Уроки автостопа или Как за 20$ объехать весь мир
Наконец очередной дальнобойный "КамАЗ". В нем — мужик с пацаненком — оба сонные. Ехали через Омск долго и нудно: стояли в пробках и на светофорах. На выездном посту, пока экипаж приводил машину в порядок (пацан что-то протирал, мужик масло менял), я попросилась выйти: очень уж КамАЗы меня измучили. Отпустили с явной неохотой (это общее свойство всех медленных и муторных машин… можно гадать, чем оно обусловлено).
Минут 15 ничего не стопилось, но потом я сорвалась на "девятке" до поворота на Калачинск. Там была кафешка, а в ней кран с водой, и я с наслаждением умылась и почистила зубы. В магазинчике автозапчастей, я спросила, нет ли у них случайно пальчиковых батареек. В продаже их, конечно, не было, но добрый сотрудник подарил мне свои, утверждая, что они совсем новые. Ура!
Ох, а тут мой КамАЗ подъехал. И упорно зазывал к себе. Ну что поделать, влезла в него и еще полтора часа мучилась, да еще и дорога превратилась в грунтовку, причем покрытие представляло собой щебенку, наваленную для последующей кладки асфальта, и жарко стало, несмотря на ранний час. Вдруг они встретили знакомых, едущих на встречу, и встали на обочине трепаться. Я не выдержала и решительно распрощалась. Отошла от них подальше, перешла мост через речушку, стою в чистом поле. КамАЗ поехал, долго призывно бибикал, но я упорно мотала головой и отмахивалась. Проехали. Обиделись, наверно… Вот тот случай, когда лучше хорошо стоять, чем плохо ехать. Степь да степь кругом, солнышко пригревает… не успеваю, блин! Белый день, поток есть. Срочно надо выцепить машину попристойнее. Пока горизонт был пустой, я заменила батарейки. Фотоаппарат не работает! Или он сломался, или новые батарейки — не новые. Проверить можно только одним способом: купить еще. Только где?
Вот проносятся мимо две малюсеньких "Оки" — белая и бордовая. Вдруг резко тормозят, поднимая тучи пыли.
— Садись, — машут, — вещи — в багажник, а то сидеть негде будет.
Двое молоденьких ребят, лет по двадцать, работают на заводе в Тольятти. Они надыбали где-то деталей от "Оки", собрали и гонят в Красноярск продавать. Почему именно в Красноярск, я так и не поняла, но весьма обрадовалась. Ездить медленно эти ребята не умели. По этой долбаной грунтовке, что тянулась километров двести, они топили под стольник. Мы прыгали, как кузнечики. Ремни совершенно не помогали, и я не раз стукалась башкой об крышу. Была у меня с собой каска для сплава, надо было ее надеть, но чего-то я тормозила.
У одной "Оки" раскокали лобовое стекло — трещина пошла конкретная; у другой — лобовуху поцарапали; у обоих — крылья побили, донья в решето превратили, резину стерли… Никогда не видела, чтобы перегонщики так обращались с машинами. Халявные, конечно, тачки, но не так же их…
Когда грунтовка кончилась, кроме механических повреждений мы обнаружили сантиметровый слой пыли на всем, включая шмотки в закрытых багажниках. Питьевая вода в "торпедах" у ребят приближалась к точке кипения.
В деревушке мы нашли колонку и долго, фыркая, отмывались с головы до ног. Правда, любопытные взгляды аборигенов, образовавших очередь, раздеться не дали. А в городишке покрупнее я узрела промтоварные магазины, и во втором из них обнаружила-таки вожделенные батарейки. На них ушла вторая десятка (спонсорство ребята не предложили, хотя обедами и мороженым кормили щедро. Но надо же мне хоть в чем-то самостоятельность проявлять). Фотик оказался в порядке. Ура! А снимать-то нечего: вроде, едем по Сибири, а где же тайга? Надо мной посмеялись, как над маленькой:
— Какая тебе, — говорят, — тайга на Московском тракте?
Когда мы по какой-либо причине останавливались, я пересаживалась из одной машины в другую, чтобы никому скучно не было. Один из мальчишек (разумеется, не помню, как кого звали) был хохмач и приколист, а другой на его фоне казался занудой. "Приколист" дал мне порулить, сидя верхом на ручнике (везет же мне — трижды сидела на этом неудобном фаллоимитаторе!), а сам скрестил руки на груди и босые пятки упер в стекло. Дорвавшись до педали газа, я, естественно, втопила так, что даже он попросил давить полегче, а когда мы поравнялись с его напарником, у того глаза на лоб выскочили, когда увидел пятки в стекле. Вот так развлекались.
