Пожиратели миров (СИ)

Но не всё было столь радужно. Особенно когда она просила пригласить Гранта к себе в гости.
— Простолюдин? — поморщил нос отец, сидя за столом.
— Одарённый простолюдин, — поправила его Алианетта, будто это могло что-то исправить.
— И тем не менее без семьи и рода. Беспризорник с улицы, который, возможно, только вчера крал с прилавков, —­ с укором заметил он.
— Не думала, что теперь в нашей семье смотрят не на силу и ум, а на происхождение.
— Смотрят на происхождение, когда речь касается кого-то, кто метит моей дочери в мужья.
— Он никуда не метит, — фыркнула Алианетта.
— Возможно. Возможно, так оно и есть. Но ты-то к нему явно приглядываешься, Али, — заметил он, смерив её суровым взглядом.
Они сидели в кабинете её отца, который передавал всю суть этого человека — строгий, стильный, дорогой, в тёмных тонах. Резные шкафы из редкого тёмного дерева, огромный стол, который выглядел монументальным. Казалось, что комната поглощает сам свет.
— Я хочу пригласить его к нам. Нашему дому нужны такие люди. Он перспективный: лучший по математике, по физике, умный, в конце концов, он спас меня и разобрался с тем демоном.
— Кто разобрался с демоном, ещё большой вопрос, — ответил отец.
— И тем не менее он спас меня, и мне кажется, этого достаточно, чтобы ты познакомился с ним поближе. Почему я не могу пригласить никого к себе в гости?
— Потому что ты аристократка? И потому что должна водить дружбу с равными себе? ­— наигранно удивлённо спросил отец. — А не приглашать не пойми кого.
­— Он пойми кто, — буркнула дочь. — Он учится в гимназии Гагарина, хоть это должно что-то значить.
— Должно, — кивнул он. — Да, должно, Али, и я бы с удовольствием взял такого человека к себе в люди, если он такой, каким его описывают. Но я знаю, по какой причине его приглашаешь ты. Ты не понимаешь, что я хочу уберечь тебя от такой глупости?
— А что ты мне прикажешь делать?
— Не знаю, может попробовать познакомиться с…
— Твеном? Этим придурком?
— Попридержи язык, молодая леди, — строго произнёс он. — Он умный сильный парень, который…
— Который проиграл дуэль неодарённому, устроил истерику и выстрелил ему в спину! Вот такой он хороший! Так ещё и младше меня!
— Он защищал твою честь.
— От чего⁈ От её наличия⁈ Я не видела его и не собираюсь его видеть, такую тряпку, которая вдруг решила, что имеет на меня какие-то права.
— Ты могла бы дать ему шанс, — настаивал отец. — Глядишь, он бы тебе и понравился. Нашли бы общие интересы. Я слышал, что он делает успехи и собирается пойти на охотника. Его родители…
— Надо было тебе с его родителей и начинать, — фыркнула она.
— Его родители, — твёрже и строже продолжил отец, — влиятельные люди. Мать — глава администрации Перта-Фронта, отец — глава заседания нашего региона.
— А сын истеричка.
— Какой ужас… — наконец сдался отец, устало спрятав лицо в ладонях и потерев глаза. — Почему ты не можешь быть такой же покладистой, как твоя сестра?
— Соглашаться встречаться с теми, на кого ей укажут вопреки собственным чувствам?
— Прислушиваться к советам отца.
— Она не прислушивается, ей не оставили выбора, и благодаря тебе Катэрия теперь встречается с этим сутулым глистом.
— Он нормальный крепкий умный парень.
— Он скользкий и некрасивый придурок, под которого ты хочешь заставить её лечь! Тебе самому не противно⁈
— Так, хватит! — рявкнул отец, хлопнув по столу ладонью. Вся комната завибрировала от той силы, которая показалась в нём и даже Алианетта вжалась в кресло. — Как будешь матерью, так и будешь своим детям потакать во всём! Я даю вам будущее! Я даю вам мужей, о которых мечтают многие! Чтобы ВЫ, ВАШЕ БУДУЩЕЕ было безоблачным!
— А мы сами несчастны⁈ — вскрикнула Алианетта едва ли не со слезами на глазах. — А наше счастье тебя совсем не волнует⁈
Повисло тяжёлое молчание.
