Как "мёртвой" принцессе выжить в мире драконов 2 (СИ)

— А-а-а, понятно.  
— Соня, ты меня услышала?  
Я наконец оторвала взгляд от чаши и переспросила:  
— Что, простите? 
— Я говорю, ты беременна. В тебе растёт новая жизнь. И это будет дракон. Будущий наследный принц. 
Мне как-то сразу снова поплохело. Да разве можно вот так обрушивать на человека такую новость? Надо ведь как-то подготовить, зайти издалека. Нет, я, конечно, взрослая женщина, я понимаю, что от близости с мужчиной рождаются дети, но как-то этот момент ускользнул от меня на фоне всех произошедших событий. А если честно, я не думала, что связь человека и дракона может привести к появлению потомства. 
— А это точно? — на всякий случай решила уточнить я, при этом откинула плед и зачем-то посмотрела на свой совершенно плоский живот, будто могла что-то там разглядеть. — Да нет, не может быть. Давайте сделаем повторный анализ. Вдруг закралась какая-то ошибка! 
— Соня, нет никаких сомнений! Ты беременна, ты вынашиваешь дракона, — уверенно произнесла Дама. — Именно из-за этого ты почувствовала слабость, именно из-за этого какое-то время не владела своим телом, потому что наследник драконьего рода зачерпнул слишком много магии, которая поддерживает твоё тело. 
— Что-то нехорошо мне стало, — испуганно пролепетала я.  
И тут до меня наконец дошёл смысл сказанного! Правда, я не поняла, при чём тут наследник, поэтому решила спросить: 
— А что это значит? Как и откуда он мог зачерпнуть магию?  
Дама какое-то время молчала, а когда заговорила, решила начать издалека: 
— Мы это с тобой однажды уже обсуждали. За сто лет магия из медальона «Драконье сердце» перетекла в твоё тело. Именно эта магия — сильная, мощная — не позволила телу принцессы за целый век разрушиться, и именно эта магия втянула твою душу в это тело и удерживает внутри. Твоя душа ведь перестала отлетать от тела? 
Я задумчиво кивнула, а Дама тем временем продолжала: 
— И самое главное, именно эта магия помогла тебе зачать наследника. Но дело в том, что наследник будет расти, и магия начнёт постепенно угасать.  
Я никак не могла взять в толк, что это значит для меня. Я что, стану обычным человеком без магии из медальона? Или же не станет магии и меня больше ничто не будет связывать с Дарматом?  
«Да нет же! Я ведь чувствую, что люблю своего дракона. И не из-за какой-то там чудесной магии, а всем сердцем и душой. — И тут же вновь засомневалась: — А вдруг из-за этого Дармат перестанет меня любить? Столько вопросов сразу!» 
Но одно было ясно: Дама ни за что не начала бы этот длинный монолог, если бы не собиралась сообщить мне о чём-то важном и не очень хорошем.  
— И как это отразится лично на мне? — задала я свой самый главный вопрос.  
Дама слегка улыбнулась уголками губ и вкрадчивым тоном спросила:  
— А как ты думаешь?  
— Никак не думаю, — призналась я. — Если честно, я бы предпочла не строить догадки, а знать наверняка, что меня ожидает в будущем.  
Дама бросила на меня пронзительный взгляд и, уже совсем без улыбки, сказала:  
— А не будет никакого будущего, по крайней мере, для тебя. Твоя жизнь оборвётся с рождением наследника. Драконий принц вычерпает из тебя всю магию.  
— Как это так? Меня что, снова вышибет из тела? — естественно предположила я. 
Я посмотрела на целительницу и не на шутку разволновалась. Потому что впервые за всё то время, что была знакома с ней, увидела на её лице сочувствие и даже сострадание. Дама немного помолчала и с грустью в голосе заговорила: 
— Почему меня никто никогда не слушает? Я ведь без конца повторяю одно и то же! Говорю, говорю, но ты упорно пропускаешь всё мимо ушей. 
Я попыталась припомнить все наши беседы, всё, что когда-либо было сказано Дамой, но, увы, не смогла вычленить что-то особенно важное. 
— А можно немного поконкретнее? — попросила я. — Слишком много было за последнее время сказано.  
