Глаза Сатаны (СИ)

– Что вы хотите иметь, сеньор?
– Штук пять мушкетов, шпаги, пистолеты, и порох с пулями и всем остальным. Кинжалы, ножи, мачете, сам знаешь что ещё может пригодиться в пути. Я должен всё получить здесь, в Айгуа, Кристо. Только не говори своему родственнику о том, сколько ты получил. Можешь сказать, что два золотых и не больше. А за оружие лучше заплати из своей доли. А здесь я тебе всё верну. Надеюсь, у тебя хватит на закупку. Но я тебе десять монет подкину для надёжности. И не опоздай сюда!
Кристобаль обещал всё выполнить, хотя последнее предложение было ему не из приятных.
Рано утром Кристобаль высадил Хуана у гнилой пристани для рыбачьих лодок, попрощался с Хуаном. И тот неторопливо пошёл к деревушке покупать мула и продовольствие с одеждой для заложников и для себя.
Не очень торопясь, Хуан с одним молодым проводникам из местных метисов за полтора дня добрался до деревни Лало. Того не было дома, но отец его послал младшего сына за ним.
– Пока будут искать Лало и тащить домой, сеньор, отдохните и поешьте.
– Не откажусь, сеньор, – ответил Хуан устало.
Он опустился на лавку. Рана всё же немного донимала его. Он побаивался за шов, и всё делал медленно, осторожно.
Старшая дочь хозяина подала вначале гостю большую кружку парного козьего молока, потом появился сыр с помидорами под жгучим соусом с лепёшками из кассавы. Лишь потом подали кусок горячего мяса молодого барашка, только что зарезанного специально для важного гостя.
Лало появился уже под конец обеда. Он скромно приветствовал Хуана.
– Мы можем пойти куда-нибудь в тень, подальше от посторонних ушей? – спросил Хуан многозначительно.
– Прошу, сеньор, за мной, – ответил Лало, вытер губы рукавом грязной рубашки, вышел из хижины и молча пошёл к развесистому дереву в отдалении.
Хуан тяжело опустился на траву.
– У вас что-то не так, сеньор? – поинтересовался Лало.
Хуан молча поднял подол рубашки, показал красный рубец шва, но ничего об этом не поведал. Лишь спросил сам:
– Ты давно был в долине?
– Три дня как вернулся, дон Хуан.
– Расскажи, что там происходит, Лало.
– Ничего особенного, сеньор. Никто не умер, никто не сбежал. Правда, появились новые люди.
– Новые люди? – насторожился Хуан. – Кто такие?
– Беглые, сеньор. Четверо. Их обнаружили в лесу недалеко от долины. Ариас дал им приют. Они теперь работают, как свободные люди, сеньор. Это плохо?
– Ещё не знаю. Посмотрим. Что с пленниками, сеньором и сеньоритой?
– Тоже ничего, сеньор. Работают умеренно, как вы и приказали. Кормят их сносно. Только с одеждой плохо. Почти голые ходят.
– Я им везу новое всё. Скоро я их отпущу, приятель. Мы с тобой этим и займёмся дней через пять, самое большее.
Лало молчал, показывая Хуану, что не очень-то хочет такой работы. Хуан удивился, тоже помолчал.
– Лало, мне хотелось бы, чтобы ты остался в долине на долгое время.
– Сеньор, у меня много работы в деревне.
– Женись, переходи работать в долину. Я хочу сдать тебе в аренду её, но для этого ты должен поехать в город. Нужно оформить бумаги.
– У меня же денег нет, сеньор, чтобы оплатить аренду. А тут ещё я ведь пеон дона Рохелио де Азиведо, сеньор. Ему тоже денег много отвалить за себя надо. Тут ничего не выйдет, сеньор.
– Я подумаю, как это решить, Лало. Но ты так много сделал для меня, что мне просто так бросить тебя совесть не позволяет. Но ты должен принять моё предложение. Это тебе почти ничего не будет стоить.
Лало молча пожал плечами. Понять этого юного белого он не мог.
– Где расположена усадьба этого сеньора? – спросил Хуан.
– Миль семь на восток, сеньор. Туда можно доехать по довольно хорошей тропе за пару часов. Я вам покажу. Она начинается вон за той скалой, – Лало указал на белый горный выступ на восточной окраине деревни. – Можно послать с вами моего брата. Ему уже четырнадцать и он всё тут знает, сеньор.
