Уроки автостопа или Как за 20$ объехать весь мир

Начался сильный дождь. Бернард тут же предложил:
— Поехали ночевать ко мне в Романс. Это километров сорок в сторону от трассы. А утром я вывезу вас к автостраде.
Подъехали к старинному трехэтажному дому. Познакомились с женой Бернарда. Ей всего двадцать шесть лет (ее мужу уже больше 50-ти). Валери по профессии тоже психолог, а знакомство их началось с того, что она стала пациенткой своего будущего мужа. Сейчас у них есть трехлетняя дочь Аннет и общий бизнес — частная психологическая консультация. С одной стороны дома работать удобно — не нужно тратить время на хождение в офис и обратно, с другой — свободного времени может не быть вообще. Например, в этот вечер к ним несколько раз заходили соседи-пациенты — девочка-даун и сумасшедшая не в меру болтливая старушенция.
Утром дождь продолжался. Бернард презентовал нам зонтик и довез, как и обещал, до въезда на автостраду. Спрятавшись с табличкой "Дижон" под крышей пиажа у въезда на платную автостраду мы настроились на долгое ожидание, но уехали на первой же машине.
В Бельгию по делу, срочно!
Молодая вдова (ее муж погиб в Альпах во время катания на лыжах) везла своих детей-подростков Оливье и Ош на соревнования по ориентированию в лесу возле Шарлевиль-Мезьера. Вместе с ними мы за один день пересекли по диагонали почти всю Францию и к вечеру были в районе Арденн, недалеко от бельгийской границы.
Остановилась спортивная машина:
— Обычно я всех хитч-хайкеров подвожу. Но только когда еду один. А сейчас я с дочерью. Мы возвращаемся из Сирии со съемок музыкального клипа. Остановил же я только потому, что у тебя дочь примерно такого же возраста, что и моя Люси.
Бельгийские водители считаются самыми неуклюжими в Европе. И при этом им разрешено пить пиво прямо за рулем. Поэтому, неудивительно, что на бельгийских дорогах происходят многочисленные аварии. Чтобы сделать бельгийские автострады хоть немного более безопасными, их по ночам освещают на всем протяжении. Создается впечатление, что едешь по бесконечным улицам мегаполиса.
Приехали в Брюссель. В молодежном общежитии "Винсент Ван Гог" Жюль снял для нас двухместный номер и пригласил на вечер в свой джаз-бар, находящийся в соседнем доме.
Утром, прогулявшись по центру города — площадь Гротенмаркт мы нашли легко, а фонтан "Писающий мальчик", наоборот, с огромным трудом — пошли пешком на выход.
В Брюсселе живут удивительные растеряхи. Нельзя сказать, что мы только и делали, что смотрели под ноги, но за несколько часов нашли: около сотни бельгийских франков, однодолларовую банкноту, удостоверение личности какого-то лысого мужика (жаль фотография не была на меня похожа, а то можно было бы ездить по всей Европе без виз) и битком набитый рюкзак (даже не стали в него заглядывать).
Мой старый друг Саша Николаев сейчас работает в университете Антверпена. Он приглашал меня в гости, но у меня был только его рабочий телефон. Значит, нужно приехать в рабочее время.
Пятница. Часа два до конца последнего на этой неделе рабочего дня. Зашли в ближайшее университетское здание. Попали на химический факультет. Позвонили. Вскоре Саша приехал за нами на "Хонде", которую одолжил ему кто-то из российской "научной колонии".
На этой же "Хонде" на следующее утро мы отправились с экскурсией в Брюгге — самый привлекательный городок Бельгии. Он основан в IX веке вокруг замка, созданного Болдуином Железной Рукой. После сооружения канала, здесь был создан порт, через который проходили торговые караваны из Европы в Англию. Купцы, разбогатевшие на торговле английским сукном, превратили Брюгге в Северную Венецию.
