ЛАЕВ 3 (СИ)

Я предприняла вторую попытку, предложила семени попробовать ещё раз, но оно и с места не сдвинулось.
После этого я выбрала другую кандидатуру – мы перешли в соседнюю комнату, к ещё одной девушке, и передача прошла легко.
Затем меня вернули в коридор, и я смогла пронаблюдать реакцию новорожденных магов на факт обретения дара. Это была эмоциональная феерия. Вытянутые лица, слёзы, счастье, абсолютное неверие и шок.
Одна из девушек едва не упала в обморок, а другая бросилась в ноги явившейся Мирре и принялась благодарить королеву-мать на коленях. Та демонстрировала приветливо-сдержанное выражение лица, а у меня всё внутри переворачивалось.
Это было сильно. Я понимала, насколько ценна магия для этого мира, знала какие возможности она открывает. Но семьи молодых людей семена дара по каким-то причинам утратили, у потомков не было шанса стать магами, и вот.
Сбылась несбыточная мечта.
Эмоции и разговоры заняли около часа, только меня это уже не касалось. Вопрос курировала королева-мать, именно ей пришлось общаться с юными аристократами, а мне разрешили уйти.
Проводили обратно в покои венценосной леди, где горничная предложила ещё кофе и выдала пачку альбомов с эскизами модных платьев.
Глядя на изящные силуэты, я и вспомнила о предстоящем бале. Если правильно понимаю, до него осталось меньше недели? У-у-у…
Меня охватил мандраж, но продлилась вспышка нервозности недолго. Событие безусловно важное, но что мне там сделают? Ведь не съедят?
Филиния будет рядом, а вести себя в приличном обществе я всё же умею. Встану где-нибудь в сторонке, нацеплю на лицо вежливую улыбку, и все дела.
По уму есть лишь одна загвоздка – танцы. Без понятия что здесь танцуют, но явно не то же, что у нас.
Но как решить эту проблему я тоже знаю, а значит можно выдохнуть и не париться. Подумать о других, более актуальных делах.
Например о том, с каким удивлением королева-мать смотрела на вторую заполненную семенами шкатулку. Она действительно не в курсе о кладе, а значит вопросов не избежать…
Эта мысль оказалась пророческой. Едва Мирра закончила общаться с отпрысками благородных семейств и вернулась в покои, прозвучало:
– Марго, я чего-то не знаю?
Так. И что же ей отвечать?
Сначала я изобразила глубокий вдох, потом сказала:
– Леди Мирра, это долгая история.
Королева-мать прошествовала к креслу, упала в него и, махнув горничной, чтобы та налила чаю, ответила:
– Так мы и не торопимся, Марго.
Ы-ы-ы! Какой непрозрачный намёк!
Но!
– Разве? Ваше величество, я же сейчас занятия прогуливаю, и я надеялась вернуться в…
– Да что там тех занятий, – отмахнулась Мирра.
Я мысленно застонала, а леди добила:
– Если чего-то не поймёшь, где-то отстанешь, то мой сын тебе поможет. Поверь, Георг великолепный педагог.
Я аж закашлялась и уставилась на величество большими глазами. Великолепный? Да этот «учитель года» буквально изводил меня последние два дня! Не будь рядом всезнающей Зоры, я бы уже в истерике билась от его педагогических методов.
И вообще, что за предложения такие в обход самого Георга? Он-то знает, что ему предлагают меня «подтянуть».
Впрочем, это всё лирика. Суть заключалась в том, что…
– Рассказывай, Маргарита, – велела Мирра, отпивая чай. – Рассказывай всё, о чём я не знаю.
Тут почему-то подумалось о нашем с Георгом последнем поцелуе. Но это точно не тот эпизод, о котором следует докладывать его матушке.
Да и поцелуй, в общем-то, ерунда.
Сватовство – уже серьёзнее, однако об этом королева, судя по всему, тоже не знала. Вероятно это был неплохой шанс нажаловаться на самодержца, но я смолчала – всё равно не поймут.
Пришлось зажмуриться и, тщательно подбирая слова, заговорить… ну, для начала о слизнях. Подумав ещё немного, я не стала упоминать стража-орзимуса, блокировку магии и прочие кошмары. Преподнесла смертоносное приключение как безобидную ерунду.
