Прихоть мажора (СИ)

И за пять лет ничего не изменилось.
Я выросла, оформилась, вместо плоской девчонки на меня из зеркала смотрела молодая и, к слову, совсем не уродливая девушка, но Артуру по-прежнему не было до меня никакого дела. Он меня попросту не замечал, да и когда замечать, если у нас практически не было повода пересечься? Его жизнь буквально кипела: учеба в модном университете, английский, профессиональные занятия плаванием, бизнес-курсы — и все это приправлено бурной личной жизнью.
Конечно, я не могла знать наверняка, где он проводит свои вечера и ночи, но судя по снимкам его друзей, где он был непременно отмечен, развлекалась золотая молодежь на всю катушку. Дорогие автомобили, модные заведения, красивые лица…
Его жизнь была похожа на сказку. Моя же — скучна и однообразна.
В элитном коттеджном поселке у меня не было, да и не могло быть друзей — дети политиков и бизнесменов предпочитали свой круг; одноклассникам, с которыми у меня сложились неплохие отношения, добираться до меня было далеко, а я же в свою очередь не имела возможности остаться в городе. Я не могла бросить маму, знала, что без моей помощи ей будет тяжело справляться на кухне Вишневских. Да и морально… после смерти отца она сконцентрировалась на мне.
Бросить ее — значит предать.
Я просто не могла с ней так поступить.
— Ну что, идем спать? — мама еще раз окинула довольным взглядом наряженное окно и широко зевнула. — Завтра рано утром на продуктовый рынок.
— Не знаю, чего ты туда таскаешься, можно же все заказать по интернету. Привезут прямо к порогу, свежее.
— Знаю я их «свежее». Лучше я сама — пройду по рядам, выберу. К тому же на своих двоих не добираться — Иракли отвезет, привезет. Сервис.
Иракли — водитель четы Вишневских, правда, ввиду того, что каждый в семье предпочитал ездить за рулем сам, а у Альберта Владленовича был персональный помощник, Иракли часто оставался не у дел. Поэтому можно сказать, он был нашим с мамой личным водителем. Частенько подбрасывал меня до школы, а маму по делам в город.
Скоро мне предстояло поступать в ВУЗ, и я уже выбрала специальность — психология, мама предложила снять в городе небольшую однокомнатную квартиру, чтобы не мотаться туда-сюда, но я понимала, что таким образом мы никогда не накопим на собственное жилье, и решила ездить.
— Когда Иракли отвезет, когда сама на электричке. Нормально.
Может, конечно, и не очень «нормально», но чувство долга не позволяло мне оставить маму одну, да еще прилично обдирать финансово.
Это с одной стороны, а с другой, эгоистичной, я осознавала, что перебраться в другое место было бы самым лучшим вариантом: наверняка жизнь в городе быстро меня увлечет, и я имею все шансы встретить кого-то, может, даже влюбиться. Но, вопреки логике, верилось в это с трудом. Первая любовь проросла во мне настолько прочно, что казалось, я уже никогда от нее не избавлюсь. А избавляться нужно, потому что вместе мы все равно никогда не будем. Иллюзий я никогда не строила, в розовых облаках не витала, прекрасно оценивала и свое, и его место.
Хватит отираться уже возле окон. Хватит! И тайные паломничества в его спальню пора прекращать, это уже похоже на сумасшествие! — убеждала я себя, но все равно каждую ночь дожидалась его возвращения и сильно расстраивалась, если он не приезжал…
Ох, дура.
— Ладно, пойду спать. Спокойной ночи, дочка, — мама поцеловала меня в висок и ушла в примыкающую к прихожей комнату.
Я почистила зубы, переоделась в пижаму и, бросив привычный взгляд в окно, дабы убедиться, что парочка покинула автомобиль, легла под одеяло. Правда, сон никак не шел. Никогда не шел, если я знала, что он там с кем-то…
А вдруг эта рыжая и есть «та самая»? Вдруг он решит жениться на ней, наделает кучу детишек? Хотя я ревниво думала так о каждой его новой подруге, но все они рано или поздно испарялись, что, конечно, не могло не радовать.
Неожиданно я услышала со стороны хозяйского дома какой-то шум, кажется, кто-то ругался. Путаясь в штанинах, я быстро вскочила с кровати и подошла к окну: именно в этот момент из дома вышла рыжая и, обняв плечи руками, быстро зашагала к воротам.
 
