Измена. Нас (не) вернуть (СИ)

Может быть, алкоголь его немного оправдывает. Ведь если вспомнить тот вечер, то всё у них было немного не так, как любит Игнат.
Он любит долгие поцелуи, прелюдии, а после, сам раздевает. Но, Ленка, эта сучка, пыталась его целовать. Он отворачивался, крутил головой. А потом и вовсе откинул её, как ненужный хлам.
Чёрт! Зачем я ищу ему оправдание?
А если он сказал правду? Странное чувство облегчения. Но идиот он редкостный!
  
На лице Игната расплылась широкая улыбка. И зачем я это делаю? Кто мне скажет?
Входим в квартиру, слышу мелкий топот сына.
– Мама, писла! – выбегает в коридор и резко останавливается, увидев Игната.
Пятится назад и прячется за стеной, иногда выглядывая, пока мы снимаем уличную одежду.
– А вот теперь иди ко мне. – подхожу к сыну, протягиваю руки.
Он улыбается и идёт ко мне на ручки. Выходит Наталья Владимировна с кухни :
– Я Витюшу помыла, покормила, на плите ужин, а мне пора уже.
И тут она обращает внимание, что я не одна. Сначала лишь мажет взглядом по Игнату, а потом приглядывается. Долго всматривается, потом переводит взгляд на сына:
– Не может быть. – кладёт ладонь на грудную клетку. – Как похожи! – удивляется она.
Игнат же, не отводит тёмных глаз с мордашки сына, а сын, в свою очередь, снова лезет к моим глазам.
Ну не любит он, когда я крашу их. Так и норовит все ресницы повыщипывать.
– Наталья Владимировна, давайте не сейчас, завтра поговорим. – понимаю, что меня ждёт сотня вопросов, от которых сложно будет отделаться.
– Ой! – приходит в себя. – Конечно — конечно. – и уже идёт одеваться.
– Мам, лев, ррррр! – сын показывает на игрушку в руках Игната.
Игнат оживает, подходит ближе к нам:
– Привет, малыш, это тебе.
Подаёт игрушку Витюхе. Он по-хозяйски забирает и начинает колупать ему глаза.
Господи, да почему всегда глаза? У нас все игрушки без глаз уже!
Хлопает дверь, и мы вспоминаем про няню. Даже стыдно, впервые я не проводила её. Надеюсь, она поймёт меня.
– Можно я подержу его? – умоляет глазами.
Я вижу в них нетерпение. Он жаждет поиграть с ним, потискать его.
– Пойдёшь к дяде Игнату? – спрашиваю у сына.
Бывший муж кидает в меня серьёзный взгляд.
Он думал, я буду просить сына называть его папой? Ага, сейчас, прям с порога! Пусть не мечтает!
– Инату? – квасит губёшки, и с интересом изучает игрушку. – Поду.
Я передаю Витюху Игнату и наблюдаю за ними. Непонятное пока для меня ощущение, видеть сына в руках Игната.
– Нос. – ставит сын палец на нос Игната. – Газки! – и начинает дёргать его ресницы.
Я смеюсь, Игнат жмурится, чтобы не остаться без глаз.
– Витюха! Нельзя так делать! – строжусь я.
Сын снова квасит губёшку и продолжает теребить льва.
– Вик, забери, пожалуйста. – отдаёт мне коробочку Игнат.
Заглядываю в неё, а там несколько плиток молочного шоколада. Давненько я не ела его шоколад. В основном из-за своей вредности. Потому что у Игната уже несколько магазинов в нашем городе, а я ни разу не была ни в одном.
– Пойдём, покажешь свои игрушки? – пытается подкатить к сыну.
Они прошли в гостиную, а я так и стояла в прихожей.
Игнат кажется таким счастливым. Горящие глаза, улыбка до ушей. А сколько тепла излучает, не передать словами.
Именно таким я представляла Игната, если бы он встречал нас с роддома. Но не судьба.
Витюхе пока нравится сидеть у него на руках, даже не капризничает. Изучает Игната с пристрастием, т.е. с колупанием.
Когда я увидела, что они перевернули коробку с игрушками, то поняла, что успею сбегать помыться.
Без предупреждения закрылась в ванной комнате, быстро помылась, надела самую мешковатую пижаму. Широкие штаны и майку. Пусть не обольщается.
А потом присела к ним:
– Игнат, тебе пора. – сказала ему и потянула к себе сына. – Витюхе надо спать, уже поздно.
Он посмотрел на меня так, будто я его прирезать собралась.
Но, чего, греха таить. Мне так комфортно, когда он играет с сыном. Так, приятно осознавать, что в этой квартире есть мужчина.
Что-то я совсем раскисла. Нельзя терять бдительность. Есть у меня мысли, как узнать подробности личной жизни Игната. А пока он для меня чужой человек.
  
