Макс Шрёдингер (СИ)

Аня в рядах подпольного сопротивления. А я туда не хочу. Нам не по пути? И я туда же — либо чёрное, либо белое.
— А мне плевать, — решил вдруг я. — Я дождусь и глупостей делать не буду.
— Ты о чём?
— Мы сегодня должны были ко мне поехать.
Сергей засвистел, Паша выставил пятюню, но я её не дал.
— Пошляки хреновы. Её кто-то обижает, может ей ночевать негде, — хотя я сам в это не верил. — Посмотрели бы фильм и потрындели бы за жизнь.
Я, наконец, взялся за пиццу и от остроты слёзы полились из глаз.
— Смотри ты, Макс расплакался, — захохотал Серёга. — Дружище, всё будет хорошо!
— Иди в жопу, это пицца острая, — я похыкал, запил пивом, лучше не стало, но желудок был доволен. — Аня попросила высадить её раньше и вела себя странно, просила дождаться.
— Может бывший написал? — предположил Пашка.
У неё не было в руках телефона.
— Может и написал, — отозвался я эхом. — Сказала не делать глупостей. Давайте, ребят, вы у меня умные: какие глупости можно сделать? А то у меня с фантазией туго.
— Например идти в Нексус на следующий день после теракта? — хохотнул Паша.
— Ещё можно сопротивляться при аресте и дверь не открывать, — предположил Сергей.
— Я не сопротивлялся при аресте.
— Врать следователю? — пожал плечами Паша.
А вот это было. Но это уже совершённые глупости.
— А что можно учудить?
— Понимаешь, Макс. С твоей фамилией ли не знать, что поступок: он глупость и не глупость в суперпозиции. Определить, что это из двух можно только совершив его, — заметил Сергей.
— То есть, чтобы не совершать глупостей, — стал делать я вывод, — нужно ничего не делать?
— Точняк! — обрадовался Паша.
— Ну ты голова, — похвалил меня Сергей.
— Да это ж легко! — обрадовался вместе с Пашей я.
Мы смотрели анимэху про масштабные сражения и дворцовые перевороты, много смеялись, травили байки, а Паша с Сергеем вспоминали колягу, в которой вместе учились. В одиннадцать тридцать уехал на работу Серёга, ближе к часу свалил Пашка, я ещё позалипал в телефон и отправился спать.
Я открыл глаза. Я понимал, что я всё ещё сплю, но сон был реальным.
Зал торговых автоматов. У меня в руках «майонез» — яркая большая упаковка с изображением яиц, горчичных шариков, блендера и ещё всякого по мелочи. Широкомордый мужик с короткой щетиной направил в мою сторону пистолет.
— Не трогай его, — раздался холодный голос Ани.
Мужик напрягся. Я же словил стресс кролика и не был в силах пошевелиться.
— Почему? Он свидетель, он всё видел.
Что я видел? Свидетель чего?
— Ты её слышал, Игорь? Не тупи! — ещё один женский голос сбоку. Я повернул голову, увидев длинноволосую чёрненькую с узкими глазами.
— Ну и что тогда делать? — развёл руками мордоворот Игорь.
— Я ему память сотру, пусть живёт.
— Ой, Аня, откуда такая жалость к… как ты нас называешь? Смертные?
— Он миленький, — залилась она краской и совершила несколько пассов руками.
Я проснулся, садясь в кровати. Был ещё час до начала рабочего дня. Ощущение после сна было немного паршивым. Она была там, она была среди них, она командовала ими. Аня, моя Аня. Или всё же не моя? Нужно было её увидеть, услышать её версию истории, понять её и принять! Или не принять, но об этом даже думать было больно.
Не делать глупостей — не делать ничего.
Я открыл программу по учёту времени на работе и зарегистрировал себе ещё один больничный. Своих предупредил, что до понедельника отлежусь и буду бодр и свеж. Сам же плюхнулся дальше в кровать, глядя в потолок.
Пролежал я не долго. Сходил, почистил зубы, переоделся во всё чистое, принялся пытать свой желудок, чего бы хотелось его величеству сегодня на завтрак. На завтрак его величество желал стейк со свежими черри. А черри, естественно, у меня не было. Я нырнул в коридор в поисках сандалий, как входная дверь распахнулась.
Двое, на головах маски с прорезями для глаз, в руках пистолеты. Я замер, не собираясь совершать глупости. Выпрямился. Медленно показал пустые руки.
«Никто не посмеет тебе навредить». После этой фразы шёл перечень травм, который сюда не включал разбитый нос и сломанную челюсть. Ну да ладно, она ж не на полном серьёзе это говорила. Но даже пустая фраза придала мне уверенности.
 
