Поцелуй Злодейки. Том 3 (СИ)

Ладно, потом разберемся. Сейчас главное — картиночки.
— Хорошо, — ответила я, — принимаю оба твоих условия. Доволен?
— Доволен. Что мне делать на этот раз?
В ответ я зловеще улыбнулась и поманила его пальчиком:
— Иди за мной.
И мы пошли. Прошли библиотеку, тронный зал, бальный зал. Кухню. Покои для камердинеров. Для лакеев. Для поломоек. Для заезжих гастролеров. Для охраны. Для конюхов. Для кухарок. Для садовников. Для прачек. Кладовые. Тайные проходы. Сквозные коридоры. Анфилады.
  
А когда, наконец, добрались до темниц, я была уже мокрая, как мышь.
— Что теперь? — спросил Агор.
— По… го… ди… — прохрипела я, обнимаясь с колонной. — Дай… отдышаться…
— Вам бы физическими упражнениями заняться, — покачал головой Агор.
— Поговори еще… у меня… Так. Все, я готова. Вставай к стене.
— К какой? Этой?
— Без разницы. Да. К этой. Руки подними. Будто на цепях там висишь. Нет, не как зомби… То есть, я имела в виду, не как мертвяк. Равномерно подними. Ага. А теперь взгляд такой бунтарский. Да бунтарский говорю, а не с придурью! И позу, знаешь, такую, будто ты пленник, а я — надзиратель, и ты рвешься ко мне и вот-вот эти цепи порвешь… Придурь! Придурь из глаз убери, говорю! Во… Вот так, да, отлично! Зафиксируй позу! Зафиксируй! Сейчас зарисую!
Я сунула руку в грудь и извлекла бумагу. А потом поняла, что другая, более вместительная грудь отсутствует. Вместе с чернилами, кисточкой, доской и краской. Я начала вспоминать, где видела вместительную грудь в последний раз. И тут меня озарила горькая правда.
Вместительная грудь…
Не выдержала столь длительного путешествия сверху вниз и покинула нас на каком-то этаже.
— Ах, Ройза! — взрыднула я. — На кого ж ты меня покинула⁈.
— Ленк, а, Ленк? А это правда, что Константин Игоревич тебя на свидание позвал?
— Костик, что ли? Хи. Хи-хи. Хи-хи-хи-хи-хи. Это тот, который у меня контрольные списывал, и за это от меня в лобешник учебником получал? Этот Костик? Хи-хи-хи. И типа самый грозный троечник, а сам вечно от меня получал? Этот, что ли? Хи. Нет, не приглашал.
— А Люська слышала, что он тебя поужинать звал.
— Таки да. Причем зуб даю, сюда и приведет. В свою же шаурмечную. А обсуждать мы будем мою зарплату. И он будет мне объяснять, почему не может дать мне сейчас прибавку.
— А цветы? На той неделе он тебе шикарный букет притащил!
— П-ф-ф-ф! Так мы ж проверку от налоговой прошли!
— Так мы ее еще два месяца назад прошли!
— Ну да. Костик такой. Тормоз как есть.
— А по моему, тормоз как раз не он.
— А кто?
— Хи. Хи-хи. Хи-хи-хи-хи-хи.
  
