Открытые сны Раскаяние (СИ)
— Где пожар? — встревоженно спросил он.
Дмитрий Сергеевич принялся что-то объяснять, а Илья заглянул ему за плечо и увидел ошарашенного профессора, который хватал воздух ртом, силясь что-то сказать.
— Закрой дверь! — наконец взвизгнул он. Иван недоуменно обернулся, пытаясь понять, что происходит. Но тут в коридоре появилась Ярослава и закричала:
— Илья, я здесь! Илья!
Иван отпихнул Илью и захлопнул дверь.
* * *— Отпустите меня, отпустите! Илья, помоги! Илья! — Ярослава кричала и пыталась вырваться из крепких объятий Семена. Тут подбежал профессор, схватил ее за руку и наотмашь ударил ладонью по лицу. Ярослава охнула от боли и почувствовала, как щека сначала онемела, а потом начала гореть.
— Отпустите меня, — попросила она и заревела от бессилия и боли.
— Успокойтесь. Я вам сейчас чаю принесу, — извиняющимся тоном сказал Семен и подвел ее к креслу. Но она резко толкнула его и побежала мимо профессора к выходу. Спасительная дверь оказалась заперта.
— Илья, — она билась об дверь, дергала за ручку, но все было напрасно. — Выпустите меня, сволочи!
Резкая боль пронзила ногу. Она повернула голову и увидела рядом с собой того самого мужчину с бородой. В руках у него был пистолет.
— Помогите! Илья! — из последних сил крикнула она и почувствовала, как слабеют ноги. Мужчина с бородой подхватил ее на руки и понес обратно. Ярослава попыталась ударить, но пальцы с трудом сжались в кулак, и удар получился слабым. Она поняла, что больше не может сопротивляться, и погрузилась в темноту.
* * *— Кто тебя просил усыплять ее? — напустился Павел Федорович на Ивана. — Теперь опять ждать, когда проснется.
Иван что-то виновато пробурчал и ушел обратно в комнату отдыха. Семен склонился над лежащей на кушетке Ярославой и прислушался к ее дыханию.
— Жива.
— Конечно, жива, — раздраженно откликнулся профессор. — Что с ней будет? Это же снотворное.
Семен не стал спорить и доказывать, что если переборщить со снотворным, то можно и умереть. К тому же они не знали, что за жидкость в шприцах и есть ли у нее противопоказания и побочные действия.
— Пойдем за «Куполом». Попробуем так подключить. Может, что-нибудь получится.
Они с трудом перенесли тяжелый прибор в лабораторию, где на кушетке спала Ярослава.
Семен приподнял голову девушки, Павел Федорович надел ей на голову колпак с датчиками.
— Та-ак, попробуем, — профессор включил «Купол» и уставился на монитор. Прибор зажужжал, и появилась колеблющаяся диаграмма. Однако пики диаграммы не доходили даже до середины шкалы, отмечающей силу ритмов мозга.
— Черт, — выругался профессор. — Придется ждать.
— А если они полицию приведут? — робко спросил Семен и кивнул в сторону двери.
— И что? Им никто не поверит — у меня безупречная репутация. К тому же без решения суда никто не может сюда войти. Я выкупил эти помещения у завода, поэтому собственник — я, а не НИИ.
Он подтащил стул к «Куполу» и уставился на монитор.
— Эх, Ванюша, натворил делов. В прошлый раз сколько часов она спала?
— Пять или шесть, — пожал плечами Семен. — Кстати, вы решили, что будем с девушкой делать потом?
Павел Федорович не ответил. Он немигающим взглядом смотрел на монитор, на его губах играла мечтательная улыбка.
* * *Илья бился об железную дверь плечом. Затем наскакивал с разбегу. Дмитрий Сергеевич пробовал пинать, но все попытки были тщетными.
— Она там. Ты видел? Она там. Ярослава!
— Видел, — ответил запыхавшийся Дмитрий Сергеевич. — И мне все это не нравится.
Он нагнулся, оперся о колени и тяжело дышал. Сердце колотилось и по спине бежали струйки пота.
— Нет, мы не сможем открыть. Надо кого-нибудь вызывать.
— Кого? Слесаря? — горько усмехнулся Илья.
— Может, еще раз в отделение съездим? Расскажем все.
Илья замотал головой и опустился на корточки.
— Нет, бесполезно. Надо по-другому действовать.
— Как?
— Поехали. Отвезешь меня к отцу.
