Цена времени. Книга 2 (СИ)

— Не знаю, Генрих, — Пожал плечами я, — Я лишь высказал свои предположения. А как оно на деле будет — то я не ведаю, — После этих слов мы продолжили путь в молчании. Лишь топот десятков копыт и сотен ног разбавлял вязкую тишину, которая, подобно дёгтю, сковывала разум и тело.
Спустя несколько часов томительной езды, когда уже начало вечереть, показалось небольшое озерцо, одно из многих, коими была буквально утыкана местность вокруг. В связи с этим был торжественно объявлен привал. Люди стали разбредаться по округе. Восемь тысяч ртов грозились заполонить близлежащие окрестности и изрядно истощить местную флору и фауну. Ну прямо миграция неандертальцев, честное слово. Ни а каком порядке речи идти не могло. Воевода просто физически не мог контролировать и координировать действия столь большого скопления людей. Да и координироваться они не очень-то стремились. Казалось, вот выскочит сейчас из-за поворота пол тысячи шведских кирасиров и всё. Прямо тут всех и положат. Причём когда начнут активно помирать первые, последние ещё даже не узнают об угрозе. М-да, такая организация армии ничего хорошего не сулит. Но это я ещё не видел, как они лагерь организуют. Может, там вообще атас и половина всего народу уже завтра как-то резво сократится вследствие санитарного беспредела и прочей бурды, что так активно выкашивала средневековые армии, которые банально не доходили до поля боя.
Всё оказалось плохо, но не критично. Я, в целом, угадал со своими предположениями. Конечно, о внезапном разделении всей армии на больных и истощённых и тех, кому повезло, пока рано. Всё же не в таких уж животных условиях они собирались провести ночь.
Первыми организовали стоянку или даже некоторое подобие лагеря мои гвардейцы. И дело вовсе не в том, что шли мы в самом начале колонны. Вон, уже солнце почти село, а эти полковые полу-воины всё никак не закончат с обустройством своих палаток и лишь сейчас начали разводить костры. У нас-то весь этот процесс в некоторой степени автоматизирован. По команде «привал» кто-то в быстром темпе подрывается на поиски и доставку воды к стоянке, часть людей ставит подобие палаток, защищающих разве что от дождя и комаров, остальные же разводят костры, выгружают из телег походный инвентарь. Звучит, может, и сомнительно. Но вот только наши с этим в двадцать минут уложились, в то время как остальной полк вот уже почти час как возится с этой задачей. Всё потому, что они просто не знают порядка. Их действия беспорядочны и импровизированы. Почти всё основано на примитивных инстинктах, не знающих дисциплины. Помимо абсолютной сумбурности в подготовке, их лагерь не отличается какими-то техническими изысками. Для них даже воду вскипятить дело хоть и знакомое, но, похоже, непосильное, а потому подавляющее большинство предпочло сэкономить время и довериться микрофлоре пруда. И только лишь сотня Алексея, специально расположившаяся рядом со мной, старательно копировала устройство нашего лагеря. Что ж, похоже Алексей неплохой оратор, раз сумел убедить этих самодовольных остолопов в правильном взгляде на жизнь.
Не видя опасности или по собственной глупости на всю армию, похоже, не было выставлено ни единого поста. Наверное, лишь двое из моих гвардейцев ближе к ночи не приняли горизонтального положения. Даже в сотне Алексея я не заметил какой-то настороженности. Дежурство было решено организовать в четыре ночных смены, по два часа на каждую пару. Да, фактически мы сейчас на своей территории и бояться некого. Но так пусть думают далёкие от настоящей армии сотники, десятники, самодовольные помещики и ещё более далёкое ополчение, что всем скопом завалилось спать, напившись перед этим сырой воды(а те, кто побогаче, не только воды) и кое-как наевшись подгорелой каши. Сейчас угроза может и минимальна, но всё же я считаю, что нельзя не придерживаться простого правила: проиграет тот, кто первым потеряет бдительность. Ну что ж, похоже, стоит показать уверенному в себе Михаилу, к чему может привести его самонадеянность.
