Принадлежащая ему (ЛП)

— Расскажи мне побольше о себе, Джексон Монтгомери.
Я делаю глубокий вдох и медленно выпускаю воздух, решая, с чего начать, пока она поглощает свою еду.
— Я родом из Хьюстона, рос в школах-интернатах, мои родители были настолько заняты своей общественной жизнью и семейным нефтяным бизнесом, что мы проводили с ними не так уж много времени, кроме праздников и семейных отпусков. У меня два брата, сестер нет. Учился в Гарварде, после окончания открыл свою компанию по разработке программного обеспечения. Мой брат Мейсон — старший, его с рождения готовили к тому, чтобы он встал у руля нашего семейного бизнеса. Я — средний ребенок. Младший брат — Райдер.
Я передаю ей напиток и сажусь на диван рядом с ней.
— Как уже было сказано, я основал компанию по разработке программного обеспечения после университета. Было тяжело, много конкурентов. Но я всегда доверял своим инстинктам и никогда не терял из виду свою цель. В прошлом году продал компанию. Я уже выдохся, работая по четырнадцать часов в сутки почти семь дней в неделю. Я испытывал огромное чувство выполненного долга, но в то же время был истощен и хотел просто отдохнуть. Поэтому продал компанию и купил «Побег».
— А как насчет подружек или свиданий? — она сосредоточенно смотрит на свой напиток, делая глоток.
Я делаю глубокий вдох, а затем выдыхаю.
— Скажу честно, Кэролайн, у меня было много женщин, — я смотрю на ее лицо в поисках реакции, но если она и есть, то скрыта. — Я не буду тебе лгать. Ты должна знать, что всегда можешь доверять тому, что я тебе говорю.
Она слегка кивает.
— Я никогда не встречался с женщинами больше одного раза. У меня довольно известная репутация. Я никогда не хотел, чтобы они думали, что это больше, чем просто секс, потому что для меня — это только секс, никаких романтических отношений. А золотоискательниц я могу распознать за милю: они оглядывают меня с ног до головы, в их глазах мелькают знаки доллара, как в игровых автоматах в казино.
— Никогда? У тебя никогда не было девушки?
— Нет, со времен колледжа, и даже те девушки, с которыми я встречался там, были скорее для удобства, чем для чего-то серьезного, — я смотрю ей прямо в глаза, и она замирает. — Я ждал тебя, детка, — я подмигиваю ей, и она краснеет. Боже, как легко с ней это сделать.
— Но, Джексон, разве ты не слышишь, как нелепо это звучит?
— Слышу, и мне все равно, потому что это правда.
Она смеется. О, я определенно могу привыкнуть к этому милому смеху.
— Ты сумасшедший.
— Нет, я решительный. Следую своим инстинктам. И я знаю, чего хочу, — я заканчиваю последнюю фразу с полной серьезностью и очень напряженным взглядом, направленным прямо на нее. Ее глаза расширяются, когда она полностью осознает искренность моих слов.
— А что сейчас с твоей семьей? Ты близок с ними?
— Я близок со своими братьями, хотя мы не живем рядом друг с другом. Райдер живет в Атланте, Мейсон — в Хьюстоне, а у меня есть квартира в Майами. Мы втроем часто разговариваем, переписываемся и собираемся вместе, когда можем. Мои братья — замечательные, они очень поддерживали меня, когда я создавал свою компанию, а также с пониманием отнеслись к тому, что мне нужно было ее продать.
— А родители?
— Они живут в Хьюстоне, недалеко от Мейсона. Я вижусь с ними, когда могу. Отец на пенсии, но они оба активно работают в загородном клубе и занимаются благотворительностью. Хватит обо мне. Расскажи о себе.
Глава 3
Кэролайн
Господи, помоги мне, я не могу объяснить, что этот человек делает со мной. Это было безрассудное решение — остаться на его яхте, я никогда не поддаюсь импульсам и не бросаюсь на произвол судьбы. Но я вижу, что это шанс, который выпадает раз в жизни, и пользуюсь им. Поскольку я никогда раньше не реагировала на кого-то подобным образом, то должна выяснить, что это значит. К счастью, на его яхте есть вай-фай даже в открытом океане, так что удалось сообщить подружкам, что я с ним и как называется его яхта. Ну, знаете, на случай, если меня больше никто не увидит. И я, конечно, уделила секунду, чтобы погуглить. История подтвердилась, судя по небольшой информации о нем в сети. Никаких аккаунтов в социальных сетях. Видимо, у таких парней, как он, нет времени и желания, когда они целыми днями заключают миллионные сделки. Ух ты.