Старый город имеет форму овала, опоясанного бульварным кольцом. Практически с любого места можно увидеть колокольню с восьмиугольной башней, окруженной балюстрадой зубчатых камней. Рядом находится старый рынок с Суконными рядами, базиликой Крови Христовой и Ратушей. И, естественно, все первые этажи занимают многочисленные ресторанчики, кондитерские и кафе, не исключая и "Макдоналдса".
  
В шенгенском союзе пограничный контроль между странами отменен. Но огромные таможенные терминалы пока еще стоят. Часть из них перепрофилировали под рестораны и авторемонтные мастерские, остальные — просто бросили за ненадобностью. Здесь трудно остановить попутную машину. Может, водителей пугают заброшенные сооружения? Или все еще существующая угроза неожиданной проверки документов и багажа? Неизвестно. Но мы в этой поездке практически на всех границах немного застревали. Вот и на голландско-немецком погранпереходе немного зависли.
Когда рядом притормозил микроавтобус "Мерседес", я обратился к водителю на ломаном немецком, а в ответ слышу: "Куды?"
Владимир Кондратюк живет в Ровно, но в последние несколько лет только тем и занимается, что перегоняет машины из Германии на Украину. Деньги экономит — питается консервами из супермаркетов "Алди", но не жадничает — высаживая на заправочной станции у Ганновера, он и нам презентовал пару банок.
Автозаправка окружена сосновым лесом или вернее заросшим соснами лесопарком. Пройдя его насквозь по хорошо утоптанной тропинке, мы вышли на опушку. Перед нами расстилалось необъятное поле, засаженное какой-то мягкой травой — спать очень комфортно.
На следующее утро уехали на новой "БМВ" с мужчиной в строгом деловом костюме. Питер Зимунд — специалист по охранным системам фирмы "Дорма". Всю дорогу он рекламировал нам свою продукцию, а напоследок подарил презентационную видеокассету.
Автобаны на территории Восточной Германии сразу же после объединения страны стали реконструировать. И этот процесс продолжается до сих пор. Нередко образуются многочасовые пробки. Одну из них мы как раз и наблюдали. К счастью, в обратном направлении.
Возле Берлина встретили коллег — парень с девушкой из Литвы возвращались после двухмесячной поездки по Европе. Им легче, для них почти все страны — безвизовые. Пока мы обменивались впечатлениями, мало обращая внимания на проходящие мимо машины, появился еще один хитч-хайкер. На одной стороне его таблички было написано "Frankfurt", а на другой — "Do domu".
Машинам с немецкими номерами он показывал первую сторону, а с польскими — вторую. Может, из-за такой хитрости или в результате простого везения поляк уехал первым. За ним — литовцы (мы их обогнали на следующий день возле Познани). Наконец забрали и нас.
Во Франкфурт на Одере мы попали поздно ночью. Был последний день действия нашей месячной шенгенской визы, поэтому мы сразу же поспешили на границу.
Граница здесь проходит по мосту через Одер. Ее можно перейти пешком. Идем. Немецких пограничников не встретили вообще ни одного. Обидно, что никто не оценил нашего подвига — уложиться день в день. В будке польской таможни сидит толстый сержант с аппетитом уплетающий бутерброд с колбасой. Он нехотя взял в руки мой паспорт, и открыл его на первой странице:
— Куда?
— Домой.
— Иди, — таможенник вернул мне паспорт, даже не поставив в него штамп о въезде в Польшу.
Пройдя по мосту, мы попали в польский Слубице. Везде видны приметы недавнего наводнения — брошенные мешки с песком, грязь, отметины от воды на стенах домов.
В Польше я был уже неоднократно. И все время транзитом. Когда едешь на Запад, хочется поскорее попасть в Западную Европу, а когда возвращаешься назад, неудержимо тянет домой. Вот и в этот раз мы мчались по Польше, не сворачивая с автострады. Лишь в Варшаве прогулялись по городу, но только потому, что нас высадили в центре.
Уже знакомое место на выезде из Варшавы в сторону Бреста. Здесь я голосовал в 1993 году, возвращаясь из Англии. Отсюда до Минска Мазовецкого доехали на микроавтобусе с рабочими, возвращавшимися со смены, а там попали в легковушку к молодой девушке: