Как "мёртвой" принцессе выжить в мире драконов 2 (СИ)

 Меня вышибло из сна, словно кто-то окатил холодной водой. Я резко села, таращась широко открытыми глазами в темноту и сбивчиво дыша. Мгновенно возникло ощущение, что я в комнате не одна. Я осмотрелась и вдруг заметила тёмную фигуру, неподвижно стоящую у двери.  
Полностью уверенная в том, что это мой дракон, я облегчённо вздохнула и произнесла взволнованным голосом: 
— Фух, я так рада, что ты всё же смог прийти! А то без тебя мне всякие кошмары снятся.  
Но тот, кто сейчас стоял возле единственного выхода из комнаты, даже не пошевелился.  
— Ты меня пугаешь, — неуверенно улыбаясь, произнесла я.  
И вдруг всё поняла. Это был не Дармат. Но тогда кто? Ведь дом окружён защитой! Сердце ухнуло в пятки. Пару секунд я не шевелилась, лихорадочно соображая, как поступить. И внезапно бросилась к спасительному открытому окну. Но я была недостаточно быстрой; ночной посетитель схватил меня ещё до того, как я успела дотронуться до подоконника и позвать на помощь. Его руки ухватили меня за волосы и дёрнули назад. Рывок был такой силы, что я повалилась навзничь. От удара на краткий миг вышибло весь воздух из лёгких. И мне показалось, ещё немного — и я потеряю сознание.  
Но я как-то смогла справиться с этим состоянием. Однако стоило мне сделать первый полноценный вдох, как я ощутила на себе тяжесть тела, мои руки завели за голову и с силой сдавили, а рот зажали широкой ладонью. 
Незнакомец приблизился ко мне лицо вплотную и зло прошептал: 
— Один лишь звук, и я убью тебя! 
И я узнала этот голос. Это был Акзиф, верный слуга Летильды. 
Я замерла. Застыла. Страх сковал всё тело, да так, что ни пошевелиться, ни вздохнуть.  
«Зачем он здесь? Для чего пришёл?» 
А перед глазами кадр за кадром пролетали яркие моменты моей жизни, словно я уже прощалась с жизнью. Пробуждение бестелесным духом в склепе, расхитители гробниц, которые сняли с принцессы медальон, момент, когда меня затянуло в тело, моя сделка с Дамой, первая встреча с драконом, огромная скребущая драконья лапа в коридоре (нашла что запомнить!), поджаренная туша зверя на столе, голодные «летучие мыши», драконьи врата и бескрайнее звёздное небо, причудливый туман в Вещальской долине, танцующие в озере девы, мой первый поцелуй, наша близость. И самое последнее счастливое воспоминание — моё ежедневное пробуждение в одной кровати рядом с любимым драконом на его плече.  
«Вот, значит, как: с тебя всё началось, тобой всё и закончится!» 
Я повела плечами, проверяя, насколько крепко меня держат. 
«Ах ты ж подлая тварь! Ну уж нет. Я больше не позволю тебе причинить мне зло. Это тогда я была бестелесным духом, а теперь я живой человек».  
Перед глазами вспыхнула алая пелена ненависти и ярости. И откуда только взялись силы: я оттолкнула мага, со всей мочи ударила ногой и даже куда-то попала, потому что услышала болезненный стон, и поползла к спасительной двери, потому что встать не смогла. Акзиф, придя в себя, всем своим весом навалился на меня, снова ухватил за волосы и, чтобы хоть как-то обездвижить, ударил лицом об пол. И тогда я закричала. Но, увы, никто не услышал моего крика, потому что в саду играла громкая, с заводными ритмами музыка, девушки хлопали в ладоши, подбадривая себя и танцующие у очага пары. А дочь кожевника так радостно смеялась, что перекрывала своим звонким, задорным смехом даже музыку Цениана.  
Маг завёл мне руки за голову, больно сдавив запястья, и зажал рот. Я ощутила на языке отвратительный металлический вкус крови. И начала задыхаться. Прохрипела, простонала. Акзиф наклонился к моему уху и прошипел: 
— Откуда ты пришла? Почему именно в это тело? 
Но я могла лишь гневно пыхтеть и мычать.  
«Интересно, как он себе это представляет — говорить с зажатым ртом?»  
Я начала крутить головой, пытаясь освободить рот, но сделала только больнее себе.  
Маг наконец смекнул, что я в принципе не могу ничего сказать, пока он держит меня, поэтому немного ослабил хватку, но предупредил:  
— Пикнешь — убью. Ты поняла меня? 
