Это другое (СИ)
Глава 4
Ближе к полудню, на шестом этаже многоквартирного дома по улице Запрудной.
— Что там, Витя? — прозвучал тихий и какой-то основательный голос из-за спины довольно высокого молодого и рыжеволосого мужчины в легкой летней ветровке поверх рубашки, сейчас без галстука, с задумчивым видом как раз осматривавшего дверной замок и даже петли одной из квартир.
— Не открывают, Пал Петрович, здрасьте, — обернувшись, поручкался вопрошаемый с достаточно зрело выглядящим невысоким крепышом в сером костюме, чьи ранее темно-русого цвета виски серебрила почтенная седина, а флегматично озирающие всё вокруг глаза внушали мнимый покой.
— С чего взял, что дома кто-то есть? — без лишних слов продолжил разговор старший коллега.
— Так свет горит, правда с другой стороны и с парадного не видно, но я проверял. Да и на работу сегодня Силина не явилась, а сын её школу прогулял. Обзванивали, — пояснил свои соображения младший.
— Ясно. А почему именно к ним такой интерес?
— Так, из шести квартир на этаже...
— По этому подъезду, ты имеешь ввиду? — невежливо перебил старший, не отвлекаясь от разглядывания через извлеченные из нагрудного кармана очки замочной скважины квартиры Силиных.
— Так точно, — подтвердил младший, слегка поморщившись от слова, несвойственного уроженцам его родного города, но про «чужой монастырь» не стал забывать, а потому деловито продолжил. — Так вот, только три квартиры здесь в данный момент жилые, причем в правом... а, нет, если от лифта, то в левом, получается, ответвлении, где, собственно, всё и произошло — только одна. Как раз, эта.
— А что квартиры в правом от лифта коридоре? — попробовав что-то пальцем в районе приковавшей его внимание замочной скважины, решил уточнить наблюдательный мужчина в костюме, прежде чем бросить лукавый взгляд на молодого сотрудника.
— А, не. Там всё чисто с замками. Что касается жильцов, то мужик из первой — был после корпоратива. С трудом(ухмыльнувшись), но проверили, обзвонив участников сего мероприятия. В общем, был он никакой и даже не проснулся на шум, — покосившись на обилие пулевых отверстий в стенах, рыжий Виктор продолжил. — Семья же из другой — будучи все перепуганы, даже и не пытались высовываться, пока наряд по вызову не прибыл. Камеры, как видите, закрашены из балончика. Даже глазки и, вон та, в углу которая. Скрытая, между прочим.
— Хм, и с замком, я погляжу, работал профи, — сдвигая очки на кончик носа, покосился на собеседника умудренный сединами Павел Петрович. — Там консьерж, вроде бы, ещё был, так?
— Его пока не опросили. Пенсионер хоть и боевой, но, увы, с сердцем не очень. Скорая увезла. Но записи видеокамер мы изъяли, будем работать, — поспешил заверить докладчик, видя неудовольствие на весьма выдержанном в таких случаях лице собеседника.
— Камеры на улице? Банкомат? Аптека?
— Илья пошел. Там достаточно много коммерческих заведений и наверняка удастся получить что-нибудь удобоваримое, — довольно воодушевленно подхватил Виктор, но решил быть откровенным с уважаемым им человеком. — Хотя не уверен, что злоумышленники не натянули маски, прежде чем покинуть транспорт, который наверняка ещё и в угоне. Иначе зачем бы было вообще так мудрить?
— Хорошо. А теперь, прежде чем вскрывать квартиру, а то что-то мне подсказывает, что там нас ждет неприятная находка, покажи-ка мне то, из-за чего вообще наш отдел привлечен.
— Это здесь. У мусоропровода.
Но в этот момент дверь квартиры, так интересовавшей представителей определенно очень секретной спецслужбы, вдруг открылась и оттуда выглянула невысокая и подвижная, уже немолодая, но очень обаятельная светловолосая, хотя наверняка крашенная, женщина и, вызывая непроизвольную улыбку, с забавной интонацией поинтересовалась:
— Ой, а что это у вас тут?
