Застигнутые любовью

– Да, черт побери! Я хочу детей. Да, я хотела бы иметь спутника жизни и вместе с ним встретить старость. Но это для меня невозможно, так что придется обходиться без них.
– Но такая жертва никому не нужна.
– Конечно. И все-таки решать мне самой, верно? Зачем мы говорим об этом, Джошуа? Вам, кстати, тридцать четыре года, и вы холостяк. Если вы такой пламенный энтузиаст брака, то почему же сами не женаты?
– Может, я еще не встретил подходящую женщину…
– Ну, для вас-то, насколько я поняла, это не проблема? – насмешливо спросила она. – Вы же не ждете верной любви до гробовой доски?
Последовала бесконечно долгая пауза.
– Нет, – ответил он наконец. – Я жду не этого…
– Вот когда женитесь, тогда придете ко мне и прочтете лекцию о браке уже с большим основанием, – сказала она. – Расскажете, как идут дела, и, может, вдохновите меня на то, чтобы я переменила свое решение.
Джошуа оставил без внимания ее сарказм.
– И еще одна вещь, – спокойно продолжал он. – Как насчет секса? Если вы не выйдете замуж, придется всю остальную жизнь довольствоваться серией коротких, случайных любовных интрижек.
– Жить без секса можно, – возразила Кэтрин ледяным тоном. – Тысячи людей живут без него!
– Можно, но только не вам, – заявил он. – Вы – страстная женщина, Кэтрин. Рано или поздно физические потребности одержат верх над всем остальным.
– Вы говорите, как доктор, прописывающий витаминные пилюли. И я вообще не понимаю, мы говорим сейчас о моих потребностях или о ваших? – Она даже не пыталась скрыть горечи. – Если вам кажется, что это новый способ заманить скорбящую вдову в постель, то смею вас уверить, что вы ошибаетесь. Каждый мужчина, приглашающий меня на свидание, благородно вызывается спасти меня от опасного для здоровья сексуального воздержания. Нет, благодарю, я и так обхожусь неплохо!
– Если бы я хотел заманить вас к себе в постель, этот разговор нам бы не понадобился.
Кэтрин насторожилась. Его чересчур уверенная интонация очень не понравилась ей.
– Что вы хотите этим сказать?
Джошуа пожал плечами.
– О, ничего зловещего. Но если бы я действительно хотел, чтобы вы оказались у меня в постели, я бы просто сразу обнял вас после обеда, а не стал пускаться в интеллектуальные дискуссии насчет различных предпосылок благополучного брака.
Это было уже слишком. Да как он смеет?!
– Вы не только глупец, – заявила Кэтрин звенящим от злости голосом, – но самодовольный глупец! Какие у вас основания считать, что достаточно вам меня обнять, и я покорно поплетусь за вами наверх, в вашу постель?
– Несколько фактов, – холодно ответил он, – но главным образом ощущений… Впрочем, не хочу быть голословным.
Не успела она отодвинуться, как Джошуа схватил ее за плечи, грубо привлек к себе и приник к ее губам жадным, страстным поцелуем.
Самым ужасным было то, что Кэтрин тут же почувствовала пронесшуюся по всему телу жаркую волну удовольствия. Внутри у нее все замерло от восторга, и она ощутила настоящую панику оттого, что ее тело так предательски ведет себя всякий раз, когда он обнимает ее. Она пробормотала что-то возмущенное, оторвавшись от его губ, и тут же прикосновения Джошуа сделались соблазнительно, потрясающе нежными, а язык стал ласкать ее губы. Кэтрин сдалась: она ничего не могла с собой поделать. Жар его тела проникал сквозь ее тонкий свитер и, пульсируя, наполнял вены. Джошуа обхватил ее бедра, прижал к себе, и она поняла, что он тоже очень сильно возбужден.
Голова закружилась, сладкая тьма окутала мозг, не оставив ничего, кроме острого физического желания. Кэтрин расслабилась в руках Джошуа, и в какой-то болезненного наслаждения миг ощутила жесткое, непроизвольное прикосновение его бедер. Поцелуй сделался жарче, агрессивней, и она покорно раскрыла губы, с готовностью отзываясь на него. Руки Джошуа оказались на ее груди… Но затем он внезапно оторвался от нее с прерывистым вздохом и быстро направился в дальний конец комнаты, оставив Кэтрин в полной растерянности.
Джошуа повернулся к ней спиной, явно пытаясь восстановить над собой контроль. И когда обернулся снова, она увидела, что румянец сошел с его щек, сменившись проступившей из-под загара бледностью.
 
– Прошу прощения, – ворчливо сказал он напряженным голосом. – Мне не следовало так поступать. Я всегда презирал мужчин, набирающих очки в споре при помощи секса.
– Так вот оно что?! – Кэтрин не могла прийти в себя от ярости и унижения. – Вы воспользовались своей опытностью, чтобы набрать очки?
Он смущенно провел рукой по волосам.
– Боюсь, что так. Во всяком случае, что-то вроде этого… Простите, Кэтрин.
Извинения Джошуа ничуть не уменьшили ее досаду на него и злость на себя. Кэтрин слишком хорошо понимала, с какой страстью ее тело отозвалось на его ласки. Ей и без того казалось, что она постыдно предает свою любовь к Роберту, признавая, что Джошуа Хант способен вызвать в ней дрожь желания. А то, что она оказывает на него такое же действие, делало ситуацию в некотором роде даже еще хуже. Почему ее не покидает ощущение, что Джошуа не хочется признавать ее привлекательной в сексуальном отношении? Почему ему не меньше, чем ей самой, не хочется признаться в силе их взаимного сексуального притяжения?
Кэтрин с вызовом вскинула подбородок, решив обратить все в шутку, но поняла, что ее попытка рассмеяться не удалась.
– Что ж, пожалуй, я должна испытывать благодарность за вашу честность. По крайней мере, вы не пытаетесь сделать вид, что то, чем мы только что занимались, было любовными ласками.
Снова последовало напряженное молчание.
– Нет, – сказал он наконец. – Я знаю, что это не так.
Его сухой ответ больно задел Кэтрин. Разумеется, по логике вещей, она должна была ожидать чего-то подобного и все-таки в глубине души надеялась, что Джошуа начнет разубеждать ее… Она обхватила себя руками за плечи, но тут же опустила руки, раздраженная инстинктивным стремлением к самозащите, которое сквозило в этом жесте.
– Ну что ж, Джошуа, не думаю, что тут можно что-либо добавить…
– Нет, можно! – Ее поразила горячность и поспешность его ответа. – Кэтрин, прошу вас, не будем заканчивать вечер таким вот образом! Давайте пойдем на прогулку, сейчас так красиво. На небе полная луна, мы можем полюбоваться на океан…
– Не слишком-то я настроена гулять под луной…
– Почему же? – Он протянул было к ней руки, но тут же сунул их поскорей в карманы. – Кейти, я просто не могу припомнить, когда еще так наслаждался обществом женщины! Я давно уже понял, что вы весьма незаурядная личность, и думаю, что мы можем стать добрыми друзьями, если только я сейчас все не испортил. Давайте начнем все с начала! Пожалуйста!
Кэтрин посмотрела в окно. Голос Джошуа звучал с неподдельной искренностью, и ее сопротивление ослабело.
– Что ж, вечер и в самом деле хорош.
– Да, вечер чудесный, уверяю вас! – улыбнулся он.
Она вышла вслед за ним из дома, и они направились, не дотрагиваясь друг до друга, по холодной траве, а затем по посыпанной гравием дорожке вниз на пляж. Небо было кристально ясным, полная луна бросала эфемерный серебряный блеск на море и песок. Кругом стояла такая тишина, что Кэтрин начало казаться, будто они одни во всей Вселенной. Единственными звуками был шорох мелкого песка у них под ногами да плеск волн, набегавших на берег.
Кэтрин сняла сандалии и прошлась по кромке океана, наслаждаясь прохладой воды, лизавшей ей щиколотки. Джошуа тоже снял спортивные туфли и шел рядом с ней. Они молча смотрели на черный и огромный Атлантический океан. В сотне ярдов от берега волны ломались о какой-то невидимый барьер, взметая вверх тучи белой пены. От зрелища этой взлетавшей в небо пены, которая сверкала в лунном свете, у Кэтрин исчезли остатки злости.
Она нагнулась и провела пальцами по воде.
– Как мне хочется завязать в узелок немного этого покоя и привезти к себе на Манхэттен! – тихо произнесла она. – Я рада, что вы позвали меня сюда, Джошуа.