Звезды сделаны из нас

Заруливаю в какой-то сквер или парк, приземляюсь на скамейку и наблюдаю за разношерстным народом — играющими детьми, расслабленными сонными бабушками и влюбленными парочками. Мне нравится тут, в мире Глеба. Жаль, нечем сфотографировать эти моменты, но я навсегда сохраню их в памяти.
Представляю, что Глеб рядом — сидит, упираясь теплым плечом в плечо, убирает с моего лица непослушные пряди, долго-долго смотрит в глаза и улыбается.
Я должна найти его. И тогда все непременно сложится хорошо.
  
Глава 40. Глеб
 
— Здравствуйте, а Неля здесь живёт? — я торопливо выставляю перед собой букет белых хризантем, но ответ уже знаю, потому что дверь мне открывает Нелина сестра Алина. Невысокая, светленькая, очень приятная, чем-то похожая на Нелю, но в отличие от неё, глазах Алины светится улыбка.
— Предположим, — она оценивающе оглядывает меня с головы до ног.
— Это вам, — протягиваю ей цветы.
— Серьёзно? — недоверчиво приняв букет, Алина смотрит ещё с большим любопытством. — Неожиданно.
— Простите, что без предупреждения, но мне очень нужно с ней поговорить, — широко улыбаясь, скороговоркой выдаю я.
Алина улыбается в ответ.
— А ты вообще кто?
— Глеб. Я из Москвы. Мы с Нелей дружим. По интернету. Я тут у вас проездом оказался. Решил зайти.
— Очень интересно, — сообщать обо мне Неле Алина не торопится и снова внимательно осматривает, словно я выставлен на витрине магазина. — Ты уверен, что ты из Москвы?
— Конечно. Могу вам паспорт показать.
Она хохочет.
— Нет, паспорт не нужен. Это я так, не обращай внимания. На самом деле, Нели нет дома.
Я расстроен, но не удивлён.
— А вы не знаете, когда она вернётся?
— Без понятия. Как я поняла, они там на все выходные зависли.
— Там — это где?
— У Миланы, где же ещё? И как её родители это терпят?
— А вы бы не могли подсказать мне, где живёт Милана? Просто… — я мнусь, не зная, как объяснить, что телефонного номера Нели у меня нет, но Алина опережает.
— Конечно, скажу. Иначе ты Нельку до понедельника не найдёшь. Эта дурочка вечно телефон отключает. Типа за независимость свою борется.
Я показываю ей карту, но Алина от неё отмахивается и многословно, но довольно понятно объясняет, как дойти до дома Миланы. Вежливо поблагодарив, я прощаюсь и уже спускаюсь по лестнице, как Алина окликает:
— Эй, Москва!
Останавливаюсь внизу пролёта.
— Ты симпатичный.
— Спасибо.
Чувствую, что смущаюсь и скрыть этого не могу.
— Только ты это… Джинсы хотя бы почисти, а то там знаешь какой у них дресс-код. Встречают по одёжке и провожают тоже.
Бросаю взгляд на забрызганные грязью штанины, и на ходу тут же созревает план.
— А где у вас здесь можно купить одежду?
До торгового центра несколько остановок на автобусе. Еду, глазею в окно. Уже совсем темно, но, если представить, что заехал на задворки Москвы, то немного похоже. Только нет такой кучности домов и высоток. Но улицы узкие и машин намного меньше.
Немного странно, что после столь неприятного видео и гадкого розыгрыша Артёма Неля всё равно осталась у Миланы. Зная её, в это сложно поверить.
А что, если они держат её у себя насильно? Заперли и не выпускают? Продолжают глумиться и издеваются?
Гоню эти мысли подальше. В любом случае, для начала мне нужно как-то туда попасть, ведь они просто могут захлопнуть перед моим носом дверь и сказать, что Неля не хочет со мной разговаривать или что её у них нет. От таких, как Артём и Милана можно ожидать чего угодно.
Торговый центр узнаю сразу. В одну из наших прогулок Нелли мне его показывала. Внутри всё, как у нас, если не считать, что выбор скромнее. Конечно, если я буду в шмотках, которые они могут найти здесь, получится не так круто, но зато сразу поймут, сколько это стоит. Вообще, в брендах я совершенно не шарю, поэтому ориентируюсь по цене. Чем дороже, тем лучше.
Покупаю всё новое: чёрные узкие джинсы, чёрную найковскую толстовку с капюшоном и белые кроссовки. А ещё беру пальто. Тёмно-серое, двубортное, до колен. Я всегда о таком мечтал.
 
