Неудачный персонаж (СИ)

Благо за первой луной, уползшей за кромку леса, тут же появилась другая: их еще со “времени оного” над Террой сияло две. Чуточку ущербная, но тоже яркая. Но и вторая довольно быстро исчезла за вершинами растущих над оврагом деревьев. Дверь стало видно гораздо хуже, и я отчетливо понял — больше, даже с моим ночным зрением, здесь ловить нечего.
Окей! В таком случае… Я вызвал карту. Ага, есть возможность поставить метку — то, что надо. Абсолютно не факт, что в таком реалистичном лесу я смог бы опять отыскать этот овраг без метки. Хотя…
Большую часть территории острова по-прежнему застилал “туман неизвестности”. Но теперь сам масштаб “карты региона” давал понять — точка, в которой я нахожусь, либо ровно посередине этого “региона”, либо где-то рядом. Я поднял голову: а вот возвышается и гора… тоже видна отсюда, со дна оврага. Кажется, будто бы в двух шагах, но думаю, впечатление обманчиво. В любом случае очевидно: и гора, и овраг — в центре острова. И он — маленький.
“Карта местности” теперь представляла собой тонкую светлую ниточку, протянувшуюся через озеро тьмы вверх. Упиралась в овраг… ага, вот, значит, с какой стороны я свалился. И поскольку никаких прочих ориентиров и целей у меня нет… посмотрим, как там медведь и гномский топор?
Я вернулся по дну оврага обратно, приглядел годящийся для подъема участок склона; тихо-тихо, чтобы не разбудить еще каких-нибудь ночных попугаев, вскарабкался на обрыв… и принялся осторожно пробираться вдоль его края к месту, где мы повстречали мишку.
Ага, вон корень вывороченного дерева. А вон… вон топор лежит! Подбежав, я схватил оружие. Хо-хо-хо! Первый мой лут в этом мире!
Простой заржавленный топор
Урон: 3–7
Класс предмета: обычный
Прочность: 55 %
Несмотря на неказистое описание, смотрелся топор хорошо. Не очень-то и заржавленный! Рукоять была оплетена потрескавшейся кожаной лентой с кисточкой на конце, обух украшал характерный трехгранный клин, а медвежья кровь с топора волшебным образом сама счистилась. Магия игры!
Я крутанул оружие. Эх, приятно!
…И докрутился, конечно. Так обрадовался, что плюнул на осторожность. А медведь-то никуда не ушел! Он же программа, он к этой точке приписан…
Раздался рев, наверняка расшугавший местную мелочь, и мой старый знакомый воздвигся передо мной, ломая кусты. Как говорил папа, превед.
Черный медведь
25/100
Четверть жизни! По логам, Климов загнал его почти что в нули. Косолапый успел подлечиться ягодками, но полностью не отхилился. Называть это шансом язык не поворачивается. Но выбора у меня не было. От медведя уже было не убежать. Надо драться!
“Вспышка”!
Лес озаряется, будто фотиком щелкнули. Впечатляющий спецэффект! Медведь, свирепо оскалившись, прядает назад. Я наотмашь рублю топором. Н-на! Попал.
Вы нанесли урон топором: -6
Брызжет кровь; впрочем, анимация насилия тут щадящая. А вот ревущая звериная пасть — это страшно! Сразу будит тот самый первобытный инстинкт: “бей или беги”. Выбираю бить. Вспышка!..
И опять попал!…Хочешь еще раз?.. Н-на!
…В общем, три раза я его стукнул, а дальше — все. Мана кончилась. Причем после третьей вспышки в глазах снова стало темнеть — зар-раза! Зверь, взревев, кинулся на меня. На гаснущем фоне мелькнула надпись.
Черный медведь
2/100
Почти справился… Падая, я вслепую ударил вперед когтями. Хищник обрушился сверху, сбивая с ног, подминая, с яростным рыком и хрипом…Блин, только бы не опять в овраг!..
Вы потеряли сознание
…Вы применили способность “Ускоренная регенерация”
…Тьма рассеялась. Буквы взошли передо мной, точно звезды.
Жив!.. Цел!.. Но радость продлилась недолго.
В этот раз я очнулся быстро, буквально через десять минут. Лежал под медвежьей тушей, еще не регенерировав до конца. Процесс шел, но хитов было меньше трети, так что чувствовал я себя… соответствующе.
И рядом со мной, рядом с тушей зверя — был кто-то. Кто-то очень опасный.
Я не слышал теперь криков птиц, которых мы всполошили и которые сопровождали нашу схватку с медведем. Вообще пропали все звуки — шорохи, хруст, шелестение — сопровождающие меня всю ночь, даже когда я старался быть незаметным. Как будто ножом отрезало.
 