****Где-то на трассе, за несколько часов до.
Пытать, слава Славе, никого не пришлось. Стоило Силину «явить чудо» вывезенному в посадку и приведенному там в чувства пленнику, показав пару магических фокусов, как впечатлившийся Кокос сам начал активно проситься в воинство Тьмы на роль приспешника Темного Властелина, конечно же обещая всё как на духу́ рассказать. Даже когда в ответ ему покрутили у виска и заявили: «Ты что мелешь, собака? Не видишь? Добрые мы и за Свет!» — то и тогда он, лишь понятливо покивав, со словами «пох... не важно» продолжил настаивать. Короче, была достигнута договоренность, мол, ты давай рассказывай, а членский билет в нашу партию, пока под рабочим названием «Всем добра, света, и чтоб никто не ушел!», оформим позже как-нибудь. Но это не точно.
Ну и теперь вот, когда жестоко обманутый Кокос, поведав-таки много интересного, благополучно удобряет почву в упомянутом лесонасаждении, его немилосердный убийца, не пожелавший прощать угрозу своей недавно обретенной семье, а потому даже и не моргнув глазом отправивший несовершеннолетнего к предкам, подпевая модной песенке из радио рулил к «штаб-квартире» арийцев, как они, смешные люди, себя называют. Предстояло наказать Фюрера, а заодно разобраться с тем ловкачом, который занимался вскрытием квартиры, возможно предложив ему примкнуть к силам Света. Такой профессионал, тем более весьма шустро соображающий, раз столь оперативно дал верную оценку своим шансам в том противостоянии и сдри... удалился — будущему Владыке Света не повредит. О судьбе остальных бритоголовых Его Светлейшество пока не решил. Как бы ни противно было иметь дело с бандитами, да ещё и настолько маргинальными, и как бы не бурлил негодованием Славик внутри, но даже самые твари из них, по мнению Кима, вскоре могут пригодиться. И Силин в конкретном случае был согласен со вторым, хотя и мечтал втайне, чтоб уроды заартачились, и он с чистой совестью смог бы воплотить лозунг своей политсилы. В последней её части.
К сауне, а точнее даже целому придорожному комплексу с боулингом, бильярдом, шашлычкой, нумерами и прочими злачными удовольствиями, где как раз и обосновалась на окраине города шайка Фюрера, трофейный продукт немецкого автопрома подкатил уже на рассвете. Силину, а точнее Фройзу в нём, понравился такой способ передвижения, пусть и в его мире самобеглые коляски на паромагическом движителе уже давно в ходу, однако сравнение всё же не в пользу последних. А потому, пообещав себе легально обзавестись чем-то подобным, молодой человек, к слову уже не в трусах, с некоторым сожалением покинул свой транспорт, поудобнее перехватив замотанную в какую-то тряпку шашку.
Ввиду того, что в столь ранний час магазины с одеждой ещё закрыты, Силин был вынужден поживиться у Кокоса не только небольшим количеством налички из бумажника, напуганный начитанным Славиком не став брать карточки, но и временно одеждой с не так и сильно отличавшегося телосложением черноволосого школьника из параллельного класса. В узких джинсах и с голыми щиколотками, в глупых мягких туфлях неподходящего цвета, а также в, почему-то черного цвета, облегающей нательной рубашке, которые в этом мире как-то иначе называются, а носят их напоказ, Силин ощущал себя вполне сносно, а выглядел так и вовсе в полном соответствии с возрастом собственного тела. Единственное, правда, что не укладывалось в наверняка трепетно продуманный прошлым хозяином модный лук, так это балаклава на голове. Но кому сейчас легко, в конце концов?
А тем временем, внутри кипела активность:
— Ты куда, Пинцет? Я тебя не отпускал, — прогнусавил крепкий костистый мужчина со значительными залысинами на мощном лбе, обращаясь к тому самому долговязому специалисту по вскрытию замков, и не только. — А если мне кого из пацанов заштопать потребуется? Шульц же, ты знаешь, не по этой части.
— Ой, я вас таки умоляю, мой фюрер, — с весьма характерной интонацией обратился, как без маски оказалось, черноволосый и черноглазый, довольно молодо выглядящий мужчина с весьма подвижной мимикой к, как видно, попускавшему такое отношение и, похоже, не самых стойких идеалов «арийцу». — От сердца к солнцу, короче, а я погнал. Нам, атеистам, знаете ли, противопоказанны всякие там чудеса. У нас сразу подозрения нехорошие возникают. Может это инопланетные технологии какие-то там, по недосмотру проявились. А такие утечки по-любому следует пресекать и устранять, раз с недопущать такой казус вышел. Так что дожидаться тут орбитального удара, в новостях потом нареченного не иначе как взрывом бытового газа — дураков нэма! Всё, тысячелетний вам рейх, как говорится, в...