— Далеко собралась? — раздался голос Артура.
Он стоял в дверном проеме в одних джинсах, без футболки и босой. Фигуру освещал свет автоматического фонаря, поэтому рассмотреть его можно было без какого-либо труда.
— Уезжаю, — огрызнулась беглянка.
— Такси вызвать?
— Обойдусь, спасибо.
— Ну, как хочешь, — в привычной манере — то есть лениво — достал из кармана телефон, и спустя мгновение половину его лица осветил экран. — Вадим, открой ей. И это… машину вызови, одну не отпускай.
Ночь была очень тихая, и сквозь открытое окно было хорошо различимо каждое слово.
Интересно, что у них там произошло? Артур явно не из тех, кто распаляется на крики, в этом плане он скорее явный пассив. Я никогда не слышала от него повышенного тона, ему просто лень напрягать голосовые связки.
Девушка гордо дошла почти до самых ворот и, увидев, что те начали медленно разъезжаться в разные стороны, поникла. Наверное, она рассчитывала, что он кинется ее догонять, но, конечно, этого не произошло.
Я не знаю, что должно случиться, чтобы Артур Вишневский вдруг рванул удерживать кого-то.
Сама того не ожидая, я улыбнулась тому, насколько хорошо успела его узнать, даже практически не общаясь.
— Тебе совсем на меня наплевать, да? — гордячка сдалась. Лёгкий летний ветер трепал ее рыжие, совсем как у меня, пряди, в свете фонаря напоминающие языки пламени. — Если я сейчас уйду, то уйду совсем, понимаешь? Значит, между нами все!
— Ну, все так все, — спокойно отозвался он. Даже не пошевелился.
В спальне старших Вишневских в другом конце дома загорелся тусклый свет. Всех перебудили.
— Я знала, что ты вообще ни капли меня не любишь, но все равно рассчитывала на что-то, дура! Больше никогда в жизни… Не звони мне! — прокричала она и шагнула за ворота. Те сразу с тихим гудением сомкнулись за ее спиной.
Вот и все, эту вычеркиваем. Я знала, что больше никогда ее здесь не увижу.
Может, где-то в самой глубине души по-женски я ей сочувствовала, но эгоистка внутри меня ликовала.
Позиция собаки на сене? Возможно. Но это не я их разлучила.
Окно спальни наверху снова стало темным, я думала, что Артур сейчас тоже уйдет, но нет, он неожиданно медленно спустился со ступенек и, засунув ладони в карманы джинсов, поднял голову вверх, словно любуясь звездами.
Решение пришло молниеносно.
— Аглая, ты куда это? — раздался сонный голос мамы из ее комнаты.
— Свежим воздухом подышу. Сейчас вернусь. Спи.
Торопливо сунув ноги в шлепки, я вышла на улицу и, сходя с ума от опьяняющего адреналина, двинулась к хозяйскому дому.
  
Глава 2
 
Аглая
Артур не сразу меня увидел, а заметив рыжее привидение в белой пижаме, прекратил созерцать красоту небес.
— А, это ты. Чего не спишь, Веснушка?
— Да вы тут такое шоу устроили, не до сна. Продолжение будет? Люблю сериалы.
Он криво усмехнулся и, вытащив из кармана пачку сигарет, сел на порог.
— Сегодня была заключительная серия. Зе энд.
Огонек зажигалки на мгновение осветил его лицо и тут же потух. Выпустив в небо сизое облако, Артур не глядя протянул мне пачку:
— Будешь?
— Ты что, я не курю. Это же вредно!
— Правильно, — и снова затянулся.
Подумав, я тоже села рядом с ним, засунув ладони между коленей.
Может, слишком нагло, но когда еще? В последний раз мы общались два месяца назад, когда он забрел на кухню, чтобы взять что-то из холодильника, а я в это время помогала маме готовить ужин. Тогда мы перекинулись парой ничего не значащих слов. Сейчас же я хотела получить чуть больше его внимания.
В конце лета он улетает в Кембридж и целых два года будет учиться на магистратуре в Гарвардском университете. Лига Плюща [1]. Высшая лига. Дорогая, элитная, манящая… и далекая от меня, как другая галактика.