Без чувств (СИ)

«Нет»
Зелёный кружок над аватаркой продолжает светиться, поэтому я быстро набираю новое сообщение, чтобы не передумать.
«Я могу тебе их передать?»
«Лично?»
От резкого прилива жара обмахиваюсь рукой. Виски мокнут, а пряди волос прилипают к лицу.
«Могу и лично»
«Выебу, Даш»
От прочитанного ответа температура тела стремительно повышается. Это шутка?
Я вжимаюсь в спинку кровати и нервно жую нижнюю губу. Зачем-то в красках представляю картинки. Из ранее полученной информации, теперь знаю, что находится под одеждой Ратмира, поэтому и визуализирую чересчур ярко.
«У тебя сотряс»
«И как это мешает?»
Перебирая в голове слова, затягиваю с ответом и блокирую телефон. Сумасшествие. Ненормальное, уничтожающее наваждение.
Зря, зря, зря.
Янка живо комментирует сюжет, не замечая, что я красная, как рак. Приходится отрешенно включиться и подыграть.
Правда, не до конца, потому что спустя короткое время от Ратмира приходит геолокация и точный адрес. И я опять теряюсь.
«Набери, когда будешь у подъезда».
  
Глава 22
 
***
Первое время мне сложно собрать мысли в кучу и принять единственно верное решение.
Фильм идёт. Янка точит вкусняшки и запивает их соком, критикуя сюжет и актёрскую игру, а я даже к любимым канапе не притрагиваюсь. Не могу. Всё, что я делаю, это медленно цежу воду.
Ехать или не стоит?
Да или нет?
Это шутка, издевка или правда?
В жутко подвешенном состоянии проходит весь следующий час.
Знаю, я обещала подруге остаться. Взяла с собой гигиенические принадлежности и сменную одежду. Настроилась на долгую бессонную ночь за сплетнями и смехом.
Теперь всё перевернулось с ног на голову.
Я разрабатываю план побега. Меня магнитом тянет уехать к Ратмиру. Спонтанно. Посреди ночи. Не пойму, насколько рисковой кажется эта затея, но одно ясно — никакого отторжения она не вызывает.
По телу пробегает табун мурашек, когда я открываю переписку и перечитываю диалог с самого начала.
Мир не появлялся в сети с последнего сообщения. Интересно: он ждёт или нет? Надеется, что я испугаюсь и не сунусь, или наоборот? Вдруг на первое и был расчёт?
Под финальные титры перевожу взгляд на подругу и замечаю, что та успела уснуть. В какой момент — я даже не поняла.
Из меня никудышный компаньон и собеседник. Знаю.
Осторожно поднявшись на ноги, трогаю Яну за плечо. Не тормошу, потому что цепляюсь за шанс свалить из особняка без всяких угрызений совести.
— Эй, соня. Я домой, ладно?
В ответ раздается невнятное бормотание, которое с трудом получается расшифровать.
— Подожди, Даш. Пять минут — и я встану…
Я вздыхаю и сажусь на край кровати, сжимая телефон и отсчитывая время. Возможно, ожидание помогло бы мне принять адекватное и взвешенное решение, но под воздействием эйфории — ничего, кроме сильной тяги, я не испытываю.
Я всё сказала ещё в прошлый раз. Ничего не изменилось.
Хочу, чтобы Ратмир стал моим первым мужчиной. Именно он. Только он. Я не пожалею, потому что на условиях симпатии и сильной влюблённости — это и стоит делать. И плевать, что у нас с братом Янки вовсе не взаимно.
Подруга так и не просыпается, что неудивительно.
Я накрываю её пледом. Убираю с постели поднос с едой. Стряхиваю крошки. Захожу в ванную комнату и экстренно привожу себя в порядок.
Выгляжу неплохо. На мне чёрное шёлковое платье длиной чуть выше колена. С тонкими бретелями, глубоким вырезом до середины бедра. На шее, запястьях и в ушах висят неброские украшения. Этот комплект — подарок мамы на Новый год.
Подхватив туфли, я тихо покидаю спальню, спускаюсь на первый этаж и прислушиваюсь к приглушённым голосам. В доме есть гости, но, судя по всему, их осталось совсем мало.
Крадусь на носочках. Почти тенью. Подхватываю плащ, вешаю на плечо сумку. Демонстративно прощаться с Авдеевыми не хочу. Это сейчас ни к чему.
— Уже уезжаешь? — раздается за спиной голос Олега Вячеславовича, когда я обуваю ноги в туфли.
 
