Очерки по истории русской церковной смуты
Возлюбленные о Господе Преосвященные Архипастыри!
Лишенные на время высшего руководства, Вы управляйте теперь своими епархиями самостоятельно, сообразуясь с Писанием, священными канонами; впредь до восстановления Высшей Церковной Власти окончательно решайте дела, по которым прежде испрашивали разрешения Святейшего Синода, а в сомнительных случаях обращайтесь к нашему смирению.
Честные пресвитеры и все о Христе служители алтаря и церкви!
Вы близко стоите к народной жизни, вам должно быть дорого ее преуспеяние в духе православной веры. Умножьте свою священную ревность. Когда верующие увидят в вас благодатное горение духа, они никуда не уйдут от своих святых алтарей.
Братья и сестры о Господе — наши пасомые! Храните единство святой веры в союзе братского мира. Не поддавайтесь смущению, которое новые люди стремятся внести в ваши сердца по поводу учений нашей православной веры. Не склоняйтесь к соблазну, которым они хотят обольстить вас, производя изменение в православном богослужении, действуя не законным путем Соборного Постановления, но по своему почину и разумению, не повинуясь голосу древних Вселенских отцов и великих подвижников, созидавших наши церковные уставы, не обольщайтесь беззаконием путей, которыми хотят повести вас новые люди какой-то новой церкви; ищите законных средств и путей, которыми должно устранять церковные нестроения; держитесь и не порывайте союза со своими духовными пастырями и архипастырями. Повинуйтесь с доброй совестью просвещенной Христовым светом государственной власти, несите в духе мира и любви свои гражданские обязанности, памятуя Завет Христов: воздадите кесарево кесареви и Божие Богови. Наипаче же увеличьте молитвенный подвиг, ограждая себя им от наветов духа злобы, врага нашего спасения.
Итак, возлюбленные о Христе чада, храните учения, чины и уставы веры нашей, храните вся преданная нам, держитесь Церкви Божией, знайте, что уходящие от святой Церкви оставляют своего Спасителя. «Тем же убо, братие, стойте, — говорит апостол, — и держитесь предания, им же научистеся или словом или посланием нашим» (Второе Сол. 2,65)
5/18 июня 1922 года, № 214, Ярославль:
Заместитель Святейшего Патриарха (подпись)
смиренный Агафангел,
Божией милостью Митрополит Ярославский».
(подписи правителя дел и секретаря) Это послание было напечатано в типографии на отдельных маленьких листочках.
Вслед за этим по Москве в те дни стала распространяться следующая листовка, подписанная обществом ревнителей православия.
«БРАТСКОЕ ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЕ
ЧАДАМ ИСТИННОЙ ЦЕРКВИ ХРИСТОВОЙ
«Теперь появилось много антихристов… Они вышли от нас, но не были наши, ибо если бы они были наши, то остались бы с нами, но они вышли и через то открылось, что не все наши». (1-е послание ап. Иоанна 2,18–19)
1) Несмотря на то что Святейшего Патриарха с угрозами понуждали к полному отречению от Патриаршего престола, он этого не сделал, а 2) За фактической невозможностью, вследствие своего ареста, стоять во главе церковного управления временно передал свои права старейшему из митрополитов — Агафангелу, митрополиту Ярославскому, который, таким образом является единственным законным возглавителем высшего церковного управления. Сказанное выше подтверждается: а) письмом Святейшего Патриарха к протопресвитеру Любимову (3 мая 1922 года) и 6)письмом на имя соединенного присутствия Синода и Высшего Церковного Совета (21 апреля). 3) Верховное управление Московской епархии также принадлежит митрополиту Агафангелу, так как Московская кафедра связана с патриаршеством. Что касается епископа Леонида, то ему поручено было патриархом временное заведывание делами до приезда в Москву Клинского епископа Иннокентия. По не вполне выясненным причинам епископ Иннокентий доселе не прибыл в Москву, не мог выехать в Москву и митрополит Агафангел. Таким образом, кратковременное, по мысли патриарха, пребывание епископа Леонида управляющим Московской епархией естественно затянулось. 4) Как ни прискорбно это обстоятельство, но с этим можно было бы скрепя сердце мириться, если бы епископ Леонид не выходил в своих действиях за пределы предоставленной ему власти. Но когда он, в сообществе с не имеющим никакого канонического отношения к Московской церкви епископом Антонином и самочинными иереями Калиновс-ким, Красницким и другими, дерзнул присвоить себе права высшей церковной власти и стал поставлять, вопреки основным каноническим правилам, епископов, и даже осмелился уволить на покой митрополита Петроградского Вениамина, чего не имел бы права сделать лично сам Патриарх, то этим он явно ступил на путь нетерпимого беззакония и отделил себя от церковного тела. 5) Поэтому «хранитель благочестия» (говоря языком Послания Восточных Патриархов) — православный народ должен решительно отвергнуть узурпаторов церковной власти, не вступая с ними в общение и не допуская молитвенного возглашения их имен в храмах. 6) Те православные иереи и миряне, которые будут поддерживать церковное общение с самочинно раскольничьей иерархией, тем самым являются вместе с нею извергнутыми из тела церковного, т. е. отлучившими себя от Христа.
