Тулса (СИ)

— Так это что, не ты участвуешь в моем плане, а я в твоем?
— Нет, это мы делаем с тобой одно дело. — Коломбина поцеловала Светоча. — Я очень рада, что случай выбрал тебья.
— Но тебя будут искать? Так просто люди в Тулсе не пропадают.
— И что с того? Пусть ищут, хоть я и не слышала про такую службу. Спасибо создателям МАКа, что не стали ставить камеры на каждом углу. Отсутствие слежения, упование на полное подключение всех жителей, позволили существовать рядом с горожанами людям-невидимкам. Ты можешь и не знать, но в городе не так мало людей без «клещей». За два года я была свидетелем исчезновения двух парней из числа «диких».
— Я знаю про них. Мало того, очень рассчитываю на их помощь. — Признался Светоч.
— Серьезно? — Удивилась Коломбина. — Ой, я так рада, что ты на нашей стороне. — Она повисла на шее Светоча и принялась активно его нацеловывать.
— Я бы не стал считать, что на вашей. Скорее на своей. Желаю городу процветания, как и всем жителям вокруг него. — Ему не хотелось попадать из одной зависимости в другую.
— Ладно. — Легко согласилась Коломбина. — Давай считать эту миссию только нашим с тобой делом. Я уже давно разорвала пуповину с теми, кто менья готовил.
— Какая физиологичная аллюзия.
— Какой манерный брезгливый мальчик. А ничего, что мы измазали друг друга слюной?
— Была бы ты немой, цены бы тебе не было. — Пошутил Светоч и поцеловал подругу. — Мы можем измазаться не только слюной. — Прошептал он томным голосом. — Ой, фу, Светош, вот этого говорить как раз не стоило. Ты убил во мне весь романтический настрой. — Коломбина поправила на себе одежду.
— А с Миолой этот трюк срабатывал.
— Оно и видно, что учителя у тебя были не людьми. — Коломбина хитро посмотрела на Светоча. — Ладно, прощаю на первый раз.
Они уединились под старой ивой в зеленом тумане отсвета защитного барьера, с трудом пробивающегося сквозь листву.
— Нам надо хорошо поужинать. — Произнес Светоч после романтической части встречи. — Неизвестно когда удастся поесть в следующий раз.
— Ты хочешь уйти прямо сейчас? — Удивилась Коломбина.
— Конечно. Или сейчас или никогда. Ты не готова?
— Готова, Светош. С тобой я всегда готова.
Они вернулись в жилой модуль и заказали два ужина. Первый бокал воды из-под крана Светоч вылил, опасаясь, что МАК задумал остановить его планы. Он до сих пор не знал всех его возможностей и старался подстраховаться. Второй тоже вылил, а выпил только третий, предварительно обнюхав воду. Как будто ничем посторонним не пахло. Вода не произвела на организм никаких ощущений. Коломбина тоже напилась впрок, зная, что до города идти много километров по территории без всякой бытовой инфраструктуры. Почти все расстояние занимали возделываемые техникой поля.
Светоч и Коломбина вышли из жилого модуля в подсвеченную зеленым светом ночь. Как назло Милоделу тоже не сиделось дома. Он стоял у входа, опершись на перила и попивая напиток, очень похожий на пиво.
— Привет, сосед. Рад, что вернулся живой и здоровый, рад, что воссоединились. Решили прогуляться на радостях? — Спросил он.
— Да. — Ответил Светоч. — Пройдемся по улице, подышим свежим воздухом.
— Конечно, дело правильное. Наконец-то через стенку будет слышно хоть что-то веселое.
— А вы подслушивали? — Разозлилась Коломбина.
— Против воли. — Признался сосед.
— Это все равно лучше вашего ужасного пения. — Огрызнулась уязвленная девушка.
— Какое место, такое и пение. Соловьи красиво поют в лесу, а не в клетке.
— Это точно, в лесу птицы поют намного лучше. — Поддержал его Светоч. — Ладно, рад был повидать, но мы спешим.
— Конечно, понимаю, дело то молодое. Надо успеть все знаковые места в округе пометить, пока любовь не прошла.
Светоч и Коломбина не стали дослушивать его ворчание. Спустились вниз и направились по кольцевой, делая вид, что прогуливаются. Народу из-за прохлады было немного, в основном парочки. В городе даже такого количества пешеходов не встречалось. Там вечером можно было увидеть только людей, увлеченных бегом или спортивной ходьбой, наматывающих круги ради поднятия рейтинга. Светоч считал их чокнутыми, истязающими себя сверх меры ради вожделенного рейтинга.
