Преимущество на льду (ЛП)

— Заткнись. Я не закончил. Никто не говорит, что ты должен привести ее домой к маме или, в твоем случае, к Ро. — Мы просто хотим видеть тебя счастливым и снова живущим полноценной жизнью, — говорит он, фактически прерывая меня.
— Я знаю. Сам не пойму, что творится у меня в голове. В одну минуту хочу проводить с ней больше времени, потому что мне весело, а в следующую волнуюсь, что подпускаю кого-то слишком близко. Я не знаю, но уверен, что когда разберусь во всем, ты уже будешь знать. — Я сверкаю глазами. — А теперь давай бежать, я услышал достаточно от тебя.
* * *
Час спустя мы были в «Бублике» и забирали наш обычный заказ, в который я включил продукты для Стеллы и Рори.
— В следующий раз повезет больше. Однажды ты победишь старика, — говорю я.
— Заткнись. Я буквально чувствовал запах водки на своей коже, когда мы зашли за последний поворот. Я чуть не остановился, чтобы проблеваться, но там были мамаши с горячей йоги, и я не хотел их пугать, — стонет Тревор
— Отговорки не помогут тебе победить.
— Мы снова устроим гонку, когда я не буду на семьдесят пять процентов состоять из водки. О, и не забудь придумать план для Ро на следующие выходные. Я обещал, что мы все там будем, — напоминает он мне.
— Да, знаю. Об этом уже все позаботились. Мама спросила, может ли она оставить ее у себя на выходные. Думаю, они хотят испечь печенье и посмотреть несколько фильмов. Не знаю, какую-то хрень на Хэллоуин, которой увлекаются девочки.
— Точно. Посмотри на себя, ты на вершине. Значит, ты с нетерпением ждешь вечера? — спрашивает Тревор, подмигивая, когда поворачивается, чтобы уйти. — Давай выпьем пива после работы на этой неделе, и ты расскажешь мне, как пройдет первая игра, — кричит он через плечо.
— Как скажешь, чувак. Тогда и поговорим, — отвечаю ему, прежде чем пойти к себе домой.
Неужели Тревор прав? Неужели мне и правда не терпится снова пообщаться с Сойер? Ну, не только с Сойер, поскольку это групповое мероприятие, но мне нравится с ней общаться. С ней было весело. А теперь я брежу, как школьник с первой влюбленностью
Это не влюбленность.
Она мне даже не нравится.
Мне никто не нравится.
Но даже когда думаю об этом, знаю, что это наглая ложь.
  
Глава 7
 
Сойер
К среде я выбиваюсь из сил.
Я делаю все возможное, чтобы высыпаться, но иногда трудно восстановиться после слишком частых бессонных ночей.
Сегодня утром это, наконец, меня настигло. Каким-то образом я умудрилась проспать все свои будильники и проснулась от яркого солнца, светившего в окно, когда до первого занятия оставалось всего двадцать минут. К сожалению, мне пришлось отказаться от кофе, что стало настоящим разочарованием для меня и всех окружающих. Что еще хуже, мой профессор — настоящий козел и устраивает скандал, когда кто-то опаздывает.
Но теперь у меня в запасе час до того, как мне нужно быть в детском саду, и я иду прямиком в свою любимую кофейню получить достаточно кофеина, чтобы убить слона. Запах — первое, что поражает меня, когда я вхожу. Выпечка здесь просто умопомрачительная, но именно кофе помогает мне выжить.
Подойдя к витрине с выпечкой, не могу решить, чего мне хочется — сладкого или соленого. У них есть булочки с корицей, и это всегда безопасный выбор, но у них также есть пирог киш, а кто не любит хороший киш?
— Даниши просто потрясающие, — раздается низкий голос у меня за спиной.
Я быстро оборачиваюсь, чуть не столкнувшись с мужчиной. К счастью, он ловит меня раньше, крепко схватив за руку. Его хватка кажется одновременно утешительной и сильной, странная смесь безопасности и контроля. Это возбуждает. Я удивлена своей реакцией на незнакомца.
Это происходит до тех пор, пока не поднимаю глаза и не вижу никого иного как Рекса, мужчину, о котором я думала без остановки с той ночи в баре.
— Привет, Рекс. Ты меня напугал, — говорю я ему, мое сердце бешено колотится. Не знаю, от чего это происходит: от удивления при виде его или от того, что я чуть не упала на кого-то. Что-то подсказывает мне, что это из-за кофе.
 