Глава 4
 
АР ДАКРАН. Все еще день 1.
От моего взрыда паутинку, что тихо-мирно охотилась в углу, полоснуло как парус во время шторма. Оттуда ошеломленно вылупились паучьи глаза. Все шесть штук. Я сконфуженно бормотнула «Ах, извините!» и уныло потащилась вверх за Ройзой.
Ступенек вверх было двадцать две. Я грустно вспомнила, что в конце дня мне подниматься в свои великолепные покои. В башню, ага. И взгрустнула еще больше.
— Физические, — сказал Агор назидательно, — упражнения. Развивают силу воли, крепость духа и общую выносливость. Вот Ара Ви Несса Крант, к примеру, знает это как никто другой. Пусть она и не лишена некоторых женских слабостей, но, тем не менее, с легкостью может преодолеть расстояние в…
Я б сказала, что думаю об Агоре с его разглагольствованиями. Останавливали меня две вещи. Первая: благовоспитанным арам неприлично говорить такие неприличные вещи. Вторая: воздуха не хватало даже для дыхания, не то, что для слов. Поэтому я просто передвигала ноги и кряхтела. Но кряхтела так выразительно и красноречиво, что Агор все равно ничего не понял.
Вот не умеет человек разбирается в оттенках кряхтения.
Поэтому я добралась до последней ступеньки, перевела дыхание, открыла рот — и тут:
— Ара Самара!
— Ройза! — воскликнула я обрадованно. — Голубушка! Где ж ты была? Ах, Ара Элеонора, и вы тут!
Да, Ар было две: моя экономка и Вдовствующая Императрица.
— Ах, Ара Самара! — ворканула Вдовствующая Императрица. — Я увидела Ройзу и ужасно удивилась, не увидев подле нее вас. Ройза сообщила мне, чем вы сейчас планируете заняться и любезно дождалась, пока я закончу с государственными делами, чтобы мы обе могли присоединиться к вам.
Я кхекнула. И перевела злорадствующий взгляд на вмиг погрустневшего Агора. Что, выкусил? Отлились кошке мышкины слезы? Нечего было капать мне на мозги своей физкультурой все двадцать две ступеньки!
— Ах, Ваше Величество! — елейно отозвалась я. — Как же я рада, что вы решили присоединиться к нашему скромному мероприятию! Признаться, когда мы вселились во дворец, и вы вернулись к императорским делам, меня охватили опасения, что оные не позволят вам более присутствовать при наших скромных забавах, но теперь я вижу, что опасалась зря!
— Ах, ерунда! — воскликнула Ара Элеонора. — Я никогда не пропущу наши с вами веселые вылазки!
И мы втроем дружно осклабились на Агора. Его яблоко — то самое, которое адамово, — скакнуло вверх, затем вниз. Звучно так. Затем он грустно вздохнул и обреченно потащился по ступенькам вниз, обратно в подвал.
Подхихикивая и подвывая, как три гиены из одного небезызвестного мультфильма, мы последовали за ним.
— … больше страсти! Больше страсти во взоре!
— Шею напряги! Шею!
— И мускулы!
— Искры! Искры в глаза добавь!
— Лохмотья! Ара Самара, голубушка, пусть он будет в лохмотьях!
— Согласна! Пусть они свободно свисают с его плеч и пусть будет видно его могучую, страстно вздымленную грудь!
— А еще босой! Ведь он же пленник, верно? Будет странно, если он будет в обуви — а так будут открыты щиколотки!
— Агор, не нужно делать такие огромные, напуганные глаза! Не слушай тетушек! Просто смотри на меня. Будто наброситься на меня хочешь.
— ЧТО. ВО ИМЯ БОЛЬХОСА. ТУТ ТВОРИТСЯ⁈
— Ваше Величество! — радостно взвыл Агор.
И, позабыв, что он в воображаемых кандалах, рванул к Мутному Типу.
— Явился — не запылился, — проворчала Ара Элеонора, — все удовольствие обломал.
Я восхитилась: даже я сама не смогла бы выразиться лучше!
— Матушка! — воскликнул Мутный Тип. — Что вы тут делаете?
Из-за спины Мутного Типа выглядывали не менее любопытствующие свитствующие головы. Были среди них и представительные господа, коих я уже видела в Целее; и не очень представительные, что явно просто прибились к процессии по пути.
— А разве не видно? — спросила Ара Элеонора слегка воинственно. — Мы тут заняты делом.
— Каким? — спросил Мутный Тип у матушки.
Но глазами испепелил почему-то меня.
Мы с Ройзой и Арой Элеонорой переглянулись. Ройза нашлась первой. Вообще, находиться первой — это ее конёк.
— Ах, Ваше Величество! — воскликнула она. Затем подумала и сделала книксен. — Мы обсуждали, что такое огромное помещение — и вдруг пустое.
— Да, — сурово поддакнула Ара Элеонора. — И мы решили, что было бы неплохо из него что-нибудь оборудовать.
— Да! — встряла я до того, как Мутный Тип опомнился. — К примеру, мастерскую для юных дарований!
Выпалила — и сама же восхитилась своею умностию. Это ж будет прекрасное местечко для моих творений! Заброшенное, отдаленное, мрачное и пустынное! Да я в Целее о таком только мечтать могла!
— Да! — загорелись моей идеей Ара Элеонора и Ройза. — Да!
— И что же это за юные дарования, — сказал Мутный Тип зловеще, — которым не терпится обустроиться в темнице?
Только я гордо открыла свою красивую кушательницу, как Ара Элеонора и Ройза предупредительно и радушно одарили меня некими непременными атрибутами подводного погружения. Иными словами, каждая наступила мне на ногу, превращая мои ходилки в ласты. Сквозь зубы и слезы на глазах я выразила свою благодарность, но мои слова признательности, среди коих внезапно и неожиданно для меня оказались и дочери Больхоса, потонули во фразе Вдовствующей Императрицы: