Застигнутые любовью

– Буду ждать у ваших дверей в шесть часов. – Он поцеловал ее опять, на этот раз в щеку, и быстро направился к двери. – Берегите себя, Кейти.
Джошуа уже ушел, когда она наконец нашла в себе силы пошевелиться. Несколько секунд Кэтрин тупо глядела на закрывшуюся дверь, затем взяла стаканы и отнесла их на кухню. Стук посуды о раковину эхом отозвался в пустой квартире. Она вздохнула. И вдруг ей показалось, что до пятницы – целая вечность.
В понедельник Кэтрин вылетела в Северную Каролину и от аэропорта Рейли проехала двадцать миль на такси до правления «Силктекса», огромной текстильной фирмы. Это была ее первая самостоятельная командировка. К счастью, работа оказалась привычной, иначе бы у нее ничего не получилось. Мысли Кэтрин постоянно блуждали, аккуратные ряды компьютерных строк, обычно так много для нее значивших, теперь расплывались перед глазами. Несколько раз в день она ловила себя на том, что застыла, мечтательно уставившись вдаль и представляя, как они будут жить вместе с Джошуа. К середине недели фантазии стали настолько соблазнительными, что у нее уже не оставалось сомнений в том, какой ответ она даст ему. Лишь жалкие остатки гордости да глубоко въевшаяся осторожность, появившаяся у нее после смерти Роберта, не позволяли ей снять трубку и немедленно сообщить ему, что она хочет стать его женой.
И все-таки только вернувшись в пятницу вечером домой, Кэтрин окончательно осознала, как ей хочется выйти замуж за Джошуа. Когда она нажала на кнопку лифта, ее охватил страх. А вдруг он передумал? Вдруг он решил, что не стоит жениться на женщине, которая так цепляется за память о первом муже? Кэтрин никак не ожидала, что на нее нахлынет такое уныние при мысли о том, как она будет дальше жить без Джошуа, и почувствовала, что под ложечкой от нервного напряжения собрался тугой ком. Вдруг Джошуа размышляет, как бы ему повежливей сказать ей, что он передумал? А может, он вообще не появится сегодня?
Когда лифт остановился на ее этаже, Кэтрин вышла из него с какой-то опаской и осторожно посмотрела в сторону своей квартиры. Сердце ее дрогнуло, когда она увидела, что Джошуа уже сидит у двери на обшитом полотном табурете, погрузившись в чтение какой-то книги в бумажном переплете. А рядом с прислоненным к стене огромным букетом красных роз стоит «Магнум» – большая бутылка шампанского.
Он улыбнулся, увидев ее, встал и повернул книгу так, чтобы Кэтрин смогла разглядеть обложку. На ней красовалась дама с огромной грудью и очень тонкой талией, одетая в нечто похожее на пеньюар из розового атласа. Ее обнимал мускулистый герой с черными глазами и светлыми, как солома, волосами. Одежды героя и героини оставляли открытыми большие участки загорелой, блестящей кожи, хотя на заднем плане были изображены покрытые снегом деревья и горы. Название книги – «Неувядающая страсть» – полыхало ярко-красными буквами по бедрам героя и юбке героини.
– Привет, – кивнула Кэтрин, испытывая необычное волнение и даже робость. Она улыбнулась, бросив взгляд на книжку, и незаметно для себя отбросила формальный тон. – Освежаешь свои познания?
– Тут нечто поважней! – Он слегка провел ладонью по ее щеке и усмехнулся. – В этой книге масса полезных советов. Я уже знаю, что делать, если ты откажешься выйти за меня замуж.
– Ну, и что же ты будешь делать?
– Разумеется – увезу тебя в свое логово и там соблазню! Если первые попытки не увенчаются успехом, я их продолжу, и ты в конце концов согласишься. Правда, некоторых героинь приходится убеждать довольно долго, но надеюсь, что ты уступишь быстрей, чем вот эта дама. Уверен: мне удастся уговорить тебя еще до рождения нашего второго ребенка!
– Джош, ты собираешься уподобиться герою бульварного романа?!
– Дорогая Кейти, смирись с неизбежным! Либо выходи за меня замуж, либо готовься к похищению. Четыре миллиона читателей не могут ошибаться!
От его улыбки у Кэтрин бешено забилось сердце.