Братство ревнителей Православия.
Издание друзей истины». (Прим.: напечатано в типографии без какого-либо обозначения места и года, мелким шрифтом, листовками).
Е.А.Тучков был совершенно ошеломлен такой неожиданностью. Ошеломлено было и ВЦУ. Митрополит Агафангел был немедленно арестован и отправлен в ссылку, в Нарымский край. Однако появление этого воззвания и листовки указывало на то, что беспринципная линия В.Д.Красницкого и К° наталкивается на резкий отпор в церковной среде. Впрочем, и среди обновленцев, которых вовсе не следует всех, отождествлять с Красницким, назревал протест против политики, которую проводили продажные и случайные лица, неожиданно очутившиеся у церковного руководства. Была и другая, гораздо более принципиальная и чистая линия в расколе — ее выразителем был искренний и мужественный епископ Антонин Грановский.
Чтобы уяснить себе это переплетение двух линий в расколе, необходимо остановиться на его внутренней жизни. К внутренней жизни раскола в эти бурные дни 1922 года мы и обратимся.
Год 1922-й
«Не следовало бы тебе злорадно смотреть на день брата твоего, на день отчуждения его; не следовало бы радоваться о сынах Иуды в день гибели и расширять рот в день бедствия.
Не следовало бы тебе входить в ворота народа Моего в день несчастия его и даже смотреть на злополучие его в день погибели его, ни касаться имущества его в день бедствия его.
Ни стоять на перекрестках для убивания бежавших, ни выдавать уцелевших из него в день бедствия». (Книга пророка Авдия 1,12–14.)
Эти слова древнего пророка, обращенные к единокровному с иудеями народу Едома, вступившему в союз с врагами евреев, невольно вспоминаются, когда речь идет об обновленцах. В час величайшей драмы, которую переживала когда-либо Русская Церковь, часть ее служителей решила воспользоваться несчастиями своих братьев для личных выгод. Это опозорило обновленческое движение в глазах народа, оттолкнуло от него широкие массы и завело его в тупик.
Предательство и карьеризм — воплощением этих главных пороков обновленчества была «Живая Церковь».
Невозможно указать точную дату возникновения «Живой Церкви». Первоначально это было лишь название журнала, придуманное, как мы видели, свящ. С.Калиновским. Уже в первые дни после переворота этим именем стали называть все обновленческое движение в целом; термин «живоцерковник» стал в быту синонимом обновленца — сторонника майского церковного переворота. В это же время в стенах Троицкого подворья, на дверях одного из кабинетов, появилась загадочная надпись: «Центральный комитет группы «Живая Церковь». Это был штаб священника В.Д.Крас-ницкого, который сразу же задался целью создать стройную централизованную организацию, состоящую из особо отобранных людей, по типу политической партии. Самый термин «Центральный комитет» отнюдь не был случайностью. Как популярно объяснял священник Евг. Белков (первоначально ярый сторонник «Живой Церкви»), взаимоотношения между Высшим Церковным Управлением (ВЦУ) и Центральным комитетом (ЦК) группы «Живая Церковь» — были аналогичны взаимоотношениям между ВЦИК и ЦК РКП(б). Что касается самой группы «Живая Церковь», то она по мысли ее организаторов, должна была играть роль авангарда обновленческого движения.