Злодейка требует тортик (СИ)
— Не стоит так извиняться! Хотя так необычно видеть леди, сбегающей из общества прекрасного принца!
— Прекрасный принц? — девушка удивленно переспрашивает, а затем тихо смеется. — Какое точное описание его внешности!
— И все же… — я мягко улыбаюсь, радуясь, что вижу улыбку любимой героини. Это настоящее счастье вот так просто болтать! — Многие девушки отдали все ради пары минут танца и разговора с принцем.
— Это и удивляет меня, — качает головой дочь виконта, присаживаясь на стульчик и с наслаждением сбросила тесные и неудобные туфли, вытянув ногу. — Простите, если мое поведение слишком вульгарное. Я из глубинки, и не привыкла к подобной обуви. Ах, и какое упущение с моей стороны! — встав, девушка протягивает руку: — Евелика онди тан Юрио.
— Элиана онди тан Дариша, — с улыбкой пожимаю руку, а та пораженно восклицает:
— Дариша!? Неужели, те самые кондитерские «Зимнее солнце» с невероятными вкусными сладостями… Ох, простите мою несдержанность!
— Вы правы, Евелика, кондитерские принадлежат моей семье.
Ах, как приятно слышать, что ей нравятся сладости! Сразу горжусь собой!
— Ох, Элиана, пожалуйста, примите от меня слова, полные восхищения! Я была так поражена, когда впервые попробовала тортик, приехав в столицу! Это настоящий волшебный вкус! Ничего вкуснее в жизни не ела!
Попробовала только с столице… Ну да, до глубинки сладости еще не дошли. Так непривычно слышать об этом мне, человеку из современному миру, где доставка почти до любой точки мира…
— Ох, ради получения чудесных сладостей даже не смущает очередь!
Все же надо расширяться… Ох… Денег предостаточно даже сразу на три-четыре кондитерских, но… сколько мороки с ними! Основной груз работы будет лежать на мне….
— Ох, Евелика, прошу, прекратите! Вы так смущаете меня!
Евелика смеется, и вновь садится на стул, и косится на дверь. Я не удерживаюсь от иронии.
— Неужели думаете, что там стоит принц?
Девушка вздрагивает, морщится.
— Боги, защитите! Не хочу вновь пересечься с ним! Он такой самоуверенный!
— О, я впервые слышу столь смелые слова про принца! Сейчас бы любая девушка поспорила с вами!
— Даже вы?
— Возможно, — улыбаюсь. Принц, не смотря на некоторые недостатки, был одним из моих любимцев. Просто его положительные стороны раскроются позже. Но первое впечатление он производит именно такое. Наглый, уверенные в своей неотразимости…
Евелика качает головой, бормоча что-то про непонимание высшего света, и то, как можно судить людей только по внешнему виду.
— Понимаете, Элиана, красивый человек может вполне оказаться пустышкой, — говорила девушка мне, когда мы покинув уборную, взяли тарелки с тортиками и устроились на диванчике в скромном уголке.
— Пустышкой?
— Именно! Даже не способны поддержать разговор на разнообразные темы! Только о мечах и сражениях говорят!
— Ох, Евелика, но ведь и мы, девушки, недалеко ушли от них! Постоянно говорим о платьях, да балах!
— Как тяжело мне признавать твою правоту! Хоть и не увлекаюсь подобным, но, увы, не могу не сознаться в косвенном интересе в подобной теме!
— А чем вы тогда увлекаетесь?
— Древними языками и археологией! Теперь я кажусь вам весьма странной?
— Отчего же? Это, наоборот, заставляет меня еще больше уважать вас!
— Вы мен так льстите, Элиана. И позвольте снова выразить свое восхищением творениям кондитерской!
— Благодарю, — и вновь смущаюсь. Как же приятно это слышать от человека, которым восхищаешь. Евелика, как маленькое солнышко, которое дарить всем свое тепло, улыбку, затрагивает самые глубокие струны души, и… в ее взгляде вы не найдете презрения. Никогда.
Покидая бал, мы неспешно спускались по лестнице, и Евелика взяла меня за руку.
— Элиана, это поистине чудесный день, что даровал встречу с тобой! Мне бы не хотелось, чтобы наше знакомство на этом прекратилось!
— Мне так приятно это слышать. Я думаю, что мы будем часто пересекаться на светских раутах.
— Не спорю, не хотелось бы более разнообразить наши встречи. Элиана, я остановилась у моей тетушки — маркизы Ширил. И я всегда буду рада тебя видеть!
