Истинная. Ты моя навсегда (СИ)
Я прижимаюсь лбом ко лбу Эрниола и вцепляюсь пальцами в его шелковую рубаху.
— Иди ко мне, не бойся, — шепчу я, вкладывая в слова все свое желание. — Ты еще можешь убежать, скрыться, жить… Пожалуйста!
Нас окутывает ослепляющее белое сияние, от которого я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, вижу, как на меня длинным пугающим прыжком летит волк.
Бежать! Прочь! Скорее! Спастись!
В голове пульсируют эти слова, а я бегу. Бегу по коридорам замка Керни. Но что-то не так… Как будто… Ох, Пресветлый! Я бегу на четырех лапах. Что?!
Глава 29. Легенда
Осознание, что у меня не ноги, а, демоны поберите, лапы, заставляет споткнуться, а потом еще быстрее бежать. Как мне кажется, я бегу к выходу, но все так непривычно. Вид «снизу вверх» путает, мешает ориентироваться.
Чувствую отчаяние и потребность поскорее куда-то спрятаться. Что со мной такое?!
Сотни запахов. Знакомых, привычных, и совсем новых, пугающих. Хотя куда уж больше пугаться, я не знаю. Просто бегу.
Там, где по моим расчетам должна быть дверь в сад, оказываются двери в столовую, и я врываюсь в наполненное гостями помещение. Со всех сторон звучат шокированные охи и ахи.
— Лунная лисица, — выдыхает кто-то справа.
— Вы тоже это видите, или мне мерещится? — слышится слева.
Я мечусь то в одну сторону, то в другую.
Нет!!! Я вам привиделась. Вы меня не заметили, и вообще меня тут не было.
Поток воздуха вдоль пола, наконец, приносит свежий аромат начинающей жухнуть травы из сада. Точно. Мне туда.
Подбираюсь и бегу со всех ног в том направлении. Я знаю, куда мне нужно! Точно! Там я смогу спрятаться ото всех обдумать, что за неведомая ерунда со мной произошла.
Выскакиваю через распахнутые двери, чуть ли не кувырком спускаюсь с лестницы и ныряю в тень сада. Очень смутно помню, куда бежать, особенно с этого ракурса. Петляю, ориентируюсь только в основном на обоняние и звук тихого журчания.
Мне кажется, остается всего пара поворотов перед тем, как я смогу нырнуть в кусты, чтобы, пробежав по темному растительному тоннелю, оказаться на спасительной тихой полянке. Но в этот момент я слышу тихий топот лап по земле и рычание.
Вздрагиваю всем телом, вспоминая последнюю картинку перед тем, как я очнулась… такая. Черный волк! Неужели он настоящий? О нет! Нет-нет-нет!
Уже дышать не могу, язык болтается где-то за пределами пасти, но легче не становится. Преследователь все ближе. Я его слышу все отчетливей, но оборачиваться страшно, да и опасно — и так лапами еле перебираю.
Ныряю в кусты и кубарем качусь по тоннелю, где на выходе меня накрывает темная тень. Я изворачиваюсь, пытаюсь выбраться, огрызаюсь, но меня крепко прижимают к земле.
Миг, и тяжесть зверя сменяется крепкими человеческими руками и… до боли в груди знакомым запахом. Таким, который заставляет сердце замедлить свой темп. О, Пресветлый! Я в руках… абсолютно голого мужчины!
— Ночью тебя это не смущало, — усмехается Керни. — Ты, кстати, тоже сейчас вернешься в человеческий вид в своем первозданном виде.
Ох! Еще лучше.
— Ничего не знаю, я буду рад это лицезреть, — продолжает шутить мой муж.
Ну не до смеха мне. Я вообще ничего не понимаю. И мне страшно.
— Ну чего ты боишься, глупышка моя. Ты просто познакомилась со своей второй душой. Хотя, нет… Ты особенная, — он гладит меня по голове и чешет за ухом.
Ар! До чего же приятно! Даже хвостом вилять хочется.
Так. Стоп. Он меня же отвлекает!
Что со мной? Почему я такая? И что мне теперь делать?
— Ты открыла, что ты тоже оборотень. И не просто оборотень, а самая настоящая лунная лиса. Учитывая, что ты говорящая, то ты истинное воплощение Луноликой, — с каким-то восторженным придыханием говорит Керни. — Хотя я считал, что это только легенды, что этого просто не может быть.
