Как "мёртвой" принцессе выжить в мире драконов 2 (СИ)
Девушки тотчас согласно закивали, но продолжали смотреть на меня с надеждой. Что с них возьмёшь? Девчонки — они в любом мире девчонки!
Я не стала спорить, доела жёлтый фрукт, закусила чёрствой лепёшкой, всё запила остатками холодного цветочного чая и принялась переплетать волосы.
— Всё, готово. — Лута протянула мне платье. — Я потом по шву пришью ленту кружевную, станет краше прежнего.
— Спасибо, — поблагодарила я, надела платье и решительно сообщила: — Ну всё, я пошла!
Домочадцы высыпали на улицу и провожали меня взволнованными взглядами. Уже сворачивая за угол дома, я помахала им рукой и заметила, как Лута что-то говорит Валдаю, а тот крутит головой, поглядывая то на меня, то на неё и размахивает руками. Но разбираться мне уже было некогда, я прибавила шаг, хотя нога снова начала меня беспокоить.
Глава 4. Заречье
Чем дальше я уходила от центра города, тем заметней становилась разница в уровне жизни. Улицы пошли всё более узкие и захламлённые, по сточным канавам текла зловонная жижа. Дома неказистые, вторые этажи нагромождены так криво, что крыши почти соприкасаются, из-за чего на улицу совсем не проникает солнечный свет.
В эту часть города я никогда прежде не заходила. Знала только, что где-то есть район Заречье и что все воришки с рынка живут именно там. Машинально коснулась кармана, там у меня завалялась пара монеток. Обернулась, чтобы посмотреть, как далеко ушла от центра, и заметила двух мальчишек лет тринадцати, не больше, с суровыми, решительными лицами, а с ними девочку, совсем крошку, лет шести. Малышка держалась за широкую штанину одного из своих старших братьев (или кем они там ей приходились), а в другой руке гордо несла подвявшие цветы и оживлённо крутила головой по сторонам.
«Какой ужас! Бедные дети», — подумала я и пошла быстрее, пытаясь выудить из потайного кармашка монетки, оставшиеся после последнего похода на рынок, это даже были не мои деньги, а Луты.
Я чуть повернула голову. Так и есть, ребята шли за мной, но постепенно отставали, потому что малышка не поспевала за ними и без конца спотыкалась. Я пошла медленнее, а свернув за угол, вообще остановилась и стала ждать. Только отступила в тень, чтобы меня не сразу заметили.
— Давай быстрее, а то уйдёт, — взволнованно проговорил один из мальчишек, выбегая из-за угла и оборачиваясь на своих «подельников».
— Не уйдёт, — буркнул второй, который шёл, ведя за руку девочку и глядя себе под ноги. — Мы эти улицы с детства знаем, а она явно не из этого района. — И тут мальчишка поднял голову и увидел меня. — Ах ты ж драконова отрыжка!
Второй мальчишка сразу понял, что происходит, испуганно шарахнулся в сторону и резво подхватил камень с земли.
Я невольно улыбнулась и вышла из тени.
— Зачем преследуете? Ограбить хотите? Так у меня почти ничего нет. — Для наглядности вывернула карманы и достала две монетки, при виде которых у мальчишек алчно зажглись глаза. — А это я вам и так отдам, — протянула им деньги на открытой ладони. — Пусть это будет моя плата за то, что вы подскажете, как дойти до корчмы Горана. — Я посмотрела по сторонам: — Я, кажись, заплутала.
Мальчишки переглянулись, и тот, что вёл девочку, с опаской подошёл ко мне и по-деловому произнёс:
— Проход по Забытой стоит гораздо дороже.
— Но у меня больше ничего нет.
— Гони платок! — грозно выкрикнул второй мальчишка, хотя продолжал прятаться за более старшим товарищем.
Я послушно стащила платок с головы и протянула ему. Жалко было, конечно. Это был последний платок Луты, при этом самый лучший и новый. С горящими глазами девочка протянула обе руки к моему платку и радостно засмеялась. Старший мальчишка забрал у меня монетки и по-деловому начал объяснять:
— Сейчас в первом переулке свернёшь на солнце.
Я невольно подняла голову, пытаясь разглядеть, где там это солнце сейчас находится.
— Вот в эту сторону, — подсказал второй мальчишка.