Его голубые глаза ярко блестят, и он улыбается мне.
— Я видел, как ты смотрела на разные пирожные, словно не могла решить, какое из них взять, и подумал, что могу помочь, порекомендовав одно из моих любимых, они никогда меня не подводили. Я не хотел тебя напугать. Не ожидал, что ты будешь такой сосредоточенной, — говорит он с мальчишеской и немного взволнованной улыбкой на лице.
— Я серьезно отношусь к еде, — заявляю ему, подмигивая, отчего он улыбается еще шире.
Приятно видеть Рекса вдали от всех, он выглядит более комфортно и непринужденно.
— Понимаю. Я такой же, — отвечает он и замолкает на мгновение. — Ты здесь с кем-то?
— Нет, я одна. Я просто заскочила перед работой.
— Может, я возьму пару моих любимых блюд, а ты займешь столик? Мне тоже нужно убить немного времени.
— Договорились, но позволь мне хотя бы купить кофе.
— Нет. Просто скажи мне свой заказ и иди найди нам столик, — отвечает Рекс, не оставляя места для споров.
Я быстро говорю ему свой заказ, затем прохожу к одному из немногих оставшихся столиков и жду.
Пока сижу и наблюдаю за людьми, не могу не обратить внимание на Рекса, который стоит в очереди, делая наш заказ. Бариста улыбается и явно флиртует с ним, но Рекс постоянно оборачивается, чтобы проверить меня. Одного простого жеста достаточно, чтобы я почувствовала тепло и радость на душе.
Это же не свидание, так что нет причин, почему меня должно волновать, флиртует ли он с баристой. И все же несмотря на то, что бариста откровенно разглядывает его и делает все возможное, чтобы привлечь внимание Рекса, тот сосредоточен на мне. Его улыбка, от которой плавятся трусики, ширится во весь рот, возбуждая во мне всевозможные чувства.
Господи Иисусе.
Я сижу здесь и представляю, как он руками и ртом исследует мое тело, как его член заполняет меня, а Рекс в это время стоит в очереди и заказывает мне кофе и булочку с корицей. Что, черт возьми, со мной не так, и почему я не могу держать себя в руках, когда нахожусь рядом с этим человеком?
Затем он скажет мне сесть и назовет меня хорошей девочкой, и я мгновенно растекусь в луже удовольствия прямо в кафе.
Хорошо, папочка.
К тому времени, как понимаю, что все еще глазею на мужчину, он опускается на свое место, ставит между нами поднос с нашим кофе и практически всеми пирожными, которые тут продают, и на его лице появляется мальчишеская ухмылка, которая говорит, что меня только что поймали за разглядыванием.
Передавая мне мой кофе, Рекс ухмыляется.
— Спасибо, — говорю я, стараясь не обращать внимания на румянец, поднимающийся у меня на шее. — Итак, что ты нам купил?
— Ну, всего понемногу. Уверен, что здесь нет плохих кондитерских изделий, поэтому попросил их по несколько штук. Вот, попробуй этот пончик с начинкой — это мой любимый, он практически тает во рту.
— Я не очень люблю начинку внутри пончиков; она никогда не бывает вкусной, и мне всегда трудно ее проглотить. Вместо этого я попробую даниш.
— Поверь мне, Сойер. Я никогда не ошибусь, когда дело касается еды или того, что ты кладешь в рот. Обещаю, это будет лучший крем из всех, что ты пробовала. До сих пор. — Он усмехается, намек очень ясен и заставляет мой румянец усилиться.
— Хорошо. Но если он будет паршивым, я выплюну его и обвиню тебя.
Забирая у него пончик, просто смотрю на него. Я не лгала; я на самом деле не люблю пончики с начинкой. Больше люблю кленовые батончики, но в этом мужчине есть что-то такое, от чего чертовски трудно сказать «нет». Он сидит напротив меня, потягивая свой кофе, а я практически пялюсь на пончик, как будто он меня оскорбил.
— Откуси, — ворчит Рекс.
Наконец, я откусываю, и уголки его губ приподнимается настолько, что вижу, что он сдерживает улыбку. Черт возьми, а ведь парень не шутил; очень вкусно, сливки просто тают на языке, а аромат корицы наполняет рот.