Калгари 88. Том 2 (СИ)

Проходя мимо чёрной машины, Арина увидела за рулём за рулём пожилого мужчину с простым выражением на лице, который с интересом посмотрел на неё, и не могла удержаться от приветствия, как она делала со всеми незнакомыми людьми.
— Привет, как дела? Удачного дня! — вежливо улыбнулась Арина, и слегка помахала рукой.
Мужчина тоже улыбнулся и поприветствовал её.
«Какой вежливый и приятный папа у Соколовской. Совсем не похож на неё», — подумала Арина и припустила вслед за Мариной.
В раздевалке шумно, как и всегда. Настроение у девчонок было приподнятое. Контрольных прокатов и присутствия гостей они боялись. Да и чего бояться, если выше головы не прыгнешь. Задача — откатать привычное, а дальше будет видно.
У мальчишек настроение было похуже. Похоже, вчерашний вечер на горке они провели увлекательно. У Данила, рослого, тонкого мальчишки двенадцати лет, под глазом темнел синий фингал. Несмотря на кажущуюся элитарность фигурного катания, его представители были такими же полноценными спортсменами, как боксёры или хоккеисты, и дух соперничества культивировался у них с малых лет. На горке слово за слово вступили в потасовку с местной шпаной, да так, что и накостыляли им, и сами ушли побитые.
Левковцев неодобрительно посмотрел на финик, и сокрушённо покачал головой.
— Митрофанов, ты как перед людьми с таким знаком отличия выступать собираешься? — сурово спросил тренер. — Хочешь, чтоб к квалификации даже не допустили?
— Не-а, — смущенно пробормотал Данил, и вставил типично детское. — Я больше не буду!
— Буду, не буду… Детский сад какой-то! Марш на ОФП!
Тренировка по ОФП в этот раз была короткой — чего там тренировать. Пора показывать натренированное. Через полчаса даже не тренировки, а по сути, разминки, Левковцев велел надеть соревновательные костюмы, идти на арену и выстроиться по росту.
— И ведите себя прилично! Знаю я вас!
Арина надела уже привычное платье Кумпарситы и посмотрела на Соколовскую, переодевавшуюся в сторонке, в самом углу. Посмотрела и поняла, что пропала. Марина была в военной форме! Её костюм представлял собой гимнастёрку времён Великой Отечественной войны и короткую юбочку. На груди красная звезда. Или орден Красной звезды? Соколовская будет катать под военную тему! Абсолютно беспроигрышный вариант! Самое время упасть духом, сделать так, чтобы затряслись коленки в предчувствии возможного проигрыша. Ведь судьи не посмеют засунуть программу на святую тему в подвал, под аргентинские страсти. Совершенно чужеродные и буржуйские по духу. А то и империалистические.
Арина злобно посмотрела на соперницу. А вот фигушки тебе! Будь ты хоть в кителе маршала Жукова, не видеть тебе победы!
Выйдя на лёд, фигуристы выстроились по росту, как и велел тренер. Арина, понятное дело, как самая высокая — вначале. Она уже и не заикалась на гендерные и физические ущемления. В конце концов, без разницы, где стоять. Однако… Место Соколовской было сразу же за ней. Арина внимательно осмотрела костюм Марины. Естественно, это не настоящая гимнастёрка и форменная синяя юбка. Искусная стилизация, заметная только поблизости. Так же как и красная звезда на гимнастёрке. На Марине они смотрелись потрясающе — хоть в кино снимайся.
Соколовская искоса посмотрела на Арину, и отвернулась. Явно не в духе. Арина случайно посмотрела на её руки — они были плотно сжаты в кулаки, и дрожали. Тонкие пальцы с такой силой вцепились в ладони, что побелели.
«Чего она трясётся-то так?» — недоумевала Арина. — «Не корову же проигрывает».
Громкий голос Левковцева из мощных колонок прогнал все мысли. Поехали…
  
Глава 7
 
Провал на контрольных прокатах
 
Арина бегло посмотрела на небольшую зрительскую трибуну и увидела там довольно много народу — человек двадцать как минимум. Все одеты солидно, в пальто и костюмы с галстуками. Ясное дело, это те самые чиновники, о которых предупреждал Левковцев. Но были среди них и женщины, что навело Арину на мысль о присутствии здесь судей будущих соревнований. В её времени судьи часто ходили на разминки и тренировки перед соревнованиями. С определённой целью — чтобы заранее посмотреть, где фигуристы могут ошибаться и на что надо обратить особое внимание при прокате определённого спортсмена. В основном заслуживали судейского внимания неправильные ребра на лутце и флипе, а также на недодержанные позиции вращений и нечеткие шаги на дорожках.
 
