Периферия (СИ)

— Вот! — изрек он.
Желание выпить вообще редко посещало Ивана. Так, с мужиками на заводе, да и то, потому что «надо», вроде, все пьют — и как тут откалываться от коллектива. Но была еще одна причина. Электротехник подмечал, что после выпитого его, бывает, колбасит не по-детски. Если выпьет немного, то, вроде, всё нормально, ложится спать, и только голова наутро болит, но если чуть перебрать.
Вот тут на него сваливались те самые эффекты, что вчера он так хорошо вкусил в палатке: мир плывет, и по нему летают разноцветные линии. Иван даже в больничку ходил, там сказали пить перестать вовсе, но на всякий случай прописали те самые таблетки, после которых всё прекратилось. Тогда он списал это на особенности организма, но сейчас…
— И чего это ты выпить-то спозаранку захотел?
— Наливай лучше, не болтай!
Дворник озадаченно и с подозрением посмотрел на гостя. Поведение того казалось ему крайне странным, но желание выпить было сильнее. «Да и что может произойти? — подумалось ему. — Уволить-то его отсюда не могут, разжаловать ниже — уже некуда».
— А вот и налью! — задорно ответил он и полез в шкаф. Вскоре два граненых стакана ударились о стол. — Вот тебе штрафная!
Иван схватил стакан и одним глотком осушил горькую жидкость.
— Еще! — почти прокричал он.
— Вот это, мужик, тебя цепануло! Держи, только у меня немного… — они выпили вдвоем, чокнувшись, но тоста не произнеся, будто каждый прекрасно знал, за что он пьет.
— Да у меня в машине по-любому еще есть! Я притащу, ты наливай, — они выпили по третьей и сели за стол. — А закусить что есть, я-то на голодный желудок? — поплывшим голосом взмолился Иван.
— Сичас найдем, — ответствовал Сидор, — так ты чего это пожаловал? Рассказывай, ты обещал!
— Обещал, значит, расскажу. Всё расскажу! И про завод тебе расскажу треклятый, и про экспедицию военную. И про прорыв расскажу, за ликвидацию которого отпустили. Как выжил там — тоже расскажу, наливай!
***
— Неужто так всё и было?
— Конечно! Взял я огнемет, значит, и давай этих супостатов напалмом поливать. Вот так. Вжух-вжух! — Иван, покачиваясь, встал и начал показывать, как выжигал джунгли.
К тому моменту он уже успел сбегать к автотранспорту и откопать в своих загашниках еще пару бутылок. Они уже изрядно набрались, и эффекты зыбкой реальности стали возвращаться. Иногда, когда Сидор говорил, Иван проваливался в воспоминания. Видел другого человека. Того самого, из экспедиции, длинного, но вовсе не того. Да и будто не в Архызии они были. Потом голова пошла кругом, и он стал клевать носом.
— Эко ты, батенька, набрался. Тебе это, поспать надо, похоже, — озаботился его состоянием Сидор.
— Пфр-фр-фр, — попытался что-то возразить Иван.
— Ты энто, у меня тут ложись, не ходи никуда в таком виде. Сейчас проспишься, а там видно будет. Мне, тем паче, идти кострище запаливать надобно.
Иван недолго и неубедительно сопротивлялся, но вскоре с помощью Сидора повалился на жесткую кровать. В глазах всё кружилось, а разноцветные линии звали его за собой. Они всполохами показывали картинку за картинкой, увлекая в какие-то неведомые дали, и вскоре он провалился в сон.
Ему снилось, что вовсе это не он, а какой-то другой Иван в совершенно другом месте — и есть настоящий. Что он лежит там, простреленный и измученный, в каком-то бетонном здании, а люди делают вид, что заботятся о нём. Что уже он там в бреду видит прошлое: взрывы, стрекот электроавтоматического оружия, красная кнопка…
Он попытался пошевелить правой рукой, но та была закована в наручники. Похоже, это за дело. Да и сколько он там лежит? День