Глаза Сатаны (СИ)

С озабоченным лицом их встретил молодой испанец. Хуан решил, что это и есть дон Рассио. На вопрос хозяина, Хуан только спросил грубо:
– Сеньорита Габриэла приехала?
– Кто вы такой, что спрашиваете меня об этом?
– Немедленно отвечайте, сеньор, или я размозжу вам голову!
– Хорошо, хорошо, сеньор! Да, сестра приехала. И что с того?
– С кем она приехала? Одна, или с сопровождающим?
– Одна! Я ещё удивился этому, но она ничего не ответила, не пояснила. У неё было слишком сильное волнение. Но кто вы, сеньор?
– Мне немедленно нужно её видеть, сеньор! Где её спальня?
– Вы с ума сошли, сударь! Она девушка благородная и очень устала. Вы не знаете, откуда она вернулась! Я треб...
Хуан не дал тому закончить. Грубо оттолкнул, схватил подвернувшуюся служанку, встряхнул её, спросил грозно:
– Где спальня сеньориты? Веди немедленно!
– Вы не имеете права, сударь! Остановитесь! Я вам приказываю!
Ариас поднёс клинок шпаги к горлу дона Рассио, проговорив тихо:
– Спокойно, сеньор! Стойте спокойно, а то лишитесь очень многого! Сядьте!
Дон Рассио растерянно опустился в кресло, недоумённо вращал глазами и никак не мог понять, что же происходит.
Хуан быстро ворвался в спальню. Габриэла уже сидела на постели в шёлковом халате, видимо разбуженная криками и шумом.
Увидев Хуана, расширенными глазами уставилась на него, так и не закрыв рта, готовая обрушиться на служанку с руганью и упрёками.
– Слушай, ты, – тут же подступил Хуан к ней, – где Лало?
– Я... я... не знаю!
– Как это не знаешь? Вы вместе ехали и он неизвестно пропал? Отвечай немедленно, иначе тебе придётся остаться в рабстве до смерти. А она наступит очень скоро! Ну!
– Он... он... я никак не... – она запнулась, а Хуан схватил её за волосы, рванул на пол, наступил сапогом на лицо, прошипев:
– Раздавлю, паскуда! Где Лало?
Служанка в ужасе выбежала, хлопнув дверью.
– Его забрали альгвасилы, Хуан! Отпусти, мне больно!
– Это ещё не боль, подлая! Почему его забрали, как ты могла это допустить? Где он сейчас?
Она не смогла ответить. Слёзы брызнули из глаз, но у Хуана не дрогнула ни одна жилка.
– Наверное, в кордегардии, – пролепетала Габриэла с ужасом в глазах.
– Если ты тотчас не ответишь на все вопросы, то я тебя так отделаю, что и мать не узнает! Говори, сучка!
– На что он тебе нужен, Хуан? Он всего-навсего метис!
Хуана душило бешенство. Схватив её за нос, сдавил так, что брызнула кровавая пена, а Габриэла завизжала от боли. Он отпустил её, вытащил кинжал.
– Ты всё скажешь, или я начну тебе резать лицо, тварь!
Кровь размазалась по лицу, капала с подбородка, в глазах полно слёз, они обильно стекали по щекам.
Хуан слегка кольнул щёку. Габриэла опять завизжала, но кинжал полоснул под глазом, и полоска тотчас наполнилась кровью.
– Я всё скажу, всё! Только не трогай меня!
Хуан отнял кинжал от лица, в голове мелькнула мысль, удивившая его: «Я совершенно не испытываю к ней жалости. Мне приятно причинять ей боль, смотреть, как течёт кровь! Что это со мной?»
– Говори, – уже спокойно сказал Хуан, но кинжал в ножны не убрал.
– Я сдала его альгвасилам! Они шли мимо. Что ты сделаешь со мной?
Она говорила с трудом, не в состоянии сдержать рыданий и ужаса от боли и страха.
Хуану так захотелось ударить её по окровавленному лицу, что удержаться от такого соблазна было очень трудно. Он думал недолго.
– Ты поедешь со мной, опять будешь рабыней, стерва! И это будет долгое рабство! Или освободи Лало и тогда я ограничусь меньшим.
– Как я его смогу освободить? Он в тюрьме! Прости, Хуан!
– Пошлёшь братца в город. Пусть он привезёт Лало, и тогда я отпущу тебя за выкуп в тысячу дукатов, дорогая! И пусть поспешит, я ждать тут целый день не намерен.
Хуан открыл дверь и крикнул в пустоту:
– Давай сюда сеньора! И побыстрее!
