Цена времени. Книга 2 (СИ)
Цена времени. Книга 2
Роман Шайх
Глава 1. «Долгая дорога»
Под мерный стук копыт и скрип телег я двигался в авангарде Новгородского полка. Дабы не напрягать лишний раз ни своего бесценного коня, ни свою не менее бесценную часть тела, что уже изрядно подустала в седле, спустя час пути я решил продолжить путь в одной из телег.
Мною была введена некая система, согласно которой одна пятёрка моих гвардейцев шла в седле, а вторая располагалась в телегах. Спустя какое-то время они менялись. Подобное было обусловлено моим крайнем нежеланием лишний раз изнашивать и без того дохленьких меринов. Где-то слышал, что лошади на самом деле довольно сложно везти на себе целого человека. И все эти истории про многодневный галоп на одном скакуне — не более, чем миф, созданный ради красивых кинохроник и сюжетов.
Вся та орава, что вышла из Новгорода и составляла порядка восьми тысяч человек, мне показалась довольно большим скоплением людей. Но это, как ни странно, по меркам моего времени. Ведь там солдат — это в большинстве случаев дееспособная боевая единица, а восемь тысяч — считай пол дивизии, способной закрыть громадный участок фронта. Вот только в этом случае почти всегда солдаты вооружены мощным, автоматическим огнестрельным оружием, имеют артиллерийскую поддержку и таковую с воздуха, развитую разведку, могут рассчитывать на помощь бронетехники и много чего ещё. В конце концов они обучаются этому целенаправленно как минимум год. А что мы имеем здесь? Сборище оборванцев с одной железкой на троих, что они гордо именуют оружием, хотя больше оно походит на кочергу. Ни намёка на дисциплину и организованность, полный провал в снабжении и взаимодействии частей. Нет, фактически все подчиняются воеводе. Вот только местный командарм, каким бы талантливым стратегом он не был, в лучшем случае сможет попытаться донести до своих воинов суть стратегии до боя. А ни о какой тактике в пылу сражения и говорить не приходится. Попробуй, докричись до разгорячённых битвой и вкусом крови(и не важно своей или вражеской), ни разу не слышавших о тактическом подходе к, казалось бы простой в их понимании сече. Ага, как же. Флаг вам в руки и барабан на шею. Кстати, барабан в этом деле — штука не заменимая. Равно как и труба или рожок. В общем всё, что может подавать громкие, хорошо различимые сигналы. Но местным такое если и знакомо, то в очень сыром и допотопном варианте. Всё же нужно сделать зарубку в памяти на будущее. Если, конечно, посчастливиться вырваться из грядущего пекла.
А вообще в идеале менять к чертям всю систему иерархии в армии по образцу моей гвардии. За эти три недели десяток пацанов, что я выкупил на рынке за бросовую цену полностью изменился. Каждый из них не по годам возмужал, раздался в плечах и, кажется, даже чуток подрос. Вот что с человеком делает рациональное питание при грамотных нагрузках. Определяющим фактором стало ещё и их абсолютное желание и энтузиазм. Может, по началу они и не понимали, для чего это их барин кормит от пуза да гоняет по двору словно ужаленных. Но это не мешало им рьяно бросаться на выполнение всех упражнений по одной простой причине — они были рады своей судьбе. Да-да, то чего так боялись почти все мужчины в моём времени и стране пришлось по душе холопам шестнадцатого века. А всё почему? Потому что я в их глазах был невероятно добрым барином и служить такому они, как водится, готовы до гроба. Авось глядишь и вольную даст на старости лет? А если и не даст — сыто жизнь прожить тоже неплохо. Такие как я во все времена были редкостью, скорее даже исключением в дворянском обществе. По-крайней мере в той реальности, в которой жил я.
Так вот, про военную иерархию. Да, были в армии и сотники, и десятники, и даже тысяцкие. Вот только, как я убедился, в сотне было далеко не сто воинов, так же как в десятке редко набиралось положенные десять человек. Логично предположить, что и под властью тысяцкого располагалась далеко не тысяча солдат. Каждый местный сотник в среднем имел по тридцать человек. Хотя таковых, как и положено, имелось десять штук. Если мне не изменяет память, то в полку в это время должно наблюдаться порядка тысячи человек. Что же мы видим? Чуть более трёх сотен «лучших воинов Новгорода», выезжающих, впрочем, на таких же меринах, что и мои бойцы, одетые далеко не стандартизировано и имеющие каждый свою голову и своё мнение. Ну, может, и не каждый, но многие мысленно ставили себя на один уровень с воеводой, а то и выше него. Все они были состоятельными людьми, для которых война была чем-то традиционным. Они воспринимали её как рискованное мероприятие, в ходе которого был шанс несколько приумножить свой капитал за счёт трофеев. Вот только боюсь трофеями в скором времени могут стать лишь те недорогие кольчуги и сабельки, что имели эти чересчур уверенные в себе воины.