На ночь глядя проезжаем стольный град Новосибирск. Омск был большой деревней, а тут как будто домой в Европу попала. Нижний Новгород похож на Москву в миниатюре, а восточнее я цивильных городов больше не видела. Может, плохо смотрела. Новосиб — город молодой и современный, этакий сити. Все там есть, кроме запчастей для "Оки". В одной из наших "Окушек" сдохла свеча (одна из двух возможных), и ехать медленно мы не могли еще и по этой причине. На трассе все было хорошо, а в городе сбросил скорость ниже 80 — и машинка начинает судорожно дергаться. Но ничего, не заглохли, выехали на пустеющую трассу.
Трепались обо всем, пока все темы не исчерпали. Тот, кто ехал один, засыпал и отставал. Как проехали Кемерово, не помню, хотя, вроде, не вырубалась. К двум ночи по Москве (т. е. к пяти утра по-местному) ребята сломались. Высадили меня на автобусной остановке в мелкой деревушке — крыша была кстати, т. к. пошел долгожданный дождь — и пожелали догнать своих (единственные, кто допускал такую возможность, кроме мужика из Тюмени!), а сами поехали в лесок спать. Дождь лил конкретный, но теплый. Есть у меня шансы, черт побери! Начинается новый день, сейчас машины пойдут.
Через двадцать минут сонный мужик на "ГАЗели" повез меня в Мариинск. Пытаюсь разглядеть тайгу — нет ее. Елки да березки.
— Где ж тебе тайга на Московском тракте! — повторяет мужик. — Вот в Красноярской области будет.
Довез он меня до выездного поста, хотя ему туда было не надо, добрая душа. Сразу за постом был крутой поворот и въезд на длинный мост через реку, что создавало "жидкую пробку". Та еще позиция. Ливень перешел в противную морось. Стопились локалы-деньгопросы. Провисела три четверти часа и уехала на "КамАЗе" на 20 км до асфальтового завода. Грязно, мокро.
Служебный "ПАЗик", выехавший с территории завода, подбросил меня до популярной придорожной кормушки.
Смотрю, из нее выходят мужики в форме с автоматами и садятся в джип "Тойота" с правым рулем. Сытые — значит, добрые, надо попроситься. Они удивились и взяли меня, хотя оказались голодными: местная кормежка их не удовлетворила. А вот меня не удовлетворила скорость этого джипа. Шел он не один, а сопровождал "ГАЗель", груженную под завязку автозапчастями. Они в тех краях на вес золота, поэтому к ним была приставлена специально обученная и до зубов вооруженная охрана. Груз "ГАЗели" превышал допустимую норму в 2.5 раза, и каждому посту ГАИ приходилось отстегивать, но это было выгоднее, чем 2.5 рейса. Так вот, тащился этот ценный груз со скоростью 70–80 км/ч! И мы, естественно, тоже. Направлялись они в Красноярск, я подумала: недалеко, потерплю. И машин, как назло, на трассе было мало. Но не посмотрела я на масштаб карты. Страницы-то в атласе одинаковые, а области, по которым я еду, становятся обширнее. И в результате ковырялась я с ними больше шести часов.
Один охранник долго пытался меня пугать, утверждая с высоты своего охраннического опыта:
— Ты — слабая женщина, в экстремальной ситуации не сможешь противостоять преступнику. Значит, автостопом тебе ездить нельзя!
Доводы в пользу непопадания в ситуации он не принимал — такого в его опыте не было. Вместо того, чтобы пугаться, я стала засыпать с открытыми глазами, еще бы — четвертые сутки без сна. Но жестокий охранник спать мне не давал и все стращал. А второму было параллельно. Они меня покормили там, где им показалось съедобно, упорно пытались поить водкой, нарядили в свою униформу, дали в руки автомат, посадили на джип — сфоткались. Но я все равно была недовольна: я же не оттягиваюсь, а поезд догоняю! Они не верили, что трое суток назад я была в Москве. И тем более сомневались в успехе моей авантюры. Ну и хрен с ними, а я должна успеть!