Инь и Ян (СИ)

Гермиона не успела моргнуть, как Драко подхватил её под бедра и поставил на ноги рядом с собой. Юбка скатилась по бёдрам, оставляя девушку в нежно-мятном кружеве. Малфой пристальным взглядом осматривал девушку перед собой, наслаждаясь видом её ровных ног и восхитительной груди.
Продолжая сидеть, Малфой взял ладони Грейнджер в свои и потянул их к своему паху, подталкивая её к действию. Гермиона закусила уголок нижней губы и наклонилась настолько, что возбуждённые соски соприкасались с открытой кожей. Малфой чуть вздрогнул от этих ощущений, и его пальцы нежно очертили девичье лицо, пока она боролась с завязками на его брюках.
Слизеринец нежно улыбнулся ей, когда она справилась со своим заданием и подняла на него ликующий взгляд. Драко поднял руки на уровень её лица и поймал в плен желанные губы. Медленно отодвигаясь назад и усаживаясь на скамейку поудобнее, Малфой широко расставил ноги. Натянув улыбку чеширского кота и поманив девушку пальцем, она наблюдал, как она, покачивая бедрами, садится сверху.
— Изумительная, — шептал Драко, пока его ладони медленно скользили вдоль девичьих бёдер, пробираясь к кромке нижнего белья. — Просто пиздец, какая невероятная, — через ткань прикоснулся к клитору, неспешно лаская его. — Скажи мне, Грейнджер, случится ли так, что я буду завидовать самому себе, пока мой член будет погружаться в тебя?
Грейнджер задержала дыхание, ощутив пальцы Малфоя в себе. Драко с ухмылкой на губах смотрел на то, как тяжело дышала Гермиона, пока его рука неспешно двигалась в ней. Острые ногти всё сильнее впивались в мужские плечи, а стоны с каждым толчком становились громче и пронзительнее. Гриффиндорка ощущала, как её переполняли эмоции, а по венам сильнейшими разрядами бил приятный ток.
Гермиона не знала, было ли это проделками связи или же её собственное воображение играло с ней, но ей показалось, словно каштановая прядь в волосах Драко стала ещё ярче. Через секунду губы Грейнджер обрушились на его рот, и Малфой сквозь поцелуи с жадностью вкушал каждый девичий стон. Руки гриффиндорки запутались в платиновых волосах, а движение её бёдер стали яростнее и быстрее, слизеринец понял — она на грани.
Парень мгновенно схватил девушку за шею и остановил её, поймав на секунду разочарованный взгляд. Драко чувствовал, как смазка Грейнджер стекала по его пальцам, пока он медленно, с особой издёвкой убирал свою руку. Его чертовски сильно возбуждало то, какими были её глаза. Пелена похоти и желания полностью скрыла разноцветные радужки, оставляя только чёрный зрачок. Это выглядело воистину сексуально.
Драко жестом приказал Гермионе подняться с его бёдер, чтобы быстрым движением стянуть мешающие брюки вместе с боксерами. Болезненный узел в низу живота требовал скорейшей разрядки, а связь, бурлившая под кожей, хотела ещё больше прикосновений и поцелуев. Это разрывало парня на части. Но последней каплей был умоляющий взгляд Грейнджер, который метался между его членом и лицом. Лукавая ухмылка исказила его приятные черты лица, стоило ему разочек провести рукой по стволу вверх вниз под пристальным взглядом каре-серых глаз.
— Хочешь? — прикусив губу, спросил парень, когда её маленькая ладошка прикоснулась к его члену. — Отвечай, Грейнджер, ты хочешь? — хриплый голос Драко выдавал его с головой, и Гермиона тут же несколько раз кивнула. — Тогда давай сама, душа моя.
Приятные мурашки пробежали вдоль его позвоночника, а тело напряглось, как только он ощутил, как нечто горячее и влажное опустилось на него, сжимая. Из груди Малфоя вырвался глухой стон, и он вскинул голову к потолку, молясь Мерлину, чтобы это не было сном и плодом его больной фантазии. Но нет — Грейнджер сидела на нём сверху в позе наездницы и плавно двигалась вверх вниз по всей его длине, даря головокружительные ощущения. Руки по наитию потянулись к девичьей талии, пока его бедра задавали нужный ритм.
Ему захотелось рычать, когда он услышал громкие стоны девушки. Пальцы до синяков впились в нежную кожу, стоило ему ощутить зубы Гермионы, которыми она прикусила пульсирующую жилку на его шее. Связь сильнейшими разрядами тока била прямо в сердце, заставляя его вбиваться в податливое тело быстрее и жёстче. Разум давно лежал в отключке от мощнейшего нокаута желания. Драко лишь на секунду задумался о том, что Грейнджер, возможно, испытывала дискомфорт от этого.
 
Малфой был безмерно рад тому, что она не была девственницей, хотя чувствовал в себе тот самый неприятный червячок ревности. Он обязательно спросит об этом, но позже. И мгновенно забудет, потому что теперь это не имело никакого значения — она добровольно приняла эту связь, и он ни за что не отпустит её после этого.
Гермиона одной рукой крепко вцепилась в плечи Драко, а другой схватила за подбородок, заставляя посмотреть на неё. Её губы снова накрыли мужской рот в попытке поделиться с ним страстью, которая накатывала на неё снежным комом. Сильные толчки Малфоя отдавались приятной пульсацией внутри, а пальцы на ногах подгибались от наслаждения. Руки слизеринца с жадностью впились в мягкую кожу, и Грейнджер понимала — после произошедшего на теле будет множество синяков и меток от Драко.
Её зубы с силой прикусили его нижнюю губу, и она ощутила привкус крови, когда Драко коснулся до нужной точки внутри неё. Гермиона стряхнула его руку со своей талии и, поймав её, переплела пальцы. Они как одержимые смотрели друг другу в глаза, чувствуя, как крепко их обвивают невидимые нити связи. Грейнджер целиком отдала себя страсти и Малфою, и единственное, что ей оставалось, — это принять его и его похоть.
Его руки так невероятно чувствовались на её теле, словно были созданы для этого. Его член приятно растягивал её, а горящие нежностью глаза завораживали. Абстрагировавшись от всего этого, Гермиона ощущала лишь грубые толчки внутри себя и сердце, готовое вырваться сквозь грудную клетку и полететь к нему. Грейнджер прислонилась к нему лбом и начала говорить бессвязный бред:
— Драко, ещё! Пожалуйста, мне так мало тебя. Хочу больше. Драко, пожалуйста!
На Драко эти просьбы подействовали, словно красная тряпка в руках матадора. Зарычав, он двумя руками схватил девушку за бёдра, насаживая ещё жёстче и сильнее. Аккомпанемент стонов и шлепков кожа о кожу создавали для Малфоя идеальную мелодию — он хотел прожить с Грейнджер всю жизнь, слушая всё это каждый божий день.
Он ощущал, как стенки её влагалища стали неумолимо сокращаться, унося обоих куда-то выше облаков. Сорванный голос Гермионы приятно ласкал его слух, а по венам патокой разливалось предвкушение расслабления и освобождения. Драко кончил с хриплым стоном, ещё крепче вцепившись в хрупкое тело девушки, дрожавшей от удовольствия.
Приятная судорога подарила долгожданное освобождение, они устало прильнули друг к другу потными телами. Гермиона ощутила удовлетворение и слабо улыбнулась в ключицу тяжело дышащего Драко. Ей впервые было действительно хорошо после секса, и Грейнджер на секунду задумалась над тем, что дело было далеко не в их связи соулмейтов. Между ней и Малфоем всегда была вражда, которая в конечном итоге вылилась в то, что он громко стонал и рычал под ней, стоило девушке чуть изменить угол проникновения. Им давно было нужно просто потрахаться и снять напряжение именно таким способом. Даже если бы они и не были соулмейтами.
Её руки крепко обняли его за плечи, пока она пыталась взять себя в руки и подняться с него. Встать, конечно, получилось, но удержаться на ногах — нет. У неё подогнулись колени, как только она отстранилась от Драко — если бы не крепкие руки и быстрая реакция Малфоя, она бы упала. Грейнджер снова оказалась в объятиях блондина, а его губы покрывали мягкими поцелуями её щеки.
 
Она не знала, сколько прошло времени. Драко пальцами проводил по её голой коже, ощущая долгожданную свободу и счастье. Прижав хрупкое тело девушки ближе к себе, Малфой глубоко вдохнул в себя запах лаванды. Слизеринец усмехнулся.
Забавно — теперь лаванда ассоциировалась у него с счастьем вместо былого безразличия. Драко был безгранично благодарен судьбе за такой подарок в лице Гермионы Грейнджер, которая слишком открыто прижималась к нему.