— Я тоже, Евелика… — эхом повторяла я, не в силах оторвать от девушки восхищенного взгляда.
С улыбкой провожаю карету маркизы, в которой уехала героиня, и сажусь в карету нашей семьи. Уже дома нас встречает на пороге мама. И я, быстро поделившись с ней впечатлениями, спешу снять платье с тугим корсетом.
Спустившись в поисках родителей на второй этаж, замечаю брата, с тоскливым лицом читающего книгу.
— Энджи, я вернулась, — захожу в комнату и с улыбкой сажусь рядом с ним на диван. — Что читаешь?
— Книгу про волшебников, — буркнул тот, и я понимающе киваю головой. Брат не любил читать, и маме порой приходилось заставлять его это делать. Иначе не будет сладостей. — Как бал?
— О, он был прекрасным, и я встретила чудесную девушку!
В красках пересказала знакомство с Евеликой, и замерла, натолкнувшись на хмурый взгляд брата.
— Я что-то не так?
— Не знаю. Я не понимаю, как можно так восхищаться человеком? Словно он фальшивый!
— Не говори так, Энджи!
— И все равно это странно!
Ревнует… Это вызывало улыбку. Брат обиженно надулся, когда я, засмеяв, глажу его по голове, и огрызнулся:
— Я ничего не сказал смешного!
— Ты прав, — не хотелось ссориться, и проще было согласиться. Скидываю домашние туфли и с ногами забираюсь на диван.
— Эй! — возмущается брат, когда я нагло оттесняю его, и устраиваю голову на подушке, но, заметив, как взяла в руки книгу, не смог скрыть радость, и лег рядом. Я хмыкнула, видя этот взгляд полный надежды.
— С чего ты решил, что я буду читать книгу? Может, я просто убираю ее, чтобы не мешала? — Энджи погрустнел, и у меня сердце, словно укоряя, заныло. Тяжело вздохнув, качаю головой. — Ладно, уговорил!
— Я люблю тебя, сестренка! Ты у меня самая лучшая! Хочешь поцелую в щечку?
— Не подлизывайся, иначе передумаю! — я смеюсь, однако не могу удержаться, и тыкаю в щечку, куда, спустя секунду, целует брат. — Считай, это твоя плата за мой труд чтения! Итак… где ты остановился? Ага, на десятой странице, а это уже прогресс… Так… Ну что, начнем. … «и схватив посох, волшебник обернулся в сторону народа и громогласно провозгласил, указывая на мальчика. «Отныне это новый король! Святой меч подчинился только ему! И я, Мерлин, приношу клятву…»
***— Ох, дорогой, не помнишь, Элиана обещала прийти к нам, или мне почудилось? — виконтесса, оторвавшись от бумаг, устало посмотрела на супруга, внимательно читающего письма. Тот растерянно смотрит на нее и на часы. Порой они вместе работали в кабинете супруга, стремясь быстрее закончить с делами, и увлекались.
Уже пробила полночь. Надин зевает, изящно прикрыв ладошкой рот, и Пэрриш виновато улыбается.
— Я… признаться, совершенно позабыл. Уже полночь, и если Элиана не навестила нас, а значит, наверняка, не обещала.
— Ох, но это все равно так непривычно! Дети всегда приходят пожелать спокойной ночи, а тут даже не пришли! — Надин с тоской бросила взгляд в окно на ночное небо, но в то же время улыбалась — гордилась проделанной работой. Позвонив в колокольчик, виконтесса терпеливо дождалась горничной.
— Лаури, милая, не знаешь, легли ли дети спать?
— Легли, ваше благородие, — девушка при своих словах хмыкнула, и виконтесса улыбнулась, выгнув бровь:
— Но?
— Но не на своих кроватях.
Надин переглядывается в супругом, и, поднявшись, просит отвести к детям. Те обнаружились на диване в одной из гостиных. Дети мирно спали, обнявшись. На полу валялась книга. Виконтесса при виде детей, не может сдержать счастливой улыбки. Два маленьких солнышка ее жизни. Рядом с ней останавливается супруг, нежно приобнимая жену за талию.
Вскоре Док, уже вернувшийся домой, приносит им теплое одеяло, и виконт аккуратно накрывает им детей.
Надин поднимает книгу с пола и кладет на стол. А затем, не удержавшись, осторожно гладит Элиану по голове. Губы вновь тронула улыбка. Ее дочь теперь такая взрослая, и вскоре покинет дом… От этой мысли на сердце становилось тоскливо.