Инь и Ян (СИ)

Конец — всего лишь часть пути.
И я не прощаюсь с вами.
Самое первое, что заметила Гермиона, — это изменения Малфоя. После того диалога, произошедшего между ними февральским днём, Драко словно подменили. Вместо заносчивого ублюдка, издевавшегося над девушкой при каждом удобном случае, появился неплохой парень, с которым можно было говорить о чём угодно и сколько угодно. Слизеринец стал прекрасным другом и напарником на совместных уроках.
Грейнджер знала, что Драко умён, но девушка никогда и не догадывалась, насколько. Она только со временем осознала, как идеально они дополняли друг друга. Порой изворотливость Малфоя поражала её, особенно когда дело доходило до поздних вечерних прогулок, которые слизеринец пытался устраивать каждую неделю.
Драко частенько подходил к ней в библиотеке и рассказывал о различных книгах, которые читал в мэноре. Грейнджер с жадностью слушала эти рассказы, а стоило ей один раз сказать, что она с удовольствием прочла бы какую-нибудь книгу из библиотеки Малфоев, Драко на следующий же день ждал её на их месте с тем самым фолиантом.
Улыбка весь вечер не сходила с её лица, пока она наблюдала за тем, как он читает. Малфой был красив. Ровные платиновые пряди спадали на глаза, и Драко частенько отвлекался от текста, чтобы их поправить. Гермиона нередко ловила себя на мысли, что хотела бы прикоснуться к нему, провести кончиками пальцев по бледной коже и ощутить её бархат. Хотелось часами напролёт смотреть, как зелёная мантия небрежно висела на его плечах, почти спадая и тем самым открывая взгляду широкие плечи. Как длинные пальцы постукивали по столу, отбивая какую-то странную мелодию.
Но ещё бóльшую дрожь Гермиона ощущала, когда сталкивалась с ним взглядом. Глаза Драко были отдельным видом искусства, которое она хотела изучать часами. Грейнджер нравилось наблюдать за тем, как сменялись эмоции и отражались солнечные блики в его ртутных зрачках.
Грейнджер даже пару раз ловила себя на мысли, что ей хотелось прикоснуться к нему по-настоящему. Наконец-то ощутить, как заверенная связь наполняет её с головы до пят, а идеально холодный облик Драко разбавляется тёплыми оттенками. Но Гермиона каждый раз останавливала себя. Каким бы хорошим ни был с ней Малфой, девушка помнила, как сильно ранили его слова. Да и к тому же он не давал никаких гарантий, что после принятия связи не поступит так ещё раз.
И Малфой видел это. Эту борьбу между её разумом и сердцем, где победу всегда одерживало первое. Драко поджимал губы, но ничего не говорил. Стоически игнорировал рвущийся наружу яд и терпеливо ждал. Парень впервые не хотел ни на кого давить, чтобы получить желаемое. К тому же, какие потом между ними выстроятся отношения, если он возьмёт всё силой?
Драко поморщился и продолжил читать текст, чтобы хоть как-то отвлечься от дурных мыслей. Малфой закинул руку на спинку сидения и аккуратно коснулся пальцами кончиков её кудрявых волос, стараясь не задеть открытую кожу. Грейнджер позволила ему это и придвинулась ближе, вдыхая аромат парня. И слизеринцу на удивление хватало такого контакта с ней. Она хотя бы дала ему шанс, и он никак не мог потерять его.
Так прошёл весь март и половина апреля.
Вторая же половина апреля была насыщенной на эмоции. Грейнджер искренне смеялась над его шутками, когда они шли в Большой зал. Когда изредка наведывалась на квиддичное поле, чтобы подождать парня. Когда он в шутливой форме рассказывал ей о важных вещах.
А он расцветал от её улыбки. Наблюдал, как от искреннего смеха на левой щеке Грейнджер появлялась ямочка. Малфой постоянно подавлял в себе желание ткнуть туда пальцем и вызвать недоумение на девичьем лице. Он часто одёргивал себя, даря ей хитрую улыбку.
Такой Драко нравился Гермионе, и она ощущала, как влюблённость нежно обнимала её за плечи и шептала, что ей нужно завершить связь. Но разум девушки упорно игнорировал голос связи и души — ей приходилось подавлять свои чувства.
Но с каждым шагом Драко Гермиона ощущала, как разрушались некие блоки в её разуме от одной его улыбки.
 
А в мае Малфой стал дарить цветы. Лавандовые букеты появлялись практически каждый день в гостиной Гриффиндора с неизменной подписью:
Для тебя. Только для одной тебя.
И Гермиона таяла. Чувствовала, как бабочки порхали в животе, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Он так старался, что в один из тёплых майских вечеров Грейнджер не удержалась и поймала его у входа в Большой зал. Малфой удивился такой прыти, но решил поддаться ей и не задавать вопросов, пока девушка вела его в неизвестном направлении. К своему собственному удивлению Драко доверял ей. Абсолютно. На сто процентов. Слизеринец был уверен, что такая милая, но воинственная девушка ни за что не причинит ему физическую боль.
Гермиона не знала, что творила, пока в тишине замка тащила парня за рукав мантии на Астрономическую башню. Но стоило им подняться наверх, Грейнджер поняла, зачем сделала всё это.
Небо было идеально чистым, а погода — тёплой. Майский ветер приятно ласкал открытые участки кожи и трепал пряди кудрявых волос, разнося по башне запах мандарина. Драко с жадностью вдохнул этот аромат и, встав по правую руку от Грейнджер, устремил взгляд в небосвод.
— Зачем ты притащила меня сюда, душа моя?
Гермиона вздрогнула и перевела взгляд на Драко, который задумчиво смотрел в небо.
— Я подумала, что было бы неплохо провести хоть один вечер вот так: смотреть на звезды и просто молчать, — Грейнджер ухватилась за свою платиновую прядь, бережно наматывая её на палец. — Знал бы ты, как хорошо с тобой просто помолчать.
Драко удовлетворённо хмыкнул, но ничего не сказал. Он удивлялся тому, как всего за полгода существования этой связи между ними Грейнджер стремительно влетела в его жизнь и забрала покой. Девушка сама того не ведая заставляла Малфоя меняться, и слизеринец ощущал это. Наверное, было бы глупо признавать этот факт, но парень был благодарен ей за это.
И даже если связь между ними не завершится, Малфой был уверен — теперь его жизнь будет складываться по-другому.
***
Взбудораженные крики толпы, шум трибун, скандирующих названия двух противостоящих факультетов, и солнечное утро — именно так Драко Малфоя встретил последний турнир по квиддичу. Парень вальяжно вошёл на поле, крепко держась за метлу. Он был на удивление спокойным и больше не ощущал того тремора, который мучил его раньше перед каждой игрой.
Драко расслабленно выдохнул и внимательно посмотрел на трибуну Гриффиндора, выискивая глазами кудрявую макушку. Малфой нахмурился, потому что нужного человека там не было, хотя она обещала ему прийти. Парень тяжёлым взглядом обводил каждый миллиметр поля в поисках её. Облегчение затопило с головой, но в эту же секунду он ощутил, как раздражающая ревность вцепилась когтями в его душу.
Она шла с Поттером, который весело рассказывал ей о чём-то, слабо приобнимая за плечи. Драко мысленно застонал и в последний раз посмотрел на неё, перед тем как повернуться к своей команде. Грейнджер оделась в цвета Гриффиндора, и, казалось бы, в её внешнем виде не было ничего странного. Однако парень заметил кое-что, и на его губах невольно расцвела улыбка.
Платиновую прядь у лица удерживала небольшая заколка в виде змеи, которая была выполнена из серебра и изумруда. Драко знал это украшение, потому что сам же его и подарил в честь того, что его семья приняла их с Гермионой связь. Нарцисса Малфой была искренне счастлива за сына и с нетерпением ждала, когда связь завершится полностью, и он вместе с Грейнджер прибудет в поместье, чтобы начать их знакомство с самого начала.
 
Реакция Люциуса поразила парня до глубины души. После того, как Драко упомянул при нём связь соулмейтов и рассказал, кто именно является его родственной душой, глава семейства лишь презрительно скривил губы и поинтересовался, как проходит этап сближения между ними. Слизеринец несколько секунд таращился на отца, ожидая каких-нибудь едких комментариев или предложений убийства, но тот молчал и стоически терпел скептические взгляды собственного сына.