25 глава
 
Игнат
Вика попросила меня захлопнуть за собой дверь и пошла укладывать спать сына. Но я не мог просто уйти.
Собрал потихоньку все игрушки обратно в коробку. Старался это делать как можно медленнее. А потом ушёл на кухню, включил чайник и ждал Вику.
Мне так понравилось играть со своим сыном. В его поведении я узнавал Вику, а во внешности себя.
Я потерял целых три года. Он же мой, родной! Я не хочу быть для него дядей. Хочу, чтобы он так же прибегал к дверям и встречал меня после работы. Так же радовался моему приходу, как и приходу Вики.
Меня просто раздирает изнутри. Не хочу уходить. Знаю, что уже поздно. Но так хочется проснуться утром и увидеть его заспанное личико.
Телефон отключил. От постоянной вибрации раздражение поднималось к новым высотам. Эля писала, звонила. Да, может, переживает. Меня хватило только на то, чтобы отправить сообщение о том, что не приду.
Пусть думает что хочет. Уже не важно. Всё самое ценное и важное в этой квартире. То, что я хочу сберечь.
Здесь я чувствую себя живым. Я будто очнулся от продолжительного сна. Голова прояснилась, а жизнь пошла в гору.
Теперь я точно знаю, что буду делать.
– Игнат, я же просила идти домой. – заходит полусонная Вика в кухню.
Не смог удержаться, быстро сграбастал её и усадил к себе на колени, пока она не поняла, что происходит.
– Я не хочу уходить. – прижимаюсь к ней и тихо говорю.
Её рука покоится на моих плечах, а я вдыхаю аромат своей женщины и кайфую от нежности момента.
– Игнат, тебя Эля ждёт, иди к ней. Мы не можем быть вместе, пойми уже наконец. – объясняет мне, как маленькому.
А мне режет слух сухое имя. Оно будто из другой оперы, вообще не вписывается в нашу идиллию.
– Вик, а если не ждёт? Если я с ней порвал? – поднимаю лицо, смотрю в её красивые глаза. – Вы примете меня? Есть хоть маленькая надежда? – она смотрит в мои глаза и молчит.
– Я не хочу больше испытывать то, что испытывала тогда. Всю ту боль, через которую прошла. У меня тупо нет на это ни времени, ни желания. – спокойно отвечает она.
– Больше такого не будет. Я осознал, понял, что был полнейшим дураком. Прости за всё! Вик, я вас так люблю! Вы для меня всё! Не хочу без вас, не смогу! – изливаю ей душу и не отвожу взгляд.
Она зависает на моих глазах. Тот момент, когда не хватает слов, когда нечего ответить. Но она собирается с силами, отталкивая меня, встаёт с моих колен и подходит к чайнику. Начинает что-то сумбурно делать. Даже пытается налить кипяток в кружку, но рука трясётся.
Я подхожу к ней со спины и обнимаю за талию, прижимаюсь губами к шее, и она замирает. Трепетное дыхание ударяет по барабанным перепонкам. Я, чёрт возьми, безумно хочу сделать её своей.
Я её первый мужчина, тот, кому она доверила самое ценное, ещё не зная, кем я окажусь. Нас притянуло сразу, как будто так и было задумано свыше.
И хочу стать последним и единственным мужчиной в её жизни. Я ведь чувствую, что она моя. Вся моя! На сто процентов!
– До сих пор люблю тебя. – нежно целую шею. – Никогда не переставал. – прикусываю мочку уха.
– Игнат. – поворачивает ко мне лицо, её глаза с поволокой страсти. Вот тот взгляд, который был раньше. То, что я хочу видеть в её глазах всегда. – Уходи, пожалуйста. – просит, сама не знает о чём.
Я же вижу её желание, меня не обмануть!
  
26 глава
 
Вика
Как бы я ни сопротивлялась своему притяжению к Игнату, я не могу справиться, пока он так близко.