Дама снисходительно улыбнулась, но всё же ответила:  
— Магия сохранила тело нетленным, магия притянуло твою душу и удерживает в принцессе. Так что же случится, когда этой магии не останется больше ни капли? 
 
И мне наконец всё стало понятно. Вот только от этого знания враз сделалось дурно: сердце учащённо забилось, горло сдавил спазм, а глаза наполнились слезами. Но я всё же нашла в себе силы произнести горькую правду вслух: 
— Больше не будет ни души, ни тела. Принцесса станет по-настоящему мёртвой. 
— Вот именно, — было мне ответом.  
Мы с Дамой упёрлись друг в друга взглядами. Я — с обидой и злостью на несправедливость, на то, что невольно стала пешкой в чужой игре, а она смотрела с пониманием и лёгким сочувствием, и словно чего-то ждала от меня. Может, другой реакции? 
И, откровенно говоря, я едва сдержалась, чтобы не сорваться, не разрыдаться, но понимала, что нельзя этого делать. Сейчас для меня было важно только одно: Дармат не должен узнать о таком исходе. Раз моя роль в этой истории — исправить чужие ошибки, значит, надо отыграть её по полной и до конца.  
«Ну что ж, значит, вот такой конец будет у моей истории!» 
— Но во всём этом есть и свои положительные стороны, — философски проговорила Дама. 
— Например, какие? — сдавленным от сдерживаемых слёз голосом полюбопытствовала я.  
— Я всё же исправила свою ошибку, хотя и не тем способом, каким планировала изначально. Как гласит драконья мудрость: «Пути Всепоглощающего Пламени неисповедимы!» — Дама улыбнулась, и со стороны это выглядело так, будто её позабавило это высказывание. — Мы хотели сделать так, а вышло всё по-другому, но результат нас всё равно порадовал. Дракон вернулся к жизни. Родится драконий принц. И со временем два сильнейших драконьих рода всё же объединятся, потому что наследнику нужна мать. А это значит, что Дом Брелзакс наконец встанет во главе всего драконьего народа.  
У меня тут же возник вопрос: 
— И чем же не угодил вам драконий дом, который сейчас главенствует над всеми?  
Дама подозрительно прищурилась. Я понимала, что ей не понравилась моя прямолинейность, но, если честно, мне на это уже было наплевать. 
— Ничем. Дом Вирлокс — древний вымирающий род. Потомство не рождалось уже много веков, а это плохо для наследия. Но Баркат слишком упрям, чтобы признать это и по доброй воле передать бразды правления над Дрэйгером другому роду. Но теперь будет созван Совет и избран новый властитель.  
А я слушала все эти рассуждения и думала: «Кто же эта женщина на самом деле? Откуда у неё такая огромная власть? Чтобы вот так запросто вмешиваться в судьбы людей, драконов, решать по своему усмотрению, кто будет стоять во главе драконов?» И, не замечая, что говорю вслух, ошеломлённо произнесла:  
— Да кто же ты такая есть? 
— Я всего лишь Мать своих детей, — ласково произнесла Дама, и в её глазах вспыхнуло Всепоглощающее Пламя. — Но в миру меня принято называть Целительницей, и только ты называешь меня Дамой.  
Я сидела и в полном изумлении и недоверии разглядывала эту удивительную женщину, а в голову настойчиво лезли разные мысли одна чуднее другой.  
— То есть ты Бог этого мира? — логически предположила я. 
— Нет, — Дама снисходительно улыбнулась. — Принято считать, что мой род был одним из первых, но он угас, как угасает сейчас род Вирлоксов. Поэтому больше я такой ошибки не допущу! 
Мне осталось задать всего один вопрос: 
— Но почему именно Дармат? Ведь в этой семье есть старший брат, младший брат! Почему именно мой дракон?  
— Потому что именно тот, кто был проклят и смог вернуться, в состоянии родить сильное потомство, которое приведёт весь драконий род к процветанию. Соня, именно твой сын станет тем, кто будет править Дрэйгером много веков подряд, сплотит наш народ и сделает его сильным.  
Я горько улыбнулась и спросила: 
— Так почему же вы не дали сто лет тому назад родиться этому замечательному отпрыску от Иларии Шелер?  
— Потому что она была простым человеком, и ребёнок родился бы полукровкой. А в тебе сейчас драконья магия, и твой сын будет чистокровным драконом.