Хозяйка разрушенного замка, или Попаданка в поисках суженого (СИ)
Ника Атлас
Хозяйка разрушенного замка, или Попаданка в поисках
Глава 1.
В одном темном-темном городе. Ой. Не то. В одном отдаленном-приотдаленном поселке, гордо именуемом крепостью, сошлись в легендарной битве маги и нежить. Не. Опять что-то не то в голову лезет. Я глупо хихикнула и нервно вгляделась в горизонт. А там… Как говорится, пришла беда откуда не ждали. Хотя кому я вру? Ждали. Еще как ждали. Только каким боком вся эта ситуация относится ко мне?
Из-за угла ветхой крепости со скрипом медленной походкой от бедра вылез очередной скелет. В очередной раз вздохнула и призвала новый комплект брони, ибо от старого остался старая добрая дырка от бублика. Тело ласково обняла собственная магия, а в руке почувствовался вес копья. Тем временем скелет медленно приближался, изо всех сил скрипя на всю округу. Приглядевшись к нему повнимательнее, чуть не рассмеялась в голос. Это что такое? Сверху ребра были прикрыты чем-то очень сильно похожим на майку, а таз завернут в нечто на подобии шорт. Нет. Ничего смешного в одетом скелете, разумеется, не было, но… Тот факт, что прикид нежити состоял из огня, заставлял меня сдерживать улыбку. У них там что, в мертвых землях неделя моды, и этот красавчик с белоснежными костями сбежал прямо посреди показа? От разыгравшейся в моей головы сценки я все же не выдержала и громко рассмеялась.
Однако мое веселье продлилось не долго. К скелету присоединились забинтованные товарищи, которые при слишком близком контакте с пылающим соратником загорались и с громкими пронзительными воплями разбегались по округу, добавляя мне работы. Я снова вздохнула. И чего мне, спрашивается, в академии не сиделось-то? В который раз за последние пару часов этот вопрос всплывал в моей голове уже и не счесть. А ведь все так хорошо начиналось.
* * *Наконец добравшись до пятницы, я была готова рвать и метать. А кто бы ни был готов сорваться? Мало того, что в отпуске не была, кажется, еще со времен мезозоя, так еще и начальник решил устроить всему коллективу тотальный квест на выживание. Как еще обозвать решение “дорогого” шефа организовать работу кафе до глубокой ночи, и это притом, что открытие тоже было не в послеобеденное время, мне в голову не приходило. Вымоталась не только я, но и все наши ребята. Потихоньку в уставший мозг стали закрадываться глупые идеи, которые казались мне гениальными, но мне удавалось удержаться и не напакостить. К тому же собственную репутацию губить не хотелось от слова совсем. Как-никак, профессию свою я люблю пылающей любовью.
Каково же было мое удивление, когда шеф влетел на кухню посреди рабочего дня с таким видом, будто за ним все вестники апокалипсиса гоняться. Однако никто из наших даже слова сказать не успел.
– Так, ребятушки, – тяжело начал начальник, с жадностью припадая к стакану с прохладной водой, который ему уже успел подать кто-то из наших, – к нам едет проверка! Поэтому сегодня вы все уходите пораньше, а завтра и послезавтра проведем санитарный день!
– А на сколько пораньше, Сан Саныч? – выкрикнул наш радостный и никогда не унывающий посудомойщик.
– В пять чтоб тут никого не было, Петров, – угрожающе оглядывая разинувшую рты от такой новости толпу работников, ответил Саныч. – Увижу кого-то после пяти, уволю к ядреной матери! Я ясно выразился?
Все дружно закивали, как те самые китайские болванчики, и я не стала исключением. В душе зарождалась тихая радость, которой мне не хотелось ни с кем делиться. Ура! Выходной! Как много в этом слове скрыто… М-м-м. Вот бы еще моя лучшая подруга Кэт тоже оказалась свободна. Вообще было бы шикарно. Эх, мечты.
– Всё. Я ушел. Попова, зайдите ко мне, – поправляя пиджак, через плечо бросил мужчина нашей новенькой стажерке.
Девушка слегка покраснела и, комкая в руках испачканный фартук, согласно кивнула. Босс расплылся в довольной улыбке и легкой походкой продефилировал из кухни. Ребята понимающе переглянулись и разошлись по своим рабочим местам. Я тоже поспешила к духовке, где как раз допекся пышный бисквит для очередного кондитерского шедевра.
