Застигнутые любовью

Кэтрин поборола в себе желание поцеловать губы, находившиеся так близко от нее.
– Я всегда буду любить Роберта, – ответила она. – Он был замечательным мужем. Но это еще не значит, что я никогда не смогу полюбить кого-то еще. Кажется, недавно я поняла это.
Последовала пауза. Джошуа некоторое время молча смотрел на нее.
– Кейти, что ты говоришь?!
Она провела пальцами по ремню на его джинсах и остановилась на пряжке, прежде чем набралась храбрости, чтобы признаться.
– В тот первый раз, когда ты любил меня… я перестала отвечать, оттого что мне показалось, что я изменяю памяти Роберта, раз хочу тебя так сильно. Но я все-таки хочу тебя, Джошуа! Я хотела тебя почти с первой же минуты, когда мы встретились.
Джошуа не дал ей договорить. Он крепко обнял ее и поцеловал так, словно изголодался и теперь никак не может насытиться.
– Люби меня, Джошуа, – прошептала она.
Он погладил ладонью ее щеку, медленно убрал с лица волосы. Его пальцы дрожали. Кэтрин легла на спину и потянула его за собой, тоже испытывая настоящий голод, а он припал губами к ее волосам, глазам и, наконец, к губам. Она чувствовала любовь в каждом движении его тела, и в конце концов подумала, что нет причин скрывать правду, спрятанную в ее сердце.
– Я люблю тебя, Джошуа. – Слова эти, казалось, перетекли из ее уст в его. – Я люблю тебя так, что мне даже больно!
В его глазах внезапно вспыхнула настоящая буря. Он снова приник к ее губам.
– Скажи это еще раз, – прошептал он. – Ах, Кейти, мне казалось, что я никогда не услышу от тебя этих слов.
– Я хочу тебя. Ты нужен мне. Я тебя люблю!
Он схватил ее за руки и завел их за голову, а губы с сокрушительной силой впились в ее губы. Кэтрин чувствовала, что их обоих поглотил огонь, на котором сгорали последние следы сомнений. Обессиленная, она заснула в его объятиях и во сне слышала, как он поднял ее с дивана и отнес на кровать.
Кэтрин проснулась лишь тогда, когда розовый свет зари проник через узкую щель между занавесками на окне спальни. Повернув голову, она увидела, что Джошуа тоже проснулся и, опершись на локоть, смотрит на нее затуманенными любовью глазами. И тут же она поняла, что разбудил ее не только луч солнца: Джошуа ласково гладил ей живот ладонью.
Кэтрин встрепенулась.
– Что ты делаешь?!
Джошуа усмехнулся и нежно вынудил ее лечь опять.
– Готовлюсь делать детей, – заявил он. – Недавно в антикварном магазине мне попалась книга семнадцатого столетия, а в ней – рецепт, гарантирующий двойняшек. Автор даже обещает, что при достаточном усердии можно произвести «одно дитя мужского пола, другое женского».
Его пальцы продолжали рисовать эротические узоры.
– А мы… э… мы и вправду хотим близнецов? – выдавила она.
– А почему бы и нет? Если книга не обманывает, у нас есть верный способ сразу заполучить большую семью. – Он изобразил сложный узор губами у нее на груди. – А если книга ошибается – подумай, мы все равно получим удовольствие, проверяя рецепт! Ведь у нас все только начинается. Впереди еще много интересного.
Она на миг закрыла глаза и открыла только тогда, когда все ее тело затрепетало от наслаждения.
– В интересах медицинской науки я готова вынести что угодно! – пробормотала она.
В улыбке Джошуа сквозила уверенность мужчины, знающего, что его любят.
– За такое замечание, моя дорогая Кэтрин, ты получишь награду – возможность первой испытать еще один старинный рецепт: по производству на свет сразу четверых детей! Поверь мне, в нем много интересного.
Она обняла его за шею и приблизила его губы к своим.
– Я люблю тебя, – сказала она. – И знаешь что? У меня замечательная идея. Давай-ка лучше будем рожать детей регулярно, но сначала по одному. А когда войдем во вкус, доберемся до двойняшек, тройняшек и так далее.
– Мне это кажется малодушием, – с упреком произнес он. – Подумай, сколько пройдет времени, прежде чем мы доберемся до четверняшек!
– Но Джош, у нас же вся жизнь впереди. Будем совершенствовать наш метод.
Джошуа удовлетворенно вздохнул и крепко обнял ее.
 
– Да, – согласился он. – У нас впереди вся жизнь, мы проведем ее вместе, и я докажу тебе, как сильно люблю тебя.
– Хватит разговоров! – воскликнула Кэтрин. – Докажи мне это прямо сейчас!