 
Впереди показался освещенный поворот на примыкающую к кольцевой дорогу. Примерно каждые десять минут туда сворачивал грузовик с отходами.
— Можем попросить подвезти. — Предложила Коломбина.
— Не надо. Давай лучше сделаем так, чтобы никто не видел где и когда мы исчезли. Мне только сейчас пришла идея оставить на берегу той заводи, в которой мы с тобой плавали, нашу одежду и записку, что мы решили покончить жизнь самоубийством, чтобы навсегда остаться вместе. Они бы пошли по ложному следу и дали нам больше времени. Как тебе мой план? — Светоч засмеялся.
— Ну, найти людей на дне той заводи минутное дело. А в чем бы мы с тобой шли до города по такому холоду? — Поинтересовалась Коломбина.
— Это я еще не придумал. Например, мы бы сняли постель с моей кровати и закутались в одеяло. Да не так уж и холодно, будем быстро идти, не замерзнем.
Сзади показался свет фар грузовика. Светоч схватил Коломбину с дороги и утянул в кусты. Машина проехала. Они вышли и продолжили путь. Светоч вспомнил, как Красавина трогала программатором его чип.
— Скажи, а откуда ваши узнали про клеща и гниду? — Поинтересовался он у подруги.
— Насколько я знаю, а это только слухи, то через подкоп. У нас есть город, такой же, как Тулса, называется Либертад. Он находится в долине между гор. Когда строили его, то пещеры, соединяющие внешние и внутренние территории завалили. Но наши вродье нашли не заваленный проход или расчистили сами, смогли попасть и выкрасть несколько человек, пока МАК не заметил это и не устранил возможность проникновения. Тогда чуть большая война не началась.
— Так ты не из ренегатов? — Удивился Светоч.
Он до сего момента считал, что только с лояльных территорий набирают людей для пополнения разнообразия генофонда.
— Боже избавь. У меня рвотный рефлекс, когда я вижу этих пресмыкающихся.
— И что же, МАК после этого не изменил конструкцию чипов, зная, с какой целью были похищения?
— Меня в это никто не посвящал. Да и было ли это интересно девочке, выигравшей самую главную лотерею в жизни. Они могли оставить в городе аппаратуру, которая работала на одной частоте с каналом связи между МАКом и клещом и сканировать все изменения. Но это я предполагаю на дилетантском уровне. В любом случае, им удалось сделать нормальную глушилку, которая спасает людей. Тебя, например. — Коломбина потискала Светоча. — Я ведь не знала на самом деле, работает она или нет.
— Мне повезло. Представь, как я был ошарашен, когда мне показали электронную начинку кулона и вычислили без всяких усилий, кто дал мне его.
— Ты серьезно? Они знают, что это я? Ты им сказал? Тебя пытали? — Закидала она вопросами Светоча.
— Не пытали. Они профессионалы. Просто показывали фотографии всех женщин из твоих краев, которые попали в Тулсу в последнее время. Ничего не спрашивали и не просили отвечать. Я просто смотрел картинки, и когда показали тебя, они по каким-то датчикам определили изменение состояния моего организма и поняли, что это была ты.
— Значит, ты разволновался, увидев меня?
— Да.
— Это приятно. А то, кукла, кукла. — Поддела его Коломбина.
— Не напоминай, пожалуйста. Мне стыдно за себя того, недоразвитого. Я вообще уверен, что МАК намеренно нас всех держит на легких транквилизаторах, тормозящих психическое созревание.
— И уже без него ты не сможешь. — Произнесла она со знанием дела.
— Да, а откуда ты это знаешь?
— Тоже слухи. Говорили, что те люди из Либертада умерли после отсоединения чипа. Организм не справьился с работой самостоятельно.
— Со мной тоже такое чуть не случилось, успели включить.
— Грасиас а Диос. (Слава Богу. исп). — Коломбина поцеловала сжатый кулачок.
Они незаметно дошли до территории, на которую свозили весь мусор, выловленный барьером. Как раз в этот момент за ним прилетел большой грузовой летательный аппарат. Шум работы его двигателей давил на уши. Звук был негромким в слышимом диапазоне, но в районе инфразвука его мощь видимо, была приличной. Аппарат опустился на приготовленную площадку и к нему сразу начали сновать роботизированные погрузчики, набивая бездонные недра кубами с отфильтрованной грязью. Людей в погрузочной зоне как будто не было. Наверняка, вблизи аппарат создавал совершенно невыносимые условия для человеческого слуха, поэтому всю работу доверили роботам.