Гвардейцы плавно готовились к команде «отбой», но, как заведено, не снимали ни доспехов ни оружия до этой самой команды. Я подошёл к одному из двух вяло потрескивающих костров, возле которого сидел Иван, доедая свой вечерний паёк. Стоит заметить, что все гвардейцы в походе питались одинаково. Пожалуй, на все восемь тысяч они имели самый стабильный и сытный рацион питания. Помимо долгохранящихся сухарей и круп, что являлись самой распространённой в походе едой они также получали сушёное и солёное мясо, рыбу и даже небольшое количество сладкого в виде мёда и варенья. О таком разнообразие даже в мирное время многие ополченцы и подумать не могли. Так вот сидел Иван перед костром и увлечённо жевал кусок солонины. Завидев меня, он подскочил было, вытянувшись по струнке, но я остановил этот жест железной дисциплины говорящим жестом руки:
 
— Да ты сиди, сиди, лейтенант. Жуй долго и вдумчиво! У меня тут план созрел.
— Слушаю, командир, — С набитым ртом поспешил ответить он.
— Вот слушай и ешь! Нечего тут говорить не дожевав. Так вот внимай сюда: этой ночью собирай пятёрку лучших бойцов…
Интерлюдия. …???…
Группа совершенно непохожих друг на друга людей вышагивала по широкому коридору аутентичного средневекового замка. Их объединяло лишь одно: невероятная сила, уверенность и власть, готовая в любой момент вырваться из их тел. Казалось, все они будто бы ожившие великаны, гении мысли, стратегии, политических интриг. Когда они подошли к большой деревянной двери в конце коридора та отворилась, как будто порыв ветра распахнул её, словно калитку. В совсем не сочетающемся с местным интерьером кресле, смотря в пустоту, сидел мужчина средних лет. Когда вся компания вошла в большой зал, а ворота также бесшумно и быстро закрылись взгляд мужчины резко сфокусировался и он окинул вошедших доброжелательным взглядом:
— А, друзья мои! Я так заработался, что не заметил, как вы вошли! Итак, я оторвал вас от ваших важных дел с одной целью. — Он не по годам резко вскочил из своего седалища.
— Снова залётный, сэр? — Поинтересовался мужчина с запоминающейся улыбкой.
— Именно! Но прежде чем я начну, ещё раз, не нужно обращаться ко мне так, агент ДК. Все эти сэр, господин, товарищ… Что там у вас ещё?
— Доминус! — С улыбкой подметил мужчина в белой накидке.
— Или Сеньёр, — Невзначай заметила длинноволосая девушка.
— Да, да, благодарю агент ГЮ, агент ЖД. Всё же разнообразна наша история донельзя. И ещё. Снимите вы уже с себя это барахло! Выглядит, мягко говоря, комично!
— Извините, — Мужчина, до этого дымивший большой деревянной трубкой сделал большую затяжку и наконец выбросил её на пол, где она моментально испарилась, — Очень легко привыкнуть ко всему раритетному. Да и идёт мне эта форма… — С этими словами не без акцента он поднёс указательный и средний палец к виску и сделал мимолётное движение. После этого всё их разнообразие одежды моментально сменилось строгими, чёрными, облегающими костюмами.
— Я понимаю, агент ИС, но таковы правила.
— Правила — это хорошо! — Иронично заметил он, улыбнувшись в густые усы.
— Перейдём к делу, друзья. Я прошу прощения, за то, что оторвал вас от ваших заданий. Мы наблюдаем вот уже третье несанкционированное вмешательство в реальность Б-24 при помощи технологии, косвенно открывающей временную завесу. — Позади мужчины появилась трёхмерная презентация, на которой менялись соответствующие голограммы. — Подобные опыты ставят под угрозу не только существование ордена, но и безопасность планеты. В симуляции уже обыгрываются вмешательства, способные навсегда закрыть для человечества эту технологию. Конечно, пока не придёт время.
— Разрешите вопрос, — Поднял руку тёмный низенький мужчина.
— Да, агент МГ, что вас интересует?
— А может послать в основную реальность кого-то из нас? Ну, мы люди опытные, всё же столько симуляций за спиной.
— Агент МГ. — Начальник устало прикрыл глаза. — При всём уважении, я считаю, что вам не стоит растрачивать дарованное бессмертие на подобное. Угроза уже почти устранена, так что занимаетесь, лучше, своим делом. Как там, кстати, ваш британский вопрос?