Беспощадный (СИ)

— Куда же ты так быстро убежала, Лисенок? — с хрипотцой в голосе спрашивает Демиан.
Его глаза горят опасным огнем, а на губах играет дразнящая ухмылка.
  
Глава 20. Мелисса
 
Захлопываю дверь прямо перед его носом. Адреналин зашкаливает.
— Ты всегда так радушна с гостями? — его насмешливый голос доносится из — за двери, почти физически ощущаю его ухмылку.
Этот тон лишь подливает масла в огонь моего раздражения.
— Только когда кто — то пытается выломать мне дверь! — огрызаюсь, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и резко.
Но предательская дрожь все равно прорывается, выдавая внутреннее смятение. Сжимаю кулаки, пытаясь взять себя в руки.
— Я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, — его голос внезапно смягчается, словно пытаясь успокоить испуганного зверька.
Но я не поддаюсь на эту уловку.
— Спасибо за заботу, но я как — нибудь справлюсь сама. Это не твоя забота, — парирую, скрестив руки на груди в защитном жесте.
Взгляд невольно скользит по комнате, ища пути отступления, хотя я прекрасно понимаю, что бежать некуда.
— Лисенок, давай поговорим как взрослые люди, — в его голосе явно слышится нотка раздражения.
Это прозвище, которое раньше вызывало у меня трепет, теперь кажется почти оскорбительным.
— Отлично. Тогда научись стучать нормально для начала, — не могу удержаться от едкого сарказма.
Злость помогает мне справиться со страхом, цепляюсь за это чувство. Слышу, как он глубоко вздыхает по ту сторону двери.
— Ладно, давай начнем сначала. Прости за мою… бурную реакцию.
Он стучит в дверь, на этот раз нормально, почти вежливо.
— Так лучше? Теперь можем поговорить?
Голос звучит искреннее, но я все еще настороже. Прислоняюсь к двери всем телом.
— За что именно ты извиняешься? За то, что чуть дверь не выломал, или за то, что ворвался в мою жизнь как ураган? — вопрос звучит почти язвительно, но за ним скрывается настоящая боль.
— За все. За стук, за то, что… трахнул тебя, за то, что заставил тебя убежать, — отвечает он.
Не позволяю себе расслабиться.
— То есть ты признаешь, что немного перегнул палку? — с вызовом спрашиваю.
— Да, можно и так сказать, — соглашается он, и это признание немного смягчает злость. — Но не забывай, что кое — кто тоже играл в опасные игры.
Чувствую, как краска заливает щеки, а по телу пробегает волна стыда и смущения. Да, я сама его спровоцировала своим поведением, но кто же знал, что все так обернется?
— И что теперь, Демиан? — дрожит от сдерживаемых эмоций — злости, обиды, страха. — Будешь стоять тут и обвинять меня во всем?
— Нет, конечно нет, Лисенок, — его голос снова становится мягким и вкрадчивым. — Просто открой дверь. Пожалуйста.
Это "пожалуйста" звучит почти умоляюще. Рука невольно тянется к дверной ручке. Открываю дверь и вижу его темный, хищный взгляд. Он смотрит на меня так, будто готов наброситься. Внутри все сжимается от волнения.
— Чего тебе? — выдавливаю.
— Почему ты сбежала? — хрипло спрашивает, делая шаг ко мне.
— А ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос? — огрызаюсь, пытаясь скрыть, как меня трясет от его близости.
Его глаза жадно скользят по моему телу, чувствую, как по коже бегут мурашки.
— Не увиливай, Лисёнок, — рычит он, подходя еще ближе.
В горле пересыхает. Он такой… властный. Но нельзя показывать слабость.
— Просто захотелось подышать, — выпаливаю. — А теперь, если не возражаешь…
Пытаюсь закрыть дверь, но он молниеносно выставляет руку, не давая мне это сделать.
— Мы еще не закончили, — говорит, вторгаясь в мое личное пространство.
— Тогда говори, что хотел, — выдыхаю.
Сердце вот — вот выпрыгнет из груди.
— Ты теперь моя, — слова бьют под дых.
— Что?! — ошарашенно переспрашиваю, ловя ртом воздух. — В смысле твоя?
— В прямом, Лисёнок, — ухмыляется, пожирая меня взглядом. — Ты принадлежишь мне.
Стою в ступоре, не веря своим ушам. Между нами столько всего было — безумный секс, случайные встречи, флирт, ссоры… А теперь он заявляет такое?
 
