Злодейка требует тортик (СИ)
— Прекрати! Бррр! И кто только пишет такие страшные сказки!? Мне лучше про феечку! Или про золотую рыбку!
Мальчику в детстве ни мама, ни нянечка сказок недорассказали? Ну, бывает… Среди аристократов такое не редкость. Уже постепенно привыкаю, что тут все ведут себя как маленькие дети…
В какой-то момент танцовщице удается поменять тему, упомянув корабли.
Ну, все, у мужчины крышу снесло!
— Вы понимаете? Древесина должна быть именно такой толщины! Иначе ждать беды! Не выдержит она! Вода, она такая, опасная. Ее удар сразу тоненькую дощечку снесет, может даже разломит! А вы знаете, как работает руль у корабля?
— Господин, вы так хорошо разбираетесь в кораблях! Настоящий талант! — состроила восхищенную рожицу. — У вас был потрясающий учитель!
— Мой отец — самый главный учитель! — гордо отвечает тот. — Он сам всему меня научил. Таскал по всем мастерским судостроения! Говорил, нельзя никому доверять, нудно всю работу самим проверять!
Подливаю в бокал вина, с удовлетворением отмечая, как стал заплетаться язык графа. Еще немного, и можно приступать к допросу. Лити, к счастью, мужчина отпустил, когда набрал обороты в своем учении, а, значит, нет свидетелей, что я шпионка.
Постепенно я добралась до интересующихся вопросов. Граф, окончательно опьянев, уже не следил за языком, и довольно охотно отвечал на вопросы. Ответы я старалась запоминать, но не удерживать долго в памяти. Даже если забываешь что-то, понфик все равно увидит это.
Речь графа стала хуже, но вполне понимаемая.
— Ба-а-али там это… книги! Даже пи-и-ишлось в металлические ящики убра-а-ать!
— Почему?
— Да странные они, — мужчина с досадой махнул рукой, и даже нарисовал в воздухе знак святой Девы. — Звуки, ка-а-ажись, издают, вот и убрали-и-и от греха подальше. Матросы говорили, что это проделки тьмы! Да и тот, кто отдал книги, говорил, проклятые они. Нечистоту несут в себе. Лю-у-уди такие странные, чего только не хотят приобрести. Вот бы картину, или золото нормальное. Ан, нет, порой такое хотят, что и поседеть можно! Уж и за корабли страшно. Всегда зову святого, чтоб удачу к ним призвал, и очистил от всякого зла!
— А кто их заказал?
— Проклятые вещицы? Да вся-а-а-акие тащат.
— Нет, книги.
— А, это! Да какой-то мужик. Граф, по-моему. Какой-то Каринго. Деваху свою впечатлить хотел. Уверен!
— Рядом с ним была девушка?
— Говорил же. Молодая вся такая. А уж чего только стоит меч! От книг недалеко ушел. Вечно тьмой светится. Уж матросы хотели сбросить, да тысячу золотых жаль. Вот и терпели!
Тысяча золотых!?! Даже для меня, разбогатевшей на кондитерских, эта сумма пусть была и давно достижимой, но оставалась все еще огромной для моего восприятия.
— А кто купил этот меч?
— Да темный какой-то. Даже под плащом не разглядеть. Но точно молодой — руки-то я видел. Уверен, богатенький сыночек. Один перстень из лунного металла с солнечным камнем уж недешево стоит!
Ну и ну и. С чем толь не приходится сталкиваться контрабанде. И клиенты им под стать. Вернее, под стать товарам.
Двери в комнатку распахиваются, и вбегает рассерженный мужчина — секретарь графа.
— Ваше сиятельство, уже поздний час, и ваша жена волнуется!
При упоминании о жене, мужчина побледнел, даже вспотел, и попытался сесть ровно.
— Волнуется? — шепот, полный паники, и судорожный вдох. — К-как сильно?
— Очень сильно. Я видел у нее в руках веер, когда покидал поместье. Черный! Тот самый, что самый тяжелый! Если не поторопимся, вам не миновать его!
И графа словно смело ураганом. Бегал он отменно, но, увы, если бы его траектория бега была более прямой, то покинул комнатку бы гораздо быстрее. Страже даже пришлось помогать ему. Я же радуюсь столь быстрому расставанию. За таким волнением он не вспомнит обо мне, и о теме нашего разговора.
Покидаю комнатку, о, оперившись локтями о перила мраморной лестницы, с улыбкой помахала графу на прощание, и с любопытством стала рассматривать происходящее в зале. Через минуту рядом со мной появилась мадам Юна.