– Вот и хорошо, Лало. Но сначала нужно отпустить наших заложников. Оформить куплю долины и твою аренду. Потом я займусь доном Рохелио и тобой.
 
Лало явно показал, что не верит Хуану, спорить однако не стал.
Выехали в долину они ранним утром. Туман клочьями повис в низинах, лес был сырой и душный, но было прохладно и безветренно.
Долина встретила путников неожиданно молчаливо. Старожилы побаивались строгостей хозяина за своеволие, а рабы и работники тоже не питали ничего хорошего от появления этих двух людей. Только Ариас радостно с довольной улыбкой встретил и приветствовал Хуана.
– Ты какой-то бледный и похудевший, Хуан! – обеспокоенно спросил мулат. – Что-то случилось?
– Было дело, Ар. Что тут у вас нового. Про беглых я услышал от Лало. И как они трудятся?
– Хорошо. Хуан. Чего им ещё желать? Живут в отдельном шалаше, едят, как и все мы. Работают без битья и понукания. Лишь бы хозяева сюда не заглянули.
– Они издалека, эти беглые?
– Миль десять на северо-запад. Почти на северном побережье их усадьба находится. Вряд ли их здесь найдут. След их уже никакая собака не возьмёт.
– Хорошо бы оружием обзавестись, – мечтательно заявил Хуан. – Немного я уже заказал, но оно пригодится мне на другое дело. Как наши заложники?
Ариас с любопытством посмотрел на Хуана, пожал плечами. Он не заметил особого волнения на лице Хуана, и ответил неопределённо:
– Сеньор нервничает, всё ждёт результата твоего визита к родителям. А сеньорита... сам посмотришь, Хуан. Она стала больше походить на прежнюю, в усадьбе. Но работает немного. Думаю, что она ждёт тебя...
– Только этого мне не хватало, Ар. Я едва доехал сюда. У меня была рана. Чуть не попался бандитам в бухте. Хорошо сторож оказался добросовестный. Отбились, но меня задели. Только-только отпустило, но ещё сильно чувствуется.
– Думаю, ты получил выкуп, Хуан? – осторожно спросил мулат.
– Полностью, не считая за Атилио. Тут я пожалел стариков. Так что ты можешь рассчитывать на две тысячи золотом, Ар. Не плохо, да?
Ариас неопределённо скривил лицо, что можно было понять по-всякому. И Ху аж понял это, как недовольство. Потому решил пояснить:
– Я почти половину отдал сеньоре, Ар. Ты должен это учитывать. Да и траты были, и ещё предстоят. И не малые. Так что я сам не рассчитываю иметь больше трёх-четырёх тысяч.
Ариас недовольно скривился. Хуан опять, в который раз почувствовал недовольство друга. Такое мало кому понравится, не понравилось и Хуану.
– Я купил хороший баркас, – сменил тему Хуан. – Пойдём на Монтсеррат.
– Это необходимо? А здесь что будет, кто останется?
– Сдам в аренду Лало. Пусть занимается хозяйством. У нас вряд ли получится, Ар. Правда, надо многое для этого сделать. Дня через два-три отправимся на побережье. Возьмём многих людей. Они могут нам пригодиться.
И опять Ариас выразил недовольство на лице, хотя не возразил, не остановил Хуана в изложении его планов.
Хуан вышел поискать заложников. Встречаться с Габриэлей не хотелось. Смутное чувство вины нахлынуло на него. Он кликнул негра Пахо, проходившего мимо.
– Пошли пройдёмся, Пахо, – предложил он. – Мне нужно быть с кем-то.
– Чего сеньор хочет?
– Срочно нужно поговорить с нашими заложниками. Где они?
– Сеньор таскает камень для постройки, сеньорита недавно была у речки.
Дон Атилио шагах в двухстах, немного на возвышенности, молотом и зубилом откалывал плоские куски камня, слегка их обкалывал и потом сносил к речке, где уже высилась горка подобных камней.
– Атилио! – Позвал Хуан негромко. – Прошу подойти, разговор есть.
Испанец напряжённо посмотрел на Хуана, положил молот и неторопливо подошёл, продолжая пытливо глядеть на хозяина.
– Можешь радоваться, сеньор. Через два дня мы едем домой. К вам домой.
– А выкуп? Его выплатили?
– Не весь. Но я посчитал, что полностью разорять вас нет надобности.
Атилио не поблагодарил, молча стоял в раздумье.