 
Я кивнула, красноречиво округлила глаза и ещё громче замычала. 
— Что ты там мычишь? — спросил Акзиф, убирая ладонь от моего рта. 
— Хотел бы убить, — бесстрашно процедила я, — давно убил бы.  
И я вдруг поняла, что угадала. Маг пришёл не за этим, ему что-то нужно от меня.  
— Кто ты такая? — повторил свой вопрос Акзиф, принимаясь нервно вышагивать по комнате и делая вид, что не расслышал моих последних слов, но я всё же успела заметить в его глазах удивление и даже некое сомнение. 
— Илария Шеллер, — твёрдо проговорила я. — Последняя из принцесс рода человеческого. 
— Не ври мне! — Акзиф резко повернулся ко мне, сверля горящим взглядом. — Я знаю, что ты — не она.  
— Ну раз знаешь, зачем спрашиваешь? — без страха проговорила я и села, понимая, что надо изо всех сил тянуть время, притупить внимание ночного гостя, чтобы позвать на помощь, когда стихнет музыка.  
— То, что знаю я, недостаточно для осуществления моих планов. Необходимо понимать, кто ты такая, откуда пришла, — небрежно проговорил маг, поднял руку, что-то быстро произнёс и стряхнул с пальцев золотистые искры; тонкое кружево тотчас покрыло все стены и потолок и даже пробежало по полу. — И самый главный вопрос: почему ты заняла это тело? 
Я уже видела такое кружево, это был полог тишины. И это было плохо, потому что теперь хоть оборись, всё равно никто не услышит.  
— Я не знаю, почему это тело, почему этот мир, — ответила я печальным тоном. — Это просто случилось.  
И это было правдой! Откуда ж бедным попаданкам знать, почему их души иногда просачиваются в ту или иную реальность и на веки вечные застревают там.  
— Врёшь! 
И тогда я смело спросила: 
— А почему души попадают в другие миры, в другие тела? 
Маг задумался было, но потом тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и снова спросил:  
— Из какого мира тебя вытянуло? — его голос дрожал от раздражения и гнева. — Как тебя зовут по-настоящему? 
— Меня зовут Соня, — произнесла я имя, которое первым возникло в моих мыслях, когда я очнулась в том жутком склепе. — Скажи, как ты смог пройти защиту? 
— Ты про ту самую защиту, которую установили твои юные маги? — Акзиф мерзко похихикал. — Я не только прошёл, но и сделал так, что не осталось ни одного разрыва в магическом плетении.  
«И правда, что это я? — подумала я с горечью. — Разве можно сравнивать мастерство умудрённого опытом мага с уровнем юных волшебников, которые только обучаются колдовским премудростям? Но кто же мог подумать, что он на этом не остановится, зная, что я теперь под защитой драконов!» 
Маг тоже молчал, думая о чём-то своём, а потом строго спросил: 
— Ну, раз мы узнали, как тебя зовут, расскажи теперь, откуда ты пришла. 
— Когда-то я жила на Земле.  
Маг в задумчивости прикрыл глаза, несколько раз повторил незнакомое для себя слово, затем встрепенулся, бросил на меня подозрительный взгляд и твёрдо сказал:  
— Я не знаю такого мира.  
— Это название планеты, — пояснила я.  
— Назови свою планету так, как она изображена в тамантарах, — потребовал Акзиф. — Или же произнеси на мёртвом языке. 
— Чтобы прочитать тамантар, его надо увидеть хотя бы раз. И я понятия не имею, как это звучит на мёртвом языке. 
Похоже, терпение мага закончилось. 
— Я не собирался тебе вредить и давал возможность выбора, — равнодушно произнёс он.  
Вокруг тела Акзифа возникло зеленоватое свечение. Оно, как живое существо, колыхалось, росло и увеличивалось в размере, и вдруг ко мне потянулись тонкие и длинные щупальца. Точь-в-точь как огромная тихоокеанская ядовитая медуза.  
 Почему-то я точно знала: если эти нити сейчас коснутся меня, маг узнает не только ответы на свои вопросы, но и всё, что было известно мне, а я не могла позволить ему проникнуть в мои тайны. Я прикрыла глаза, сосредоточилась и чётко увидела уроборос — знак бесконечности, постоянных перемен. На драконе, который кусал сам себя за хвост, покоился земной шар. И уж если бы кто-нибудь и захотел изобразить мой мир в тамантарах, то наверняка сделал бы это именно так. А ещё в моём сознании возникли два слова, от которых у самой волосы поднялись дыбом, но я произнесла их, как положено, нараспев.