— Дай сказать, — оборвал его старший и снова строго посмотрел на меня. — Там будешь идти прямо, пока не дойдёшь до рыбины, которая из дерева сделана.
— А вдруг я не пойму, что это та самая рыбина? — с сомнением в голосе перебила его я.
— Не боись, мимо неё невозможно пройти, — успокоил меня мальчишка. — Вот там снова сверни, но уже от солнца и до самого конца Забытого проулка, пока не выйдешь к реке.
— Спасибо, — поблагодарила я и уже собралась уходить, но мальчишка вдруг схватил меня за руку и взволнованно прошептал: — Но лучше бы ты туда не ходила.
— Не могу. Мне очень нужно найти одного человека.
— Что за человека?
— Охотника, — ответила я, тоже понижая голос до шёпота.
Мальчишки переглянулись, одновременно кивнули, словно без слов понимали друг друга, и старший торжественно сказал:
— Если кто-нибудь пристанет, говори, что ты под присмотром братьев Ирвиров с улицы кожевников.
— Хорошо, — кивнула я, решив, что, как и везде, здесь тоже улицы поделены между шпаной. — Спасибо, — поблагодарила и решительно зашагала в указанном направлении.
Я думала, что с таким странным объяснением заблужусь ещё больше. Но, к своему удивлению, благополучно дошагала до деревянной рыбины, вросшей хвостом в землю, она таращилась на прохожих выпученным уродливым глазом. Я не смогла пройти мимо местной достопримечательности, осмотрела её со всех сторон, даже потрогала. Похоже, кто-то не стал выкорчёвывать засохшее дерево, а просто вырезал из ствола огромную рыбину.
Дверь дома открылась, и на улицу вышел мужчина, сердито посмотрел на меня. Я улыбнулась и свернула в проулок. Именно в этот момент меня грубо толкнули, да так, что я едва на ногах удержалась, хотела извиниться, но не успела и рта открыть, как услышала:
— Смотри, куда прёшь!
— Вообще-то, это…
— Ты что-то сказала? — возмутился мужчина, оборачиваясь ко мне и осматривая с головы до ног.
Я почувствовала себя раздетой, сложила руки на груди, словно это могло помочь закрыться от чужого нескромного взгляда.
— Ничего не сказала, — проронила я, решив не связываться с неадекватом, и пошла дальше.
Но не тут-то было. Меня схватили за плечо и развернули.
— А ну-ка, постой! Дай-ка я на тебя посмотрю.
Мне в нос ударил такой сивушный аромат, что я невольно отшатнулась, но вырваться сразу не получилось.
— Отпусти! — только и смогла вымолвить я.
— Ах ты ж… Гурен, смотри, какая здесь красотка, — разорялся мой обидчик.
Но его друг ушёл далеко и не остановился даже тогда, когда его окликнули.
— Ты идёшь со мной, — сообщил мужчина и потащил меня за собой.
— Я так не думаю! — спокойно проговорила я и со всей силы ударила носком сапога по его ноге; и это вам была не женская туфелька, а добротная обувь.
Мой обидчик крякнул от боли и принялся прыгать на одной ноге, ругаясь на чём свет стоит. На его вопли из соседних домов начали выглядывать жители, кто-то отпускал сальные шуточки. А я со всех ног бросилась бежать. И только одна мысль крутилась в голове: главное — не заблудиться в этом злачном месте.
Я даже запыхаться не успела, как оказалась в конце улицы. Кстати, здесь и правда пахло рекой. Жутко. Тошнотворно. И это понятно: сюда стекались сточные воды со всего города. Вот здесь, под сенью старого засохшего дерева, и притулилась корчма Горана.
Дверь в питейном заведении открылась, и оттуда двое бугаёв выволокли пьяницу, равнодушно швырнули его на землю и зашли обратно. Мужичок едва поднялся на ноги, сердито погрозил кулаком почему-то в мою сторону и, покачиваясь, побрёл к Забытому проулку.
Я медленно поднялась по ступенькам и в нерешительности остановилась на пороге, прислушалась к звукам, доносившимся из корчмы, набрала полной грудью воздух и шагнула внутрь.
В нос ударил смрад выпивки и немытых тел. Захотелось немедленно захлопнуть дверь и бежать отсюда, куда глаза глядят. Но отступать было поздно! Посетители этого заведения в полном изумлении уставились на меня.