Твою мать… Ну за что? В чём я так провинилась?
Пульс разгоняется и растёт в геометрической прогрессии. Я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с маминым любовником.
Тот устало выдыхает и складывает руки на груди, упираясь спиной о стену. Увы. Незаметно слинять не получилось.
— Да, поеду домой. Яна уже спит.
Изображать вежливость адски сложно. У меня к дяде Олегу масса вопросов. По поводу сына и дочери. По поводу мамы. Она у меня красивая и самая-самая. Но очевидно, что семья для Авдеева-старшего стоит на первом месте. В приоритете. Да и Ольга — прекрасная женщина. Тогда зачем он так?.. С ней? С ними? Со всеми? Возможно, жизнь действительно сложная штука и, когда я подрасту, тогда это и пойму, но пока происходящее никак не укладывается в голове.
Следует короткий кивок. Олег Вячеславович отталкивается лопатками от стены и двигается прямо на меня.
— Видишь, не так и сложно быть просто послушной девочкой, Даш.
Отец Яны много выпил, но держится неплохо. Я почти его не боюсь. Не совсем трезвое состояние выдают только рассеянные движения и запах крепкого дорогого алкоголя, который ненавязчиво щекочет ноздри.
— Вот, возьми…
Олег Вячеславович достает из кармана брюк несколько купюр и пытается вложить мне в ладонь, но я намерено сцепляю пальцы и резко мотаю головой.
— Не нужно. Мне не сложно проводить время с Яной, когда свободна, но работать я всё же попытаюсь. Хотя бы в выходные. Все будние дни буду вместе с ней. Естественно, бесплатно.
Тонкие губы недовольно поджимаются. Дядя Олег подходит ближе и буквально уничтожает тяжелой энергетикой.
— Зря, Даш. Я уже говорил, что со мной довольно выгодно дружить?
Неприятные липкие ощущения атакуют организм. Стыд со всей дури хлещет по щекам. Меня тоже пытаются купить.
— Говорили…
— Никого себе сегодня не присмотрела? — интересуется мужчина, склонив голову набок.
Я с трудом сглатываю колючий ком в горле, чувствуя себя товаром.
— Нет. Спасибо за заботу, но это не то, что мне нужно.
Легкой вибрацией на широкой мужской груди расходится смех. Дядя Олег забавляется. Наверняка он считает, что у каждого человека есть своя цена. Цену моей матери он знает. Моя пока под вопросом.
— У тебя кто-то есть, Даш? В этом проблема?
Подмывает дерзко вскинуть взгляд и ошарашить правдой. Сказать, что прямо сейчас я еду в гости к его сыну, потому что сильно и до безумия в него влюблена. Беда в том, что этот порыв будет пресечён на корню, а я не хочу.
— Вполне возможно.
Я разворачиваюсь и, пробормотав: «До свидания», толкаю дверь от себя и попадаю на улицу.
Непогода разгуливается не на шутку. Порывистый ветер развевает волосы и забирается под расстёгнутый плащ, остужая тело. Но здесь мне проще дышать, чем в богатом обставленном особняке Авдеевых, под напирающим взглядом маминого любовника.
Я нахожу свой автомобиль, припаркованный у ворот, и забираюсь в салон, мелко дрожа и скорее грея руки об печку.
Вот тебе и апрель. Нестабильный и переменчивый.
Сняв ручник, трогаю с места. До города еду осторожно и медленно, но вовсе не потому, что некоторое время назад выпила полбокала вина, а потому что оттягиваю встречу с Ратмиром. Слишком волнительной она кажется. Кончики пальцев покалывает, а кровь стремительно разгоняется по венам.
Район, где Мир арендует квартиру, не самый престижный. Дом — старой постройки. Обычная кирпичная девятиэтажка.
Я с трудом втискиваю автомобиль на парковке и глушу двигатель.
Открыв зеркало и включив подсветку, смотрю в отражение. Успокаиваю себя.
Эй, всё хорошо.
Помада на месте. Тушь не осыпалась. Волосы лежат на плечах мягкой волной. И даже ветер не сумел испортить весь образ.
«Я у подъезда», — не звоню, а пишу Миру, когда выхожу на улицу.