Он обернулся к Габриэле. Вид её был ужасный. Вся измазана кровью, в слезах, с растрёпанными волосами. Она продолжала лежать на полу, глаза безумно блуждали по комнате.
Хуан смотрел, как дон Рассио спешил к спальне, а следом, не поспешая, семенила её мать с платком, прижатым к глазам и носу.
 
– Сеньора, вам не стоит входить, – решительно преградил он путь несчастной довольно полной и бледной женщине. – Это не для вашего сердца.
Она попыталась сквозь слёзы что-то говорить, Хуан бесцеремонно закрыл дверь, слыша, как дон Рассио с ужасом в голосе, что-то говорит сестре.
– Ты сказала, что требуется от твоего брата, Габриэла? – спросил Хуан жёстко, бледный, немного сам растерянный и озлобленный до предела.
– Что вы сделали с сестрой, негодяй? – Рассио сделал движение броситься на Хуана, тот опередил его, хлёстко ударив шпагой по рёбрам, от чего лейтенанта флота перекосило.
– Расси, не трогай его! – голос Габриэлы взвился к потолку. – Тебе с ним не справиться. Ты не знаешь, на что он способен!
– Как вы могли так поступить с девушкой, подлец! А считаете себя дворянином! Пользуетесь тем, что я без оружия?
– Я буду к вашим услугам, но только после выполнения вами моих заданий!
Хуан слегка дрожал и никак не мог справиться с этим.
– Не обращай внимания на его слова, Расси! – опять закричала Габриэла. – Он убьёт тебя быстрее, чем ты сможешь сообразить, что произошло! И выполни все его поручения!
– Что за поручения, Габи? И кто он такой, что осмеливается напасть на благородного идальго в его собственном доме? Я требую объяснений!
– Извольте, сеньор, – с усмешкой ответил Хуан, посмотрел на девушку, на лице которой можно было заметить массу переживаний и чувств.
– Нет! Никаких объяснений, Расси! Видишь, что он сделал со мной? А тебя он просто прикончит, не моргнув глазом!
– Тогда, что я должен сделать, Габи? Это избавит нас и тебя от этого кошмара? – Рассио со страхом посмотрел на страшное лицо сестры.
Она не ответила, посмотрела заплаканными глазами на Хуана. Дон Рассио, ничего не понимая моргал глазами, его красивое лицо выражало крайнюю степень недоумения.
– Сеньор, – обратился Хуан к испанцу весьма учтиво, – ваша сестра засадила совершенно невинного человека в тюрьму. Я хочу, чтобы его освободили, и немедленно. В противном случае я устрою ей то, что она уже испытала. Поэтому вы тотчас едете в город и привозите этого человека сюда. И я сам исчезну из вашего дома и вообще...
Рассио вопросительно посмотрел на Габриэлу.
– Прошу тебя, Расси, не спрашивай ничего! Просто выполни его требование!
– Но мне хотелось бы знать, что всё это значит? – попытался протестовать молодой лейтенант, зло глядя на Хуана.
– Умоляю, Расси! Не тяни! Ты видишь, что он сделал со мной? Он легко может истребить всю нашу семью! Поспеши, прошу!
– Сеньор, я присоединяюсь к вашей сестре. Поспешите, у меня нет времени тут попусту разговаривать. Того человека зовут Лало Лопес, он метис, пеон, и он совершенно ни в чём не виноват. Да вы его знаете. Он бывал у вас по вопросу выкупа за вашу сестру. И прошу, поторопитесь!
– Выходит, вы тоже имеете к этому отношение, сеньор, как там вас...
– Неважно, дон Рассио. Главное, доставить сюда этого метиса Лало.
– Я подчиняюсь, но ничего не понимаю, – заявил подавленно лейтенант.
– И предупреждаю вас, сеньор. Не делайте ошибок, подобной вашей сестре. Иначе вся ваша семья будет уничтожена. И я не шучу, сами можете убедиться, – Хуан кивнул на Габриэлу. – Никаких стражников, никаких тайных альгвасилов. Я достаточно осторожен, чтобы успеть избавить вас и от семьи, и от вашей асиенды, дон Рассио. Вы поняли меня?
Дон Рассио немного помедлил, но всё же, идя на уступки сестре, ушёл в конюшню готовить лучшую лошадь.
– Габриэла, сиди здесь и не выходи никуда. Я пришлю служанку. И не вынуждай меня прибегать к резким мерам. Ты это должна теперь понять, что мне с тобой шутить не охота.
Он вышел в гостиную. Там его ожидала неприглядная картина. На полу, подплывая кровью лежали два огромных пса, из которых один ещё тихо скулил, раненый и дёргающийся в попытке уползти.