В одной из примерочных, где особенно тихо и безлюдно, собравшись с духом, звоню маме.
Но она не отвечает. Набираю три раза — с тем же успехом.
Старые шмотки едва удаётся запихнуть в рюкзак, особенно долго вожусь с курткой. Выходит пузатый баул, готовый вот-вот лопнуть. Так что бутылка вина, купленная чуть позже, туда уже не влезает и приходится везти её завёрнутой в пластиковый пакет, в руках.
Но в остальном, я выгляжу неплохо: стильно, свежо, вполне по-московски.
Разглядывая себя в отражении тёмного стекла автобуса, остаюсь доволен и чувствую небывалую решительность. Однако вчерашней ослепляющей злости уже нет. Мне почему-то кажется, что стоит нам с Нелей встретиться, как всё остальное станет неважным. Бессмысленным, незначительным и глупым. Сотрётся и развеется, словно звёздная пыль, из которой состоят все люди на земле. Все, кроме нас. Потому что мы сами себе звёзды: особенные, яркие и неповторимые.
Моё отражение улыбается. А я улыбаюсь ему.
Добравшись до места за пятнадцать минут и с первого раза отыскав среди тёмных улиц коттеджной застройки глухой забор дома Миланы, ничуть не колеблясь, жму кнопку звонка возле кованых ворот, из-за которых доносится громкая музыка и хохот.
Выступление мне предстоит, пожалуй, покруче, чем на вечере памяти, но я слишком устал от дороги и ожидания, чтобы мандражировать. Мечтаю уже, наконец, встретиться с Нелей, а там будь, что будет.
Однако приходится жать на звонок трижды, прежде чем калитка распахивается и передо мной в серой толстовке и джинсах возникает Милана.
На секунду замираю с выражением ослеплённого потрясения.
— Здравствуйте. Мне сказали, что здесь живёт Милана.
Она явно навеселе, слегка покачивается, глупо улыбается и благоухает алкогольными парами вперемешку с парфюмом.
— Милана — это я, — она оглядывает меня примерно с тем же пристрастием, что и Алина. — Ты курьер что ли?
— А что похож?
— Нет. Не похож.
— Тогда не курьер.
— Ты чей-то друг что-ли? Боброва? Но он сказал вас будет двое.
— Меня зовут Глеб и я просто хотел бы с тобой поговорить, — вручаю ей бутылку.
Охотно забрав её, Милана отходит назад, пропуская меня.
— Очень странно, Глеб, — воркует она, пока мы идём по дорожке к дому. — Почему я тебя не знаю? Нет, серьёзно. Я в нашем городе всех симпатичных парней знаю, а тебя никогда не видела.
То, что я ей понравился — просто отлично. На подобный расклад я не особо рассчитывал, но это мне только на руку. Неля заслуживает отмщения.
— Может потому, что я не из вашего города? — немного приостанавливаюсь и, дождавшись, пока она не поравняется со мной, доверительно сообщаю: — Я из Москвы.
— Да, ладно? — ахает она. — Серьёзно?
— Клянусь.
— А о чём ты хотел поговорить? — она игриво покачивает плечом и надувает утиные губы.
— О тебе, — делаю шаг вперёд, и мы оказываемся в чересчур тесной близости, что для минутного знакомства более, чем странно.
Но у меня нет времени ходить вокруг да около, а её это ничуть не смущает.
— Говорят, ты шикарно танцевала на осеннем балу.
— Кто говорит?
— Все говорят. До Москвы даже докатилось.
— Очень смешно, — она отступает, но не заметить тщеславный блеск в её глазах, невозможно.
— На самом деле, я ищу одного человека.
— Какого же?
— Артёма. Знаешь такого?
— Клименко?! — радостно восклицает она. — Вот это да!
Сорвавшись с места, Милана бежит за дом и громко кричит:
— Артём, Артём, к тебе тут друг из Москвы!
Но музыка так орёт, что кроме меня Милану вряд ли кто-то может услышать.
Выхожу следом за ней к огромной террасе, украшенной переливающейся маленькими жёлтыми лампочками гирляндой. Возле большого деревянного стола толпится народ, а чуть подальше, на поляне, в самом разгаре танцы. Милану не видно и я направляюсь к тем, что стоят у стола, однако по дороге замечаю плетёное садовое кресло и скидываю в него рюкзак, а затем и пальто. Вечер довольно прохладный, но не хотелось бы, чтобы новенькое пальто пострадало.