— Не веришь? — усмехается.
— Конечно нет! — взрываюсь. — Ты же сам недавно сказал не попадаться тебе на глаза! А теперь заявляешь, что я твоя? Ты в своем уме?
— Именно так, — спокойно отвечает.
— Это же бред! Ты не можешь просто объявить меня своей собственностью! — возмущаюсь.
— Я не о владении говорю, — парирует, приближаясь вплотную.
Его пальцы осторожно касаются моей щеки, и по телу пробегает электрический разряд.
— Твои мысли, твое тело — все твое. Только ты решаешь, хочешь ли разделить это со мной.
Стою, не в силах пошевелиться, полностью захваченная моментом. Что происходит? Как мы дошли до этого? И почему, черт возьми, мне так хочется сказать "да"?
Демиан наклоняется ближе, его горячее дыхание щекочет кожу на шее. Чувствую легкое, но электризующее прикосновение его языка и невольно вздрагиваю всем телом. По коже бегут мурашки, а внутри разливается предательское тепло. Его близость одновременно пугает и манит меня.
— Но давай будем честными, Лисёнок, — шепчет на ухо. — Мы оба прекрасно знаем, что от одного моего прикосновения ты уже вся горишь.
— Н — неправда, — слабо возражаю, но мое предательское тело реагирует на его слова помимо воли.
Кожа покрывается испариной, а дыхание учащается.
— Да? И ты хочешь сказать, что еще не промокла насквозь? — его сильная рука сжимает мою попу, вызывая новую волну дрожи.
Боже, что он творит со мной? Я не считаю себя ханжой, мне и раньше говорили всякие пошлости. Но из его уст эти грязные слова звучат просто непристойно, будто запретный плод. И это… неожиданно сильно заводит меня, как бы я ни пыталась это отрицать.
Решимость тает. Он прижимается ко мне всем своим мускулистым телом. Его губы почти касаются моих, и я ощущаю его пьянящий запах. Совсем потеряв голову от этого коктейля ощущений, закрываю глаза в предвкушении неизбежного поцелуя. Но вместо ожидаемого прикосновения его губ чувствую, как Демиан неожиданно отстраняется.
Открываю глаза и вижу на его лице самодовольную ухмылку, от которой внутри все переворачивается.
— Видишь, Лисёнок? Ты сама отчаянно жаждешь быть моей, — произносит с торжеством в голосе.
Его слова словно выливают на меня ушат ледяной воды. Меня захлестывает волна гнева, смешанного со стыдом. Да как он смеет так издеваться надо мной?! Я больше не намерена терпеть эти унизительные игры.
— Убирайся, — цежу сквозь стиснутые зубы. — Я не твоя собственность и никогда ею не буду. Ты не имеешь права так обращаться со мной.
Демиан удивленно приподнимает бровь, явно не ожидав такой резкой перемены в моем настроении и поведении.
— Говори, что хочешь, Лисёнок, — усмехается. — Но мы оба прекрасно знаем, как сильно ты меня хочешь. Твое тело не умеет лгать.
— Во — первых, хватит этих дурацких прозвищ. У меня есть имя, и я настаиваю, чтобы ты его использовал, — огрызаюсь. — А во — вторых, ты глубоко ошибаешься. Ты для меня никто, просто случайный знакомый. Не более того.
Он слегка улыбается, и эта снисходительная улыбка только сильнее разжигает гнев.
— Ты так яростно отрицаешь очевидное, потому что боишься признать правду? — в его взгляде неожиданно проскальзывает что — то похожее на нежность, от чего у меня на мгновение перехватывает дыхание.
— Нет, я говорю так, потому что это чистая правда, — гордо вскидываю голову, пытаясь сохранить остатки достоинства и не поддаться на его уловки.
— Ладно, — он примирительно поднимает руки, словно сдаваясь. — Я уйду… пока что. Но это еще не конец, Мелисса. Мы еще не закончили.
Он разворачивается и неспешно удаляется по коридору уверенной походкой. С грохотом захлопываю дверь, чувствуя мрачное удовлетворение от этого мелочного жеста. Хотя бы на время мне удалось его отшить и сохранить лицо. Но где — то в глубине души противный голосок нашептывает, что Демиан так просто не отступит. Он не из тех, кто легко сдается. И этот назойливый внутренний голос пугает меня больше всего, потому что в глубине души понимаю — он прав.