Итог?
– Марго, у меня такое чувство, что ты недоговариваешь. В том подвале было что-то ещё?
– Нет, ну что вы, – сказала, с запозданием понимая, что ложь может выйти боком. Всё-таки с королевой говорю.
 
Леди Мирра покачала головой, но с версией смирилась:
– Поразительное везение, Маргарита.
И тут же новый вопрос:
– Кстати, не знаешь почему Георг в последние два дня такой злой? Аж искры мечет.
Снова мысленный стон, но врать напрямую я уже не решилась.
– Полагаю об этом лучше спросить самого Георга.
– Я спрашивала, – наморщила нос Мирра. – Он не говорит.
Что ж, раз Георг молчит, значит неудачная помолвка вполне может остаться в тайне. Это отлично. Меньше проблем для всех.
– Георг не признаётся, а вот Тонс утверждает, что настроение моего сына однозначно связано с одной леди, – неожиданно добавила собеседница. – С тобой.
В последней фразе прозвучали обвинительные нотки, но я сделала круглые глаза и вообще прикинулась шлангом.
При этом зацепилась за произнесённое имя – кстати-кстати, чем не повод кое-что прояснить?
– Тонс? – переспросила я тихо, но без симпатии.
Королева-мать смену настроения заметила.
– Маргарита? У тебя какие-то разногласия с Тонсом? Когда вы успели поссориться?
– Мы не ссорились, – я отрицательно качнула головой. – И разногласий нет. Но существует то, что меня смущает.
Мирра подалась вперёд и потребовала:
– Говори.
5-2 
Для начала я сказала про тату, которая вроде бы реагирует только на попытки ментального воздействия, но в первое время беспокоилась по самым разным поводам. Объяснила, что в присутствии королевского побратима нарисованный змей напрягается – не нравится ему брюнет, хоть убей.
Затем вспомнила про историю с Риком Брайтом – он ассистировал Тонсу на факультативе, а в итоге похитил меня и хотел принудить к браку.
– Тонс и Рик Брайт не связаны, – со спокойной уверенностью произнесла Мирра. – Мы выясняли. Брайт стал случайным свидетелем разговора Тонса с ректором и сам вызвался в помощники.
– Зачем он это сделал? – не поняла я.
Мирра пожала плечами.
– Хотел выслужиться. Ведь Тонс близок к королевской семье, а распоряжение о факультативе для леди отдал сам Георг. Брайт надеялся, что эта помощь в дальнейшем может вырасти в нечто более весомое. В протекцию и новые связи.
Она помолчала и продолжила:
– Потом он увидел на твоей шее артефакт – слишком ценный, чтобы не взбудоражить алчные желания. К тому же ты являешься наследницей богатого герцогства. Когда Рик рассказал обо всём дяде, у них и родился план.
Судя по разговору, слышанному тогда в карете, план возник всё-таки у дяди, Рик был скорее исполнителем. Но не важно.
– Брайт не связан с Тонсом, – повторила королева-мать.
Я же не могла не уточнить:
– А что с ними стало? С Брайтами?
Королева продемонстрировала неприятную гримасу.
– Георг всерьёз раздумывал над тем, чтобы казнить всех присутствовавших в том храме, но всё-таки сжалился. Он лишил род Брайтов всех привилегий, а Рика лишил титула и земель. У Брайтов остался только родовой замок и клочок земли к нему примыкающий.
Я подумала и кивнула. Да уж, из бедственного финансового положения и в нищету.
– Но позже Георг даст им возможность искупить. Остынет и наверняка предложит что-то, что позволит отработать, возместить нанесённый короне и лично тебе урон. Если смогут, то, вероятно, согласится вернуть часть земель. Но былого процветания рода Брайтов уже не будет. Титул тоже придётся зарабатывать заново, а это ой как непросто. Что касается самого Рика, он исключён из Академии, права продолжить обучение в каком-то другом заведении королевства у него тоже нет.
Звучало в целом жутковато, но слова про возможный шанс я отметила. Это весьма великодушно со стороны Георга. Особенно если учесть, что выходка Брайтов совпадала по времени с запланированным экспериментом – когда мы собирались на казнь в Урмас.