Журавль в осеннем небе

— Линда?
Она замерла. Готова ли она снова встретиться с ним?
— Я здесь, наверху, — откликнулась Линда, одергивая юбку
Она тут же пожалела о строгости своего костюма. Прямая серая юбка в полоску. Такой же жакет. Туфли без каблуков. Это не костюм для любительниц поцелуев и пощечин.
Она слышала, как он поднимается по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Так много мужской энергии.
— Не смотри на его губы, — шепотом приказала она себе.
Он вошел в маленькую спальню. Она уставилась прямо на его губы. Полные и сексуальные. И у них вкус шоколада и волшебства.
— Доброе утро, — бодро проговорила она.
— Линда. — Голос у него низкий и чувственный.
Перестань!
На нем был хорошо сшитый темно-синий костюм в тонкую полоску, белая рубашка и синий галстук. Сексуальный деловой мужчина, хоть сейчас на обложку журнала. Если бы не вихры, торчавшие на затылке.
— Я забыл…
— Что бы ты подумал, если…
Они заговорили одновременно — и так же одновременно засмеялись. Она взглянула на мысок своей практичной туфли, а потом подняла глаза на него.
Рик смотрел на ее губы!
— Я забыл оставить тебе бумаги, — объяснил он свое появление.
Объяснение его забывчивости таилось в глазах. По правде, надо бы запретить мужчинам иметь такие глаза. Спокойные, зеленые, искушающие, словно прохладное лесное озеро в жаркий день…
Она взяла у него папку. Их руки соприкоснулись. Как это возможно, что она так ощущает его близость? Это же Рик. Все изменилось после того, как вчера вечером он поцеловал ее.
— Спасибо. — Голос прозвучал слишком отрывисто. — Мне нравится эта комната, — продолжала она.
— Мне она тоже нравится, — согласился Рик. — Но она слишком маленькая.
— Поэтому я и подумала, что можно убрать стену между этой комнатой и соседней. — Линда посмотрела в свои записи.
— Правильно. Послушай, я заехал только потому, что забрал с собой все бумаги о партнерах.
Конечно. Он занят делами. И ничего не помнит о поцелуе. Она подняла глаза. Если не считать, что он вроде бы продолжает смотреть на ее губы…
— Какой замечательный вид, — сказал он, взглянув в окно.
— Окно выходит на задний двор. Он выглядит исключительно домашним, хотя мы находимся практически в центре города. Думаю, эта комната может стать великолепной ванной. Большое окно, удивительная ванна. Французские двери ведут отсюда прямо в половину хозяина.
Она ясно видела эту комнату, словно двери уже существуют. Чрезвычайно романтическое помещение. Темный пол из широких досок. Тут ковер и постель под балдахином. Французские двери открыты в ванную, где ждет ванна с душистой водой и плавающими свечами…
Постой, постель под балдахином не входит в план реставрации дома! Так же, как душистая вода и плавающие свечи…
— Ванные комнаты имеют огромное значение на рынке при продаже таких домов, как этот, — согласился Рик. — В одной из этих брошюр есть картинка, в которой схвачен дух дома. — Он взял папку, которую только что отдал ей, и нашел брошюру и снимок.
— Точно! — выдохнула она.
Ванная комната на картинке поражала своей элегантностью. Мраморный пол, затененный свет, золотые краны, красивые двойные раковины и сушка для полотенец. Ванна на ножках в виде больших лап с когтями явно вышла из моды. И она явно рассчитана на двоих.
— Рик? Ты здесь?
При звуке чужого голоса они отскочили в разные стороны.
— Это Джейсон. Я хотел, чтобы ты с ним познакомилась. По-моему, он лучший партнер в бизнесе. И чем раньше мы начнем, тем лучше.
— Согласна, — кивнула Линда.
Джейсон влетел в комнату. Светлые кудри, перекатывающиеся мышцы под пиджаком и молодость.
— Наш новый менеджер проекта Линда Старр, — представил ее Рик.
— Вот это да! Почему ты не сказал мне, что менеджер проекта девушка? — упрекнул Рика парень.
— Женщина. — Поправка прозвучала немного резко.