Присутствовал на трибуне и директор ДЮСШОР Владимир Иванович Каганцев. Он сидел в центре толпы и постоянно давал какие-то пояснения и консультации присутствующим, некультурно тыкая пальцем в строй фигуристов.
— Здравствуйте, ребята! — сказал Левковцев по громкой связи. — Начинаем контрольные прокаты произвольной программы. Приступаем к разминке по обычной схеме. Начали!
Объявив разминку, тренер подошёл к бортику и зорко наблюдал за начавшими раскатываться фигуристами и фигуристками. Разминка проходила стандартно. Сначала просто проехали круг беговыми, потом рассыпались по всему катку и постепенно стали переходить на более сложные шаги, чтобы размять голеностопы и коленные суставы: развороты, тройки, перебежки. Следом начали исполнять заходы на вращения и прыжки. В конце разминки каждый спортсмен сделал по одному вращению и по несколько прыжков. В целом получилось нормально.
Арина не наблюдала, кто и как разминается, полностью была занята своим. Разогналась беговыми, тут же перебежками на ход назад развернулась, проехала задом, сделав тройку, перешла на кросс-роллы, исполнила несколько отдельных элементов дорожки шагов — твиззл, моухок, чоктау. И всё это на приличной скорости, на глубоких рёбрах, с красивой работой дотянутых рук, ног, прямого корпуса. Привлекла к себе внимание, конечно же. Люди на трибунах зашептались.
— Вы видели? Видели, как эта девочка катается? Это непостижимо! Почему мы её раньше не видели?
— Владимир Иванович, вы где скрывали такую великолепную спортсменку?
Директор спортшколы юлил, как карась на сковородке, вертя головой из стороны в сторону, пытаясь ответить всем вопрошающим, но ничего внятного сказать не мог. И в самом деле — как так получилось, что Хмельницкая стала кататься на таком высоком уровне? Ответа не было.
Но хорошо каталась не только Арина. Соколовская тоже привлекала много внимания. Стиль катания у неё при ближайшем рассмотрении был совсем другой, чем у Арины. Тренеры называли его силовым. Поклонников среди фанатов было много у такого стиля, кому не нравилось изящество женского одиночного. В нём не было изящной плавности рук и ног, выдержанных до миллиметра позиций. Иногда, наоборот, движения казались излишне резкими и быстрыми. Но точность в них была большая, несомненно. И бешеный темп, который завораживает зрителя. Когда каталась Марина Соколовская, казалось, что по льду носится накачанный стокилограммовый мужик-парник, на бешеной скорости исполняющий элементы, а не субтильная девочка-подросток четырнадцати лет. Соколовская своей силой, стремительностью и харизмой заполняла полностью ледовую арену. И присутствующие это заметили, переключив внимание с Арины на неё.
Марина каталась размашисто, широко, реберно. Стремительно разгонялась и прыгала, прыгала, прыгала, как автомат. За прыжками тут же делала заходы на вращения. Либела, кольцо, закон. Пусть немного недотянутые, но несомненно, красивые. Когда разминка закончилась, сложилось впечатление, что Марина ни капельки не устала, а откатала она практически всю произвольную программу кусками.
— Это наша действующая чемпионка! — распинался Владимир Иванович, ворочая головой из стороны в сторону и обращаясь сразу ко всем. — Смотрите, какая сила, а какая мощь! Это настоящий спорт! Быть ей чемпионкой города и третий раз! Быть! Программа у ней великолепная, впрочем, сами увидите, не буду предвосхищать, чтоб не смазать впечатление!
Эту восхищённую тираду слышал Левковцев, и ему она сильно не понравилась. Ставить одну воспитанницу выше другой, заранее, перед стартом, выглядело совсем не по-спортивному. Шансы должны быть равными у всех. Даже у Жанны и других девчонок, чёрт побери! Жанна, невзирая на подкравшийся пубертат и ослабление прыжковой техники, иногда, редко, но выдавала чистые прокаты, которые с её артистизмом и скольжением вполне могли претендовать на медаль. Собственно говоря, она и заняла прошлый год второе место.