— Я довольна тобой, Берия. Его сиятельство, даже не дождавшись счета, весьма щедро расплатился за сегодняшний день. Ты молодец!
— Его жена ждет дома… Секретарь сказал, что вместе с тяжелым веером…
— Тогда обязательно чуть позже помянем его, — улыбнулась женщина, а глаза прищурились. — Ты интересная, Берия. Что-то есть в тебе такое…
— О чем вы?
— О, дорогая, даже не знаю, как это описать, но результаты говорят сами за себя. Ты ведь привлекла внимание стольких мужчин! А сам святой понфик сколько стоит! Правда, его сынок и его шайка, в лице графа и Повелителя, мне не по нраву.
Уж слишком наглые, умные изворотливые. Остерегайся их, Берия. И, если тебе что-то не понравится в их поведении, сразу говори!
Такое чувство, что меня чуть не раскрыли. Или раскрыли?
— Я… обязательно учту это, мадам Юна.
— Я не просто так это говорю, детка. У тебя клиент. Повелитель.
Шумно выдыхаю, страдальчески закатывая глаза. Шепчу проклятия.
— Его поведение очень подозрительное!
Взгляд мадам Юны полон изумления после моей эмоциональной фразы, а затем женщина внезапно рассмеялась.
— Ой, деточка, мне даже стало интересно, где же тебе перебежал дорогу маг. Хотя… признаться, характер у него поганый. Но, что-то мне подсказывает, что только с тобой, мы сможет от него вытрясти как можно больше денег. Да и он сказал, что желает видеть только тебя.
Вот действительно, когда он успел перебежать мне дорогу? Или я перебежала? Эх, жаль, что мадам Юна встала на сторону денег.
— Не бойся, деточка, чует мое сердце, что все будет хорошо. Не злодей же он?
Сомневаюсь…
— О, как прелестно твое лицо! — усмехнулся маг, когда я подошла к его столику. — Словно на казнь идешь.
— Не вижу разницы, — буркнула, и грубо поинтересовалась. — Что ты здесь делаешь?
— Как что? Тебя буду забирать. Ты же послушная девочка родителей. Вот и вернем тебя до полночи.
Андрес… когда-нибудь я тебя убью. Обещаю. Если бы знала, что твоя неопределенная фраза «тебе обязательно кто-то из наших заберет пораньше из клуба», означает мага, то обязательно написала бы отказ от подобной встречи. Характер у этого красноглазого не просто поганый, а о-о-очень поганый!
— Я не нуждаюсь в сопровождении. У меня есть талисманы, так что вы, уважаемый господин маг, можете быть спокойны, и возвращаться к себе в башню, или куда вам там нужно. А сейчас прошу извинить меня — много дел. Я попрошу, чтобы к вашему столику прислали другую девушку.
Холодный руки, схватившие мое запястье, когда я встала с дивана, не позволили уйти.
— Не торопись так приступать к работе. Я уже заплатил за тебя на весь вечер, так что ты свободна.
Жаль, что мадам Юна не сказала этого раньше. Так бы стразу направилась в раздевалку и домой.
— Ну, раз так, то я тем более поспешу вас покинуть.
Маг иронично улыбается, качает головой. А затем его алые глаза загораются идеей. Нутром чую, беда будет. To, что нравится ему, не нравится другим.
— Мадам Юна, я заберу эту девушку.
— Господин, это запрещено! — воскликнула та, но как-то вяло. Повелителя боялись.
Маг, совершенно не слушая ее, щелкнул пальцами, и нас поглотил портал. Когда тьма отступила, с удивлением обнаружила себя одетой в свое платье. На плече висела сумочка.
К-как!?! Как он это сделал!?! Даже страшно думать…
Ладно, подумаю об этом позже. Сейчас бы понять, где мы…
— У вас тяга к небу? — задумчиво смотрю на красивый ночной город под нами. Страх высоты, закравшись в сердце, привычно отступил.
— Нет, тяга к страданиям тех, кто боится высоты, — съязвили мне в ответ.
— Ваши увлечения носят садистский характер. Вы не думали посетить лечебницу для душевнобольных?
Маг закатил глаза, что-то пробурчав себе под нос. Навострив ушки, и смогла разобрать что-то вроде: «еще немного, и я действительно там окажусь». Ну что, могу себя поздравить. Надо поговорить о его замашках, и, считай, дело сделано — маг наконец отстанет.