Место в авангарде было закреплено за мной и моими «боевыми холопами», как все их здесь называли, в ходе ожесточённой перепалки, в которой я смог склонить чашу весов, в роли которой выступала лояльность Михаила, в свою сторону. С чем связан такой спрос на это место? Так ведь до врага ещё далеко, а значит в первых рядах идёт не пушечное мясо, а напротив, люди серьёзные. Тут всё до банального просто: чем больше впереди тебя идёт людей — тем больше остатков их жизнедеятельности тебе встречается. И пусть лошадок на всю армию было чуть более трёх сотен, что в соотношении к восьми тысячам по местным меркам довольно скудно, навоза они производили предостаточно. Это только кажется, что смешно. А я для интереса проехался с минутку в самом конце, что по-военному называется арьергард. А всего минутку потому, что более не мог одновременно объезжать естественные препятствия на своём пути и бороть собственные позывы от неописуемого амбре ароматов. А вот вчерашним крестьянам хоть бы хны. Ну, люди привыкшие, что тут сказать.
Вернувшись к передней части колонны, мне на пути так удачно встретился мой фактический командир, который, как мы оба понимали, власть надо мной имел сугубо формальную.
— Алексей! — Окликнул его я.
— Саша? Ну как там позади? — С усмешкой спросил опытный сотник.
— Ты не поверишь — замечательно, — Вернул я ему саркастический должок, — Сам обязательно посмотри!
— Ну конечно! Ты по делу? Али так, время скоротать?
— Да уж по делу, — Заверил я его, — Как-то запамятовал спросить. Как считаешь, долго мы вот так идти будем?
— Хм, — Он задумался, — Ну ежели всё хорошо будет — через две седмицы дойдём. Времени мало, так что мнится мне, одной дневкой в седмицу придётся ограничиться. А что, не терпится свеев побить?
— Ага, прям мочи нет, — Хмуро ответил я. Однако Алексей, по всей видимости, заметил мои пессимистические взгляды и как заправский политрук стал внушать мне про непобедимость русской армии.
— Да ты не сомлевайся, мы этих северян быстро назад повернём! — Он угрожающе замахал кулаком.
— Кто "мы", Лёша? — Я впервые обратился к нему разговорным именем, — Здесь тысяч восемь, да потом столько же. Шестнадцать тысяч голов, из которых воинов — от силы пять сотен.
— Так ведь сколько ж народу! — Перебил он меня, — Порубим мы их в капусту!
— Генрих был в Швеции. Он видел и сотни кирасиров и полки пехоты. Мы с ним прикинули — свейский круль в лучшем случае выставил порядка тридцати тысяч своих воинов, — С каждым моим словом лицо Алексея обретало всё больше негодования. Каждый звук словно вбивал гвозди в крышку гроба его уверенности, — Вот скажи мне, Лёша: тебе за всю жизнь с кем воевать приходилось?
— Т-то есть? — С уже почти бледным лицом спросил он.
— Ну, с какими врагами?
— Ну так э… — Он вновь задумался, — я ж до того как в Новгородский полк попал — много где биться успел: с сибирскими татарами, астраханскими, казанскими, конечно. А раз даже с крымскими! — Вновь возгордился он.
— Вот! Ты всю жизнь воюешь с оборванцами из степи у которых дай бог одна дырявая кольчуга на десяток. Они кочевники. У них просто не может быть реально мощной армии, — Я сделал паузу, чтобы мой сотник мог переварить мной сказанное. Говорил я твёрдо, но негромко, дабы не плодить лишних ушей, — Может у татар все конными и выходят. Вот только какой под ними конь? Чаще всего — дохлый меринок. Их много и они слабы. Шведов же, — Я указал рукой в направлении нашего движения, — Много, но они в разы сильнее и крепче татар. Им хватит одной конницы чтобы разбить нас в пух и прах. А конными у них хорошо, если каждый пятый выходит.