, когда они уедут.
Пожилой мужчина пожал руку Тейлору, а другой похлопал его по руке.
— Как мир архитектуры?
Когда они поздоровались, правая рука Тейлора начала дрожать, и он положил ее в карман.
— В настоящее время я работаю над четырьмя проектами.
— Хорошо. Хорошо. Приятно слышать, сынок.
Миссис Барретт спросила:
— Кто эта девушка, Тейлор?
Джуд сразу поняла, что ответ на вопрос, на самом деле, не интересен этой женщине. Ей была слишком знакома эта осуждающая снисходительная улыбка. Тейлор скользнул рукой по внутренней стороне руки Джуд и сплел свои пальцы вместе с ее, взял за руку.
— Это Джудит.
Барреты повернулись к ней и улыбнулись. В унисон они сказали:
— Привет, Джудит.
— Здравствуйте, — кротко ответила она, чувствуя, как ее тело уклоняется от их лукавого взгляда. Тейлор будто понял, что Джут некомфортно и сжал ее руку крепче. Его улыбка была мягкой. Архитектор заставил ее чувствовать себя в безопасности, поэтому она проигнорировала желание бежать и осталась.
Их сцепленные руки, судя по взгляду, вызывали у Барреттов глубокую озабоченность.
— А как давно вы знакомы? — спросила миссис Барретт.
Тейлор уверенно ответил:
— Как будто всю жизнь.
Миссис Барретт продолжала улыбаться.
— Как мило. Надеюсь, вы расскажете подробности за ужином. А пока мы должны поприветствовать мистера и миссис Стивенс. Они умоляли нас прийти пообедать. Кстати, запасы еды обновляют. Пожалуйста, угоститесь перед отъездом. — Миссис Барнетт снова поцеловала его в щеку, прежде чем взяла мужа за руку и быстро ушла.
Тейлор и Джуд приходили в себя, после такого приветствия Барреттов. Посмотрев на их все еще переплетенные руки, Джуд спросила:
— Хочешь уйти отсюда?
  
Глава 2
 
Это было второго января. В городе было предсказуемо холодно, и Тейлор закутался в куртку. Джуд застегнула свое фиолетовое пальто и посмотрела в обе стороны, когда они вышли на улицу. Навес защищал их от снега, но не от холода. Джуд надела перчатки, как и Тейлор, а затем пошла по ветру.
Он был позади нее, но шагал в два раза быстрее, пока не догнал. Наклонив голову, он взглянул на нее. Ее щеки порозовели от непогоды, а к ресницам прилипли снежинки, которые она не потрудилась смахнуть. Он спросил:
 
— Мы куда-нибудь конкретно идем?
Ее глаза светились счастьем.
— Мир — наша радуга, Хейзел.
Он все еще понятия не имел, как работает разум этой девушки, но был слишком заинтригован, чтобы уйти. — Что это вообще значит?
Она рассмеялась так, словно ничто в жизни ее не беспокоило. Тейлор был очарован ей и не мог отвести глаз. Он никогда раньше не встречал никого похожего на нее, и не понимал, как ее беззаботное поведение вело ее по жизни. Она улыбнулась так широко, что на ее щеках появились две ямочки.
— Давай выясним это вместе. — Затем, как снег, она унеслась прочь.
Когда он снова догнал ее, то спросил:
— Как твоя фамилия, Джуд?
Она была экспертом в избегании ответов на его вопросы.
— Когда тот человек пожал тебе руку, он назвал тебя сыном. Ты действительно его сын или он налаживал с тобой контакт?
— Я его сын. Ты не любишь отвечать на вопросы, не так ли?
— От них мне становится скучно. Мне весь день задают вопросы. Как ты себя чувствуешь? Рискнешь ли ты выйти сегодня на улицу? Ты приняла свои таблетки? — Она повернулась к нему.
— Видишь, скучно. Мне так надоело все время говорить о себе. Тебе когда-нибудь бывает скучно от себя?
Ему было легко ответить на этот вопрос.
— Все время.
— Тогда ты действительно меня понимаешь.
Он хотел улыбнуться ей так, как, по его мнению, она ждала от него, но все еще зацикливался на вопросах, которые она перечислила. В частности, он зациклился на вопросе о таблетках.
— Ты приняла свои таблетки сегодня?
Кивнув, она похлопала его по спине.
— Не беспокойся обо мне, Хейзел. Все хорошо. Вот почему я здесь.
Все с ней было побочным эффектом предыдущей темы. Одно вело к другому.
— Почему именно ты здесь? Я имею в виду, почему ты была на вечеринке, если не знала моих родителей?
Она остановилась посреди тротуара и уперла руки в бока.
— Как я уже сказала, это невозможно.
Остановившись перед ней, он прищурил глаза от недоверия на ее комментарии.
— Это сейчас относится к моему цвету глаз или ко мне?
— Разве это не одно и то же? — Пройдя вперед, она повернулась к Тейлору, который все еще стоял там, где она его оставила.
— Ты идешь?
Он оступился и снова догнал ее.
— Ты хоть знаешь, куда идешь?
— Хочешь мороженого?
Она поражала его с каждым разом все больше, и он ответил:
— Холодно. Как насчет кофе?
— Я не люблю кофе.
— Вау, житель Нью-Йорка, который не любит кофе. — Взяв ее за руку, он остановил ее.
— Ты собираешься рассказать мне что-нибудь о себе?
— Я только что сказала, что не люблю кофе. Это уже кое-что.
Он вздохнул.
— Я серьезно, Джуд.
Его эмоциональный вздох утомил ее, и она дала ему самый честный ответ, на который была способна.
— Нет, если мне это сойдет с рук, — он посмотрел в ее голубые глаза.
Под ярким флуоресцентным светом круглосуточного магазина, он мог видеть, что они были зеленого цвета. Это были самые уникальные глаза, которые он когда-либо видел. Она была самой уникальной женщиной, которую он когда-либо встречал. Теперь ему стало стыдно за то, что он сделал ее несчастной, поэтому отвел взгляд.
— Отлично. Я ограничу свои вопросы. — И просто чтобы снова увидеть ее улыбку, он сказал:
— Давай мороженое.
Она подпрыгнула от радости.
— Я знаю отличное место в нескольких кварталах отсюда.
— Может поймать такси?
— Нет, я люблю снег. Это волшебно.
Посмотрев вниз по улице, а затем снова на нее, он начал задаваться вопросом когда перестал видеть магию в этом мире. Вероятно, он мог бы догадаться, но не хотел думать о том времени.
Полчаса спустя его руки замерзли, однако, он все же планировал съесть фисташковое мороженое с Джуд на ужин. Он купил угощения и присоединился к ней в киоске, где она удовлетворенно облизывала свой щербет.