Я потихоньку начинаю расслабляться. Кажется, от этого даже голова немного начинает кружиться.
Ладно. Я уже смирилась с тем, что я говорящая. Почти смирилась с тем, что я оборотень, потому что это очевидно. Но… что мне теперь делать?
— Успокоиться просто. Первый раз так бывает, потом будет легче, Эйра, — Керни подхватывает меня на руки и несет ближе к фонтану, где усаживает на бортик. — Я уверен, что после такого забега тебе очень хочется пить. Тут родниковая вода, чистая. Из ручья, что тек здесь много лет назад.
Он молчит некоторое время, пока я жадно пью воду, а потом, погладив по холке, говорит:
— Пока ты успокаиваешься и привыкаешь, я расскажу тебе одну легенду.
И он начинает рассказ, который удивительным образом перекликается с тем сном, что привиделся мне ночью.
Когда-то два сына Всемудрого и Вселюбящей, Эрниол и Эрден, решили ненадолго прийти в наш мир, чтобы узнать, как живут люди, оборотни и драконы. Братья были разными, как день и ночь. Эрниол — светловолосый и чистый душой, Эрден — с волосами цвета воронова крыла и мрачный, как сама тьма.
Они странствовали по землям, знакомились с магами, разными двуликими, пытались понять, чем живут тут, на земле, чему радуются, от чего грустят.
Но случилось им однажды познакомиться с одной девушкой. С такими же темными как у Эрдена волосами, но такой же светлой душой как у Эрниола. И влюбились братья оба в нее, но девушка ответила взаимностью только одному.
В душе Эрдена зародилась черная ревность и он убил своего брата, зная, что убитый на земле бог больше не вернется. Думал, что после этого девушка согласится пойти в мир богов с ним. Да только ей мил был Эрниол. Кинулась она к нему, да спасла его зверя.
Белый песец отправился бродить по свету, пока не нашел такого же доброго и справедливого, как Эрниол, главу клана, да и стал его второй ипостасью.
Девушка пожертвовала свою человеческую душу, чтобы Эрниол вернулся к родителям, больше не имея возможности спускаться в наш мир. Теперь его зовут Всесильными или Пресветлым.
А Эрдена Вселюбящая и Всемудрый не смогли простить и наказали, отправив в вечную ссылку. Второй душе девушки за спасение Эрниола боги позволили стать бессмертной, сделав Луноликой, лунной лисой.
Но Проклятый бог, душа которого и так была мрачна, а со временем вообще погрузилась в непроглядную тьму, не захотел просто так отпустить девушку, оттого она сияет на небе только тогда, когда за землю опускается ночь. И он поклялся, что настанет день, когда Луноликая сама придет к нему, тогда он освободится, и вернет свое законное место.
— И это все произошло именно тут. А ты моя Луноликая, Эйра. Песец так долго тебя искал.
Глава 30
— И… Что это теперь значит для меня? — спрашиваю я и только теперь осознаю, что я спросила это вслух.
Незаметно для себя, я вернулась в человеческий облик. Смущаюсь, отворачиваюсь и обхватываю себя за плечи, чтобы хоть как-то прикрыться. Слышу добрый смешок Керни за своей спиной, а потом мне на плечи ложится мягкий шелковый плащ.
Удивленно поворачиваюсь к мужу, не без удовольствия замечая, как его медленно темнеющий взгляд скользит по мне вслед за тканью плаща.
— Оборотни давно бьются над артефактом, который позволял бы сохранять одежду, — пожимает плечами он. — Драконам с оборотом проще, их магия позволяет перекидываться вместе со всем, что надето. А нам…
Он разводит руки в стороны, давая понять, что это проблема, с которой, увы, им приходится регулярно сталкиваться.
— Но я же видела… У Лисы тогда одежда осталась… — я припоминаю тот страшный момент, когда я стояла с буквально приклеившимся к ладони кинжалом, а Лиса выпрыгнула из кустов.
— У Лисы одна из последних экспериментальных моделей, — говорит Керни. — Хотя я не один раз просил быть с этим артефактом осмотрительней: любое вмешательство в переворот может грозить нестабильностью.