  
Приходится много говорить и объяснять все девочкам, но они скорее рады этому, чем обеспокоены. Они подталкивают меня к тому, чтобы я больше развлекалась и начала встречаться с кем-то серьезным, говорят, что мне нужно немного пожить. Думаю, это определенно имеет значение!
Освежившись в своей каюте и послушав «Renegades» X Ambassadors, я уже собиралась выходить, когда заметила, что мой телефон снова загорелся. Это сообщение от Джулс, одной из девушек, приехавших со мной на Сент-Томас. Мы дружим с тех пор, как сидели рядом друг с другом во втором классе. Она — сумасшедшая, верит в судьбу и магию и всегда заставляет нас смеяться.
Джулс: О, Кэролайн! Я только что кое-что поняла.
Я: Что?
Джулс: Ты сказала, что его яхта называется «Побег», верно?
Я: Да.
Джулс: А помнишь, как мы ходили к той гадалке летом в старших классах?
Я: Имеешь в виду, когда ты затащила меня на карнавал к этой сумасшедшей цыганке, а я пошла только потому, что ты пообещала после этого покататься со мной на каруселях?
Джулс: Да, хорошо, но помнишь, мы спрашивали ее о том, за кого выйдем замуж? Помнишь, что она тебе ответила?
Я: Смутно, что-то про тропинку?
Джулс: Кэролайн, ОМГ. Я действительно записала это в своем дневнике, тебе так повезло, что я сейчас у родителей, потому что обнаружила его после того, как кое-что, что ты сказала о Джексоне, заставило меня вспомнить об этом. Она сказала следующее:
«Где найти ту пару, которую ты ищешь?
Чье сердце верно для тебя?
Сбежать с выбранного пути
откроет тебе истину».
Побег, Кэролайн, она сказала — побег!
Я: О, Джулс, эта сумасшедшая старуха могла сказать это кому угодно. Это ничего не значит. Побег — очень распространенное название для яхты.
Джулс: Какая разница, Кэр! Говорю тебе, это знак!
Я: Ладно, спасибо, что проверила, хотя я думаю, что это глупости.
Джулс: Подожди, увидишь. Ладно, иди веселись!
Я: Ты сумасшедшая, люблю тебя.
Джулс: Я тоже!
Я бросила телефон на кровать и вышла из каюты. Я решила, что должна узнать о Джексоне Монтгомери все, что только можно. Сейчас он сидит рядом со мной и рассказывает о своей семье, бизнесе и даже делится своими прошлыми отношениями или их отсутствием. Я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на его ответах, но от одного только движения его губ и голоса у меня пульсирует между ног. Я скрещиваю их и сжимаю бедра вместе, чтобы остановить пульсацию, но это не помогает. Я понимаю, что он только что спросил обо мне.
— Я? — задумываюсь на секунду и делаю еще один глоток напитка, прежде чем ответить. — Не совсем такая же история. Я выросла за пределами Атланты в довольно обычной семье: папа — бухгалтер, мама — учительница. У меня есть одна сестра, Элизабет, она младше и еще учится в школе. Мои родители довольно типичны: мама всегда помогала нам с уроками и возила на машине, папа часто был тренером или помощником тренера, когда мы занимались спортом. В общем, довольно скучно. Лето на пляже, фейерверки на Четвертое июля, счастливые праздники дома. Я только что закончила университет по специальности «Финансы» и устроилась на работу в крупную бухгалтерскую фирму в Бостоне, «Перлман и Джонс». Они даже собираются оплатить мне получение степени магистра. Тогда я смогу стать специалистом по бухгалтерскому учету и, возможно, когда-нибудь подняться до финансового директора. Это подводит меня к поездке на Сент-Томас с моими подругами, последняя встреча перед тем, как мы вступим в реальный мир. Это я. Кэролайн Лири, — я делаю еще один глоток своего напитка и понимаю, его почти не осталось.