– Что ж, придется согласиться, пока ты меня не соблазнил, – хрипло прошептала она, не зная, чего ей хочется больше – засмеяться или заплакать. – Ах, Джош, я так скучала без тебя всю неделю! Давай поскорей поженимся!
 
– Мне самому не терпится, – сказал он, и из его голоса исчезли все следы насмешки.
Швырнув книгу на пол, Джошуа обнял ее, прижал к себе и поцеловал с неудержимой страстью. Прошло много времени, а они никак не могли оторваться друг от друга.
– Пожалуй, я совершил стратегическую ошибку, – пробормотал он наконец, тяжело дыша, хотя тон его по-прежнему оставался нарочито веселым. – Мне следовало сначала соблазнить тебя, а уж потом объяснить, зачем я это сделал. Я лишил себя блестящей сцены!
Он снова приник к ее губам, и желание пронзило тело Кэтрин. Она обняла Джошуа за шею и нежно прильнула к нему, чувствуя, как он дрожит. Кэтрин охватила внезапная, радостная уверенность в своей способности возбуждать его, и она позволила своим рукам ласково пробежать по груди Джошуа. Его тело сразу откликнулось на это легкое прикосновение. Он обнял ее так крепко, что она оказалась притиснутой к стене коридора и даже не смогла пошевелиться, когда его руки распахнули ее жакет и раздвинули тонкий шелк блузки.
Большими пальцами Джошуа легко надавил на ее соски, и Кэтрин захлестнула волна желания – такая сильная, какую она еще никогда не испытывала. Она крепко прижалась к нему, упиваясь контрастом между холодом стены за спиной и жаром его сильного тела. «Роберт никогда не делал подобных вещей!» – подумала Кэтрин. Она никогда еще не испытывала такого бешеного, пьянящего желания слиться с другим человеческим существом в неистовой страсти!
Кэтрин была так поглощена новыми ощущениями, что не сразу осознала значение своих мыслей. А когда осознала – пришла в ужас. Ее тело застыло в ледяной неподвижности, затем конвульсивным движением протеста она вырвалась из рук Джошуа, оцарапав спину о шершавую стену.
В течение нескольких секунд они разглядывали друг друга в напряженном молчании, потом Джошуа спокойно произнес:
– Что случилось, Кейти?
– Ничего. Совершенно ничего. – Она торопливо заправила блузку за пояс юбки и нервно пригладила волосы. – Просто мы зачем-то стоим тут в коридоре, да еще такие взъерошенные… Может, зайдем в квартиру?
– Где нам никто не помешает заниматься любовью? – спросил он с легкой насмешкой.
– Да-да. Я именно это имела в виду… именно это имела в виду, – залепетала Кэтрин, но голос ее был лишен искренности.
Джошуа поднял розы и вручил ей, затем нагнулся и запечатлел на ее губах беглый, холодный поцелуй.
– Все образуется, Кейти, вот увидишь.
Она спрятала лицо в цветы, отвергая его сочувствие.
– Спасибо за розы, – сказала она. – Очень красивые. Разве я говорила тебе, что розы – мои любимые цветы? А у этих такой чудесный аромат! Сейчас многие оранжерейные розы совсем не пахнут…
Джошуа нежно прикоснулся пальцами к ее губам, прекращая этот смущенный лепет.
– Не беспокойся ни о чем, – произнес он. – Пошли и выпьем шампанского.
В квартире она тут же занялась поисками подходящей вазы для букета, а он открыл «Магнум».
– Час назад оно было охлажденным, – сказал Джошуа, доставая два высоких бокала, – но думаю, что лучше поставить его ненадолго на лед. Шампанское вкусней, когда оно по-настоящему холодное.
– В последний раз я пила шампанское во время медового месяца, – заметила Кэтрин и сама удивилась, зачем сказала это.
По какой-то причине – вероятно, чтобы напомнить себе, что она не может любить Джошуа, – ей захотелось ввернуть в разговор упоминание о своем первом замужестве.
– Знаю, – спокойно сказал он. – Разве не помнишь? Ты ведь говорила мне, что оно вызвало у тебя икоту.
– Нет, не помню.
Кэтрин поставила вазу с розами на стол. Ее тело все еще дрожало от ласк Джошуа, и она сердилась на него: ведь его опыт любовника опять заставил ее предать память Роберта! Она испытывала неодолимое желание помучить его. Пусть не забывает, что Роберт был ее первым любовником и что она всегда будет любить Роберта!