Нет. Один шелестящий звук все же был. И он слышался совсем рядом. Какое-то существо, которое издавало его, было здесь, буквально в паре шагов, над тушей. И надо мной. Ч-ш-ш-ш…
…Бляха, страшно-то как. Кроме шуток. Понимаю, конечно, что я в игре, но… понимает это только один кусок моей психики. Так сказать, верхний уровень. А пресловутый рептильный мозг, подсознание, глубоко закатившийся клубок пещерных инстинктов — в общем, вот эта вот часть — беззвучно и хором орет благим матом! И тут…
Поздравляем! Вы одержали победу над Черным медведем!
Вы получили уровень!
А-а, блин, исчезни! Невовремя!
…Перед глазами у меня была только какая-то из частей туши. Торчала мокрая черная шерсть, перед моим лицом тягуче стекла на песок капля крови.
Вы чувствуете запах крови!
Вы чувствуете острый голод!
Нет, я чувствую, что я от страха сейчас описаюсь. Что это за шелест такой? Змея там, что ли?! Говорят, многие инстинктивно боятся змей — еще с первобытных пор… Может, поэтому звук так действует?
…Ч-ш-ш…
— Как же тебе было, наверное, больно, — произнес низкий, глубокий и хищный голос. — Как было больно, когда ты творил это отвратительное заклинание.
Полежу немного еще, прикинусь валенком.
— Вылезай оттуда, — приказал голос. — Ты жалок. Поспеши, если не хочешь, чтобы я потеряла терпение. Тогда я не стану с тобой говорить, а сразу сделаю то же, что с ним.
Послышался характерный звук. Что-то шлепнулось на траву и подкатилось прямо ко мне, к моему лицу. Это была окровавленная и лишенная глаз голова полудемона.
  
Глава 6. Прародительница суккубов
 
…Черт, черт, черт!! Я завозился и кое-как выбрался из-под туши. Старался — с другой стороны, не с той, откуда слышался шелест…И напряженно вытаращился на ту, что ко мне явилась.
Да, это было жутковатое существо. Безусловно, в женском обличье. Самой заметной, во всех смыслах этого слова, частью ее облика был торс, как у Венеры Милосской. Обнаженный и идеальный — но, как у статуи, не имеющий ни рук, ни ног. Вместо них от бедер и плечей существа текли тени, лохмотья тьмы, заставляющие вспомнить дементоров. Только не такие, хм, рваные. Напротив, это была густая, плотная тьма.
Тени формировали то ли щупальца, то ли крылья — и по краешкам этой клубящейся массы выглядели особенно твердыми, будто когти летучей мыши. Не возникало сомнений, что эти конечности очень даже материальны и могут служить своей обладательнице самым разным, в том числе неприятным для меня образом.
Половины лица тоже не было. Подбородок и рот — столь же изящные, как и тело, но выше — снова сгусток чернильного мрака, по форме точно клобук монашки. Ну а над ним — надпись:
Ламиа, темное божество, 224 ур.
Честно говоря, надпись неслабо так успокаивала, возвращая реальности ее виртуальный статус. А то было бы совсем некомфортно.
…Я преклонил перед богиней колено. Одно. Нечего тут.
Та хмыкнула.
— Давно… давно я не видала подобного. Тем более в исполнении Спящего. Ведь ты — Спящий, маленький кровосос?
“Спящими” в Терре все NPC называли нас, игроков, имея в виду, что мы можем из игры выйти. Здесь для нас как бы сон, а там — явь; но для них, неписей, недоступная и как бы ненастоящая. Я склонил голову.
— Истинно так.
Непись — она и есть непись; всегда понятно, как с ней общаться. Богиня — значит, чтобы все было хорошо, требуется выказать ей почтение. Изи!
— Но я вижу, смертоносная Ламиа, что одного Спящего ты уже повергла, — киваю на голову полудемона.
— Не навсегда, — раздраженно дернула темным крылом Ламиа. — К утру его глупая мертвая голова исчезнет, и он воскреснет на побережье.