Джейсон оказался исключительно общительным человеком. И когда они обходили дом, она делилась с ним предварительными соображениями и замечаниями. Джейсон, веселый и очаровательный парень, хорошо знал свою часть работы. Линда с изумлением обнаружила, что занимается тем, чем заняты почти все матери и за что их иногда ненавидят дочери. Она размышляла, подходит ли Джейсон ее Бобби! Она все-таки не удержалась и спросила, что он думает о своем будущем. Джейсон ответил, что надеется найти особенную девушку, завести семью и щенка.
  
Линда не сдержала улыбку. Щенка! Самоуверенный молодой партнер на самом деле — большой ребенок. Взгляд Рика между тем все больше напоминал удары кинжалом. Неужели он истолковал ее интерес к Джейсону как флирт? Ради бога! Она и Рик всего лишь обменялись кратчайшим в мире поцелуем и не давали объявления о своем бракосочетании. И потом, эта ревность по меньшей мере смешна. Она, вероятно, была старше Джейсона лет на двенадцать.
— Алло-о-о.
— А вот и привидение дома, — прорычал Рик, закрыв глаза. Потом он крепко взял Линду за локоть. — По-моему, тебе и мне надо посмотреть на постель и ванную на выставке. Здесь есть новый дом. Он называется «Безмятежность». Ты его, наверное, еще не видела.
Линда почувствовала себя захваченной врасплох. Она и не предполагала, что вместе с Риком будет выбирать необходимые предметы. Во всяком случае, не ванну. Пожалуйста, только не ванну!
Рик повел ее по лестнице. Внизу стояла Милдред. Она посверлила взглядом Рика и улыбнулась Линде.
— Мы уже уезжаем, — сказал Рик. Джейсон последовал за ними и теперь смотрел на всех из открытой двери.
— Я вернусь через… — Линда посмотрела на Рика.
— Через неделю, — назвал он крайний срок.
— Почему бы вам не дать мне ваш номер телефона, я позвоню вам? — ласково сказала Линда Милдред, несмотря на предупреждающие гримасы Рика. — И, Джейсон, не могу дождаться, когда начну работать с вами. Когда, вы говорили, начнете?
— Как вы смотрите, если начать завтра?
— Это будет замечательно!
Рик распахнул перед ней дверцу своей машины. Было видно, как он напряжен.
— Почему эта бедная старая женщина вызывает у тебя такую неприязнь? — спросила она.
— Кто? Ах, Милдред!
Так, значит, не появление старой женщины вызвало у него такое напряжение?
— Она напомнила мне мою бывшую жену, — наконец признался он.
— Кэти? Кэти была великолепна. — Линда засмеялась и заработала очень мрачный взгляд. — А Милдред — антиквариат!
— Обычно я не обсуждаю бывшую жену, — сердито фыркнул он.
— А может быть, надо поговорить о ней?
— И чего мы этим достигнем?
— Ты будешь лучше себя чувствовать.
— Я и не чувствовал себя плохо. До недавних пор.
Молчание. Лицо, будто вырезанное из камня. Он без предупреждения свернул на обочину дороги.
— Мне отвратительно, что брак кончился распадом. Отвратительно. Когда я даю обещание, я имею в виду, что исполню его. И наш развод был самым страшным поражением в жизни.
— Я знаю, — мягко проговорила она.
— Ты знаешь?
— Ты так воспринимал свой развод, будто это твоя вина.
— Это и была моя вина.
— Кэти великолепная женщина, — осторожно начала Линда. — Но, Рик, она сосредоточилась на себе, стала непомерно требовательной.
Он вздохнул, как человек, долго хранивший секрет.
— Она, Линда, была таким чертовским контролером. Что бы я ни сделал для нее, все было неправильно и всегда недостаточно. — Он посмотрел на нее и чуть заметно улыбнулся. — Точно, как Милдред Хаузуэлл.
— Я догадалась. — Линда тоже улыбнулась.
— Это твой дар, Линда? — мягко спросил он. — Очаровывать мужчин?
— Не говори глупости. — Ей вдруг стало тревожно. — У меня нет никакого дара.
— Нет? Разве ты не можешь очаровать мужчину шоколадным печеньем?
— Нет!
— А улыбкой? Можешь ты очаровать мужчину улыбкой?
— Кого это я очаровала улыбкой?
— Почему бы не спросить об этом Джейсона?
— Джейсона?
— Он вроде бы совершенно очарован тобой. Ты и отсюда извлекла пользу. Подумать только — он начинает работать завтра! Держу пари, если бы попросил я, Джейсон бы начал в следующем месяце.