Они поднялись по лестнице и побежали к машине. Дмитрий Сергеевич выехал с территории завода и помчался по трассе, ведущей в город.
— Адрес у тебя какой?
— Горького, пятнадцать.
— Хм, — задумался он и признался. — Не знаю, где это.
— Езжай, я покажу.
Через десять минут они остановились возле дома Ильи.
— Жди, я недолго. Надеюсь, он поможет.
— У тебя отец — слесарь?
— Нет. Подполковник.
Илья вышел из машины и забежал в подъезд. Он не хотел снова обращаться к отцу за помощью, но другого выхода не видел.
— Ильюша, ты опять дома не ночевал, — с упреком сказала мама, едва он зашел в квартиру. — Ты хотя бы предупреждай, а то всю ночь не могла уснуть — тебя ждала.
— Хорошо, обещаю, — торопливо ответил он. — Отец дома?
— Дома, спит. Ты опять что-то натворил? — ужаснулась она и прижала прихватку ко рту.
— Все хорошо. Не волнуйся.
Он разулся и бросился в родительскую спальню. Отец спал, укрывшись вязаным пледом, и громко храпел.
— Папа, — позвал Илья и затормошил его за плечо. — Пап, вставай.
Храп прекратился, и отец приоткрыл глаза. Затем вытянулся и с кряхтеньем сел.
— Ну? — пробурчал он недовольно. — Чего тебе?
— Пап, мне помощь твоя нужна, — Илья понизил голос и оглянулся на дверь. — Человека похитили.
— Ты что, пьяный? — отец громко зевнул и повалился на кровать.
— Ярославу украли. Я знаю, где она, но попасть туда не могу.
Отец снова сел, потер глаза и велел:
— Доложи, как полагается. Без соплей.
Илья рассказал про вчерашний разговор с профессором, пустую квартиру и Ярославу в подвале НИИ. Отец внимательно выслушал и потянулся к телефону:
— Надеюсь, это не пьяный бред.
— Нет, я же трезвый!
Он ничего не ответил и, сощурившись, начал просматривать контакты в телефоне.
— Здравствуй, Филя. Узнал? Да, я. Как жизнь молодая?
Илья сел на кровать рядом с отцом и прислушивался к разговору.
— И у меня также. Только вот охламон мой опять отличился, — он искоса посмотрел на сына. — Нет, водительских прав его уже лишили. Здесь дело посерьезнее.
Отец кратко изложил суть о похищении Ярославы.
— Пусть подъедут ко мне. Илья их встретит…Ждем.
Он положил телефон на тумбочку и повернулся к Илье:
— Не дай Бог, ты соврал или это твои пьяные бредни.
— Нет, пап, это не бредни, — Илья впервые за последние годы поднял голову и внимательно посмотрел на отца. Его густые брови и волосы сильно поседели, глубокие морщины исполосовали лоб, уставшие с красными прожилками глаза помутнели. Сильный здоровый отец, которого он так боялся, превращался в старика. Илье вдруг захотелось обнять его, как в детстве. Но он не смог этого сделать и, вскочив на ноги, буркнул:
— Спасибо, пап.
Уже в прихожей он услышал, как тот тихо ответил:
— Удачи, сынок.
Илья выскочил на улицу и увидел Дмитрия Сергеевича, в нетерпении прохаживающегося вокруг машины.
— Скоро будут, — ответил Илья на его вопросительный взгляд.
— Кто? Полиция?
— Нет. Эти ребята покруче будут.
Через двадцать минут во двор заехала черная машина с затемненными окнами, массивным металлическим бампером и проблесковыми маячками.
— Ого, — восхищенно произнес Дмитрий Сергеевич и тихо спросил. — Кто такие?
— Спецназ, — ответил Илья и двинулся навстречу машине. С пассажирской стороны выскочил мужчина в черной амуниции и приветливо улыбнулся ему.
— Здорово! — они пожали друг другу руки. — Что случилось?
— Девушку украли. Надо вытащить.
— Кто и где?
— Ученый какой-то, не помню фамилии. В промзоне обитают. В здании завода.
— Сколько их?
— Я видел троих, — отчеканил Илья.
Мужчина кивнул.
— Куда ехать?
— Давай за нами, — он развернулся и побежал к Дмитрию Сергеевичу. — Садимся. Надо дорогу показать.
Старенький седан со ржавыми бортами и тонированный джип помчались в сторону сталелитейного завода.