Остаток рабочего дня прошел в ленивой суете кухни. Алиночка от шефа так и не вернулась, но всем уже было на это наплевать. Каждый из нас уже грезил долгожданным отдыхом. Собираться все начали еще в без четверти пять. Клиентов, как и заказов, уже не было, а наши бравые охранники Анатолий и Машенька медленно проходили по залу, проверяя помещение на наличие забытых вещей.
– Арина, свет очей моих! Не желаешь ли вместе со мной посетить прекрасный новый ночной клуб? – низким голосом пропел Михаил, а в простонародье Машенька, подкатывая к стойке администратора.
Девушка лениво листала очередной модный журнальчик и со скучающим лицом игнорировала новую попытку нашего охранника позвать её на свидание. Однако здоровенный детина в темном классическом костюме все не унимался, отвлекая Арину от занимательного чтива.
– Отвянь, Машенька! – исчерпав лимит своего терпения, грозно рявкнула брюнетка, гневно глядя на мигом стушевавшегося мужчину.
– Арину, дорогая, ну ты чего? Подумаешь, один-то раз всего было, да и то по пьяни, – лепетал смущенный охранник, потирая коротко стриженный затылок. – Ты не подумай! Я не такой! А тот прикид на спор надел. Что ж теперь, всегда меня Машенькой звать?
Я хихикнула в кулак, вспоминая умопомрачительное появление нашего мега-брутального самца в розовом платьице и с косынкой на голове. Он с трудом переставлял ноги, но упорно пер на сцену, до жути пугая приглашенных на корпоратив комиков. С боем отобрав у ребят микрофон, мужчина принялся петь, или, по крайней мере, это должно было быть песней, приплясывая какой-то странный танец. Более трезвая часть коллектива все это дело еще и засняла. Так наш охранник и обзавелся тайным прозвищем Машенька.
– Всем пока! – громко крикнула я, выходя из заведения через парадный вход.
Шиковать, так по полной. Холод осеннего вечера тут же вгрызся в кожу, заставляя поскорее двинуться в путь. До остановки долетела в считанные минуты. Хорошо хоть, что нужный автобус тоже приехал очень быстро и был практически полностью пуст. Вот это удача! Я радостно улыбнулась и заняла одно из свободных мест в самом конце салона. Ехать мне еще долго. Успею согреться. Сама не заметила, как под мерный шум автобуса прикрыла глаза и провалилась в сон.
Снилось мне что-то совершенно невероятное и явно выходящее за границы моего понимания. Я тряслась в какой-то старой, скрипящей и умирающей телеге, которая на каждом квадратном метре дороги подскакивала так, словно мы ехали где-то в глуши. Ага. В веке эдак восемнадцатом. Голова адски болела, а горло драло как после пьянки с моей подругой Катриной. Глаза открывались только до уровня крошечных щелочек, и все, что мне удавалось разглядеть сквозь них, было облезлое и видавшее виды дерево, потрепанная временем и ветром грязная обветшалая ткань да чьи-то ноги. Ноги интересовали и пугали меня больше всего. Судя по ракурсу, из которого я разглядывала внутреннее убранство повозки, моя голова покоилась у какого-то человека на коленях. А вот пол заботливого незнакомца мне так и не удалось определить, ибо был он или она в длинном то ли платье, то ли еще фиг пойми в чем. Я в этом не сильна.
Из-за пределов так называемого транспорта раздавалось усталое конское ржание вперемешку с отборным человеческим матом. Над головой то и дело раздавались тихие смешки, по которым мне все же удалось определить пол моего попутчика. Выходило так, что я находилась в полудреме на коленях незнакомого престарелого мужчины. Мне бы нужно удивиться, вскочить и потребовать объяснений, но опыт прошлых пробуждений после вечеринок с Кэт показывал, что ничему удивляться уже нельзя. Да и чего разводить панику, если это скорее всего просто очередной сон?
Голову снова прострелило дикой болью и я поморщилась, скрипя зубами пережидая приступ. Что ж в этом сне так явно чувствуется боль? Может, и не снится мне все это вовсе? Только почему же последнее, что мне запомнилось, это поездка в автобусе после работы? Неужели мы с Конфеткой все же успели встретиться и, напившись, уже куда-то снова вляпались, как мухи в мед? Однако сколько бы раз я не напрягала мозг, ничего после автобуса вспомнить так и не удалось. Память была чиста, как стаканы после посудомойки. А вот это уже не нормально. Почему я ничего не помню?