Кот направился к открытой двери.
— Зайдите внутрь и закройте дверь, а то кот выйдет, — сообщил я с бешено бьющимся в груди сердцем. Мысли все были о том, как меня сейчас будут паковать в машину — не самое приятное занятие. — Только поживее!
Они переглянулись, чел потоньше что-то буркнул вроде «он смеет нами командовать», но бугай посмотрел на него и подтолкнул войти, сам словил кота и отправил его в комнату, закрыв за собой дверь в квартиру.
— Надевай, руки за спину, — кинул мне мешок бугай.
— На что надевать?
Они переглянулись:
— Нам не говорили, что ты умственно отсталый. На голову надевай.
Второй достал верёвку.
Прыгнуть в комнату, а после с третьего этажа в окно и бежать. Это будет глупость или всё же разумное решение? Или глупостью будет дать себя связать и увезти в неизвестном направлении?
— Ну, чего стоишь?
  
Глава 5. Галантное похищение
 
— Р-ребята, — стал говорить я дрожащим голосом. — У меня самое важное задание в моей жизни и я очень не хочу его запороть, так что сразу скажу, что я с вами поеду куда скажете, но только давайте это сделаем по-моему.
Они переглянулись. Глупость или всё же нет?
— Ты что-нибудь понимаешь? Я ничего не понимаю, — сообщил верзила.
— Я не сопротивляюсь, — слегка осмелел я. — Но тут проблема: бабушка Валентина бывший майор полиции, она вас видела, когда вы заходили. Обычно на лавочке сидит и семки лущит в пакетик. Было такое?
— Было такое? — переспросил верзила.
Второй задумался и тут же кивнул.
— Она полицию тут же вызовет, если вы выволокчите… как это слово? — язык от стресса приклеился к нёбу. — Не важно. Если я на улице с мешком на голове покажусь, что будет?
— Всегда прокатывало, — буркнул здоровяк.
— И всегда с мигалками и шумихой, — подтвердил второй раздражённо. — Ну хорошо, и что ты предлагаешь?
— Я выйду первым, заверну за дом. Вы выйдете следом, поздороваетесь с ней и сядете в машину, подъедете, заберёте меня и мы поедем, куда вам нужно.
— Ага, так мы тебе и поверили, — буркнул здоровяк.
— Можете взять в заложники мой телефон.
— Нахуй нам твой телефон? — буркнул второй, что чуть побыстрее соображает. — Если ты нам соврал, то мы убьём твоего кота, понял?
— Не надо кота! — оживился здоровяк.
Второй на него посмотрел, как на идиота.
— И компы разнесём.
— Может просто компы? — вновь предложил здоровяк.
— Ничего не понадобится, ребята. Я вам доверяю, — с трясущимися ногами сообщил я. Не наделать глупостей сложно, когда глупости сами ко мне липнут. — Не подведите меня, хорошо?
Они переглянулись снова.
Я затолкал мешок в карман, во второй положил телефон, ключи и банковскую карточку и вышел из квартиры, бросив напоследок:
— Будете выходить, закройте дверь хорошо, чтоб кот не вышел. Я очень за него переживаю.
— Не парься, пацан, сделаем, — заверил бугай и получил тумака от тонкого.
Я спускался по лестнице — третий этаж же. Сам думал, правильно ли я поступаю. Моей жизни угрожает опасность, а та пигалица Аня, может она так, от балды сказала, чтоб я другую бабёнку себе не искал. Но нет, она командует Новым Бурсом и они её слушаются. Может я и туповат, но если тебя воруют, то, пожалуй, сопротивлением ничего хорошего не добьёшься. Придётся подчиняться.
Выйдя на улицу, я не встретил там Валентину, хотя парни утверждали, что видели её. Ну и славно, так даже лучше. Я завернул за дом, как и обещал, и принялся бороться с желанием пуститься в бега. Чёрта-с-два они меня догонят и найдут в районе, где машин наставлено чуть ли не в два ряда.