Преимущество на льду (ЛП)

— Да, но у меня уже забрали мою мечту. Я не позволю такому случиться снова. — Сойер тут же хватает свой напиток и выпивает его до дна. — А что насчет тебя? Сколько тебе лет?
— Тридцать семь, — отвечаю я, ожидая, что ее реакция будет не очень приятной и что мой возраст ее напугает. Я удивляюсь, когда она просто ухмыляется.
— Черт возьми! Я почти угадала, думала, тебе тридцать три. Тридцать семь, да? Мне нравится. Тебе идет.
— Ты думала, что мне тридцать три? — спрашиваю я, приподняв брови.
— Да, в смысле, у тебя нет морщин. Ну разве что немного морщинок возле глаз, и я вижу пару седых волос, — поддразнивает Сойер и медленно проводит глазами от моего лица вниз по телу, не торопясь и не стыдясь. — Но ты явно в отличной форме, и от тебя исходит такая энергия, ты просто излучаешь уверенность. Обычно у двадцатилетних парней этого нет…
Прежде чем успеваю ответить, раздается голос позади меня.
— ЭБЧ, — говорит Кэсси с ухмылкой.
— ЭБЧ? Что это за хрень? Звучит как венерическое заболевание, — говорю я, ошарашенный.
— Нет, дурачок. Энергия Большого. Члена. Своего рода уверенность у некоторых мужчин, но только тогда, когда у них есть оборудование, чтобы ее подкрепить.
Если бы я легко смущался, это могло бы меня сгубить. Кэсси отлично подслушивает.
— Черт, похоже, я более прозрачен, чем думал. Придется над этим поработать.
Удивительно, но именно Сойер краснеет, надеюсь, представляет, что за «ЭБЧ» у меня может быть.
— Ну, да. Неважно. Мы проголодались, так что пойдем купим еды. Вы, ребята, остаетесь или с нами? — спрашивает Кэсси.
— Я не голоден. Подожду, пока вы вернетесь сюда, — говорю им, оставаясь позади, чтобы сохранить наши места.
— Я не голодна, поэтому останусь и составлю компанию Рексу, — добвляет Сойер.
— Хорошо. Мы скоро вернемся, — отвечает Кэсси.
— Развлекайтесь.
Как только они уходят, Сойер сразу же поворачивается ко мне с такой ухмылкой на лице, которая может означать только неприятности.
— Хочешь поиграть в игру? — спрашивает она, ухмыляясь еще шире, когда встает.
— Во что, например? Дартс?
— Ну, я думала о бильярде, но с изюминкой. — Она подмигивает.
— Объясни, — ворчу я, мне не нравится, как это звучит.
— Тот, кто забивает шар, задает другому человеку вопрос, а мы должны отвечать. Таково правило. Если ты сделаешь больше одного шара, то сможешь задать больше вопросов, — объясняет Сойер с озорным блеском в глазах.
Проводя рукой по своей щетине, я с любопытством смотрю на нее, взвешивая варианты. Девчонка чертовски крутая. Информация всегда приятна, и я бы солгал, если бы сказал, что не хочу узнать о ней больше. Но ненавижу делиться информацией о себе, так что готов ли я играть в игру, которая вынуждает меня это делать? Сойер может задавать вопросы, на которые я не готов ответить.
— Почему бы и нет? Давай поиграем, — соглашаюсь я.
— Круто! Пойдешь принесешь нам пару рюмок? А я пока приготовлю стол.
— Для чего нужны рюмки? — спрашиваю я.
Она бросает на меня взгляд, в котором много озорства и соблазна, и ухмыляется, как будто я упускаю что-то очевидное.
— Чтобы напиться, дурачок, — отвечает она, после чего идет к столу, мило покачивая бедрами.
Такими темпами меня обведут вокруг пальца еще до того, как я займусь с ней сексом.
  
Глава 9
 
Сойер
Всю неделю я с нетерпением ждала сегодняшнего вечера, и я бы солгала, если бы сказала, что это не связано с Рексом. Прошлая неделя прошла на удивление весело, и впервые за долгое время мне понравилось проводить время с мужчиной вне спальни. Я не хожу на свидания, последним человеком был Брэндон, но с тех пор никого.
Все дело в мужчинах в целом.
Любой мужчина, которого я впускала в свою жизнь, подводил меня. Мой отец ушел, мой брат — любящий, но чрезвычайно контролирующий мудак, а еще есть Брэндон, парень, с которым я встречалась давным- давно и который оказался придурком.
Мужчины в реальной жизни не идут ни в какое сравнение с мужчинами из любовных романов, которые я читала. В реальной жизни мы убегаем от красных флажков. Но когда я читаю книгу, я хочу утонуть в море красных флажков.
 
Подводя итог, я не доверяю мужчинам, поэтому то, что я стремлюсь проводить больше времени с Рексом, меня немного смущает.
После того как я организовала нашу игру, смотрю на бар, где Рекс ждет нашей выпивки, полностью игнорируя двух женщин рядом с ним, которые делают все возможное, чтобы привлечь его внимание. Если бы не видела это своими глазами, я бы не поверила. Они обе строят ему глазки, но он не удосуживается бросить на них взгляд. Их попытки соблазнения остаются тщетны, его взгляд все время прикован ко мне.
Несмотря на отсутствие внимания с его стороны, девушки не сдаются. Рекс стоит у барной стойки, ожидая наших рюмок, а девушки по-прежнему пытаются его разговорить. Я их не виню: Рекс чертовски привлекателен со своей двухдневной щетиной и нахлобученной задом наперед бейсболкой. Он как раз из тех, о ком мечтают. Не помешает и то, что его мускулы выставлены напоказ в светло-серой рубашке и джинсах, которые сидят идеально. Черт. Все, что я могу себе представить, это то, как его щетина будет ощущаться между моих ног.
Если бы я была неуверенной в себе, ревнивой личностью, эта сцена вывела бы меня из себя. Наблюдая за тем, как две красавицы бесстыдно заигрывают с Рексом, какая-то частичка меня задается вопросом, что его останавливает. Они явно хотят его, но вместо того, чтобы сорвать самый низко висящий плод, он говорит им: «Я с ней» и направляет их взгляды на меня. Как раз вовремя приносят наши напитки, и Рекс берет их, прежде чем вернуться ко мне.
Сразу же Рекс начинает расставлять наши рюмки, а затем, наконец, поднимает на меня глаза.
— Все готово?
— Ага. Все готово, — говорю я ему, изо всех сил стараясь не допустить, чтобы то, за чем я только что наблюдала, проникло в мою голову. — Что это было?
— Ты про что? — отвечает Рекс, его лицо лишено каких-либо эмоций. Неужели он и правда настолько невежественен?
— В баре, с теми двумя девушками, которые сейчас стреляют кинжальными взглядами в мою сторону.
Подняв голову, он смотрит в их сторону, где, конечно же, обе девушки смотрят на меня, но быстро отводят взгляд, когда замечают его.
— Э-э… ничего особенного, — говорит он, прежде чем показать жестом на рюмки. — Я не знал, что ты предпочитаешь, поэтому взял несколько разных. У нас тут по два «Джеймсона», «Файербола», «Дон Хулио» и «Патрона».
Я не могу не улыбнуться такому простому жесту, но это так мило, что он заботится настолько, чтобы сделать что-то подобное. Помогает то, что на его щеках появился слабый румянец в сочетании с небольшой ухмылкой, что делает его еще более сексуальным, чем обычно, и этого достаточно, чтобы послать импульс тепла прямо в мою сердцевину. Горячий и заботливый? Да запиши меня. Если он такой заботливый вне спальни, то могу только представить его в ней.
— Как мило. Честно говоря, у меня нет предпочтений. Я пью практически все. Но я неравнодушна к текиле, так что хороший выбор. Может, начнем с одной? — спрашиваю я.
— Давай начнем с «Файербола». Я терпеть его не могу и хочу покончить с ним побыстрее, — ворчит Рекс, передавая мне рюмку.
— Необязательно брать эту. Черт, я могу выпить обе, если хочешь, — предлагаю я.
— Хватит болтать, бери эту чертову рюмку, чтобы мы могли сыграть в игру, — требует он.
Мы чокнулись рюмками, не разрывая зрительного контакта, затем оба быстро их выпили. Возможно, дело в том, что я уже выпила сегодня несколько рюмок, но в глазах Рекса с тех пор, как он вернулся из бара, появился жар, не имеющий ничего общего с жаром файербола. Я не уверена, что это из-за тех девушек, флиртующих с ним, или из-за игры со мной, но в его глазах… голод.
Поставив свой бокал, он берет кий и тут же подходит к столу.
— Пока я не разбил, напомни мне правила еще раз, — ворчит он, ставя точку между нашим растущим напряжением.