Отец любил своих дочерей. Он души в них не чаял и был куда мягче, чем с сыном. Как они не могли понять, что он хочет лишь того, чтобы их будущее было надёжным и безоблачным, где они всегда будут жить в достатке и безопасности, не зная горя?
 
Почему с женщинами так тяжело?
Сейчас он как никогда скучал по жене, которая могла всегда подобрать нужное слово и найти выход из любой щекотливой ситуации. Она была мудра и умна. Знала, когда надо промолчать, а когда сказать помягче, подобрав то самое нужное слово, которое могло бы утихомирить бурю.
Они молчали минут пять, прежде чем отец наконец решил свести всё к миру.
— Когда у тебя будут дети, ты меня поймёшь, — тихо и спокойно произнёс он.
— И я никогда не буду выдавать их за всяких подобных, — пробурчала та обиженно.
Отец сделал над собой усилие, чтобы пропустить это мимо ушей.
— Можешь пригласить этого… твоего друга к нам в гости, — выдавил он из себя.
— Правда? — тут же оживилась его младшая дочь.
— Да, но с одним условием.
— Каким? — прищурилась Алианетта.
— Ты встретишься с Твеном.
— Да ни за что!
— Просто познакомитесь. Мы посетим его семью, придём на приём, не более, и ты с ним познакомишься. Поговоришь, узнаешь его получше. Глядишь, он окажется не таким уж плохим, каким тебе кажется.
Алианетта сомневалась в тот момент. Но в конце концов, их же не на свидание отправляют, верно? Ни к чему не обязывающая официальная встреча, где они между делом познакомятся. Всё будет выглядеть как случайность, и она не будет давать ложных надежд этому мерзкому мальчишке. Встретится, поприветствует, пообщается пару минут и попрощается. Всё на первый взгляд просто.
Хотя с её отцом ничего просто не бывает, однако последнее решение будет за ней, как никак, а значит…
— Ладно… — выдохнула она.
Отец лишь кивнул.
— Тогда можешь отсылать приглашение. Лишь предупреди меня заранее о его визите, будь так добра.
И вот Алианетта сидит у себя, прихорашиваясь и мечтая о том, как замечательно пройдёт эта встреча. Глядишь, и быть может даже отец смягчится по отношению к Гранту. В конце концов, её мать тоже была безродной, пусть и из людей семьи. И ничего, никому от этого плохо не стало.
* * *
Контрольная была простой, позорно простой, чтобы её могли дать тем, кто учится в гимназии, что считается эталоном школьного образования. И тем не менее, как оказалось, для многих она стала непосильной.
— Эй, пс-с-с, Грант, какой вариант?
Девушка справа по имени Рондо с мольбой в глазах смотрела на меня.
— Третий, — одними губами ответил я, и получил в ответ судорожный вздох. Человек был явно не готов несмотря на все надежды преподавателя.
Математика, самая простая из дисциплин, оказалась для класса тех, кто хотел связать своё будущее с профессиями, где нужна точность, непосильной. Я даже не знаю, на что они рассчитывают, учась здесь. Более того, мне теперь страшно представить, что из себя представляет здесь научное сообщество и как оно вообще существует, когда их будущее поколение не может вычислить в уме столь простые задачи.
— Грант, Грант! Какой вариант? — уже с другой парты меня спрашивает парень по имени Бронардо.
— Третий.
Тот тоже судорожно вздыхает.
Преподаватель всеми силами пытается показать, что ничего этого не замечает. Уже в четвёртый раз класс не может написать контрольную нормально, и ему жизненно необходим результат. В этом причина его слепоты и глухоты.
— Грант, — вновь Рондо. — Что здесь будет?
Она показывает со своего места уравнение. И так как я уже на половине пути к завершению, у меня есть время подсказать. Мне тоже требуется помощь по той же литературе, поэтому сегодня помогаю я — завтра мне. И никто не отменял того, что это укрепит мои отношения с детьми влиятельных родителей.
Я быстро пробегаю глазами по уравнению, после чего даю ответ.
— Корень из «икса» в квадрате, делённого на шесть «А», в скобках «игрик-икс».
— А у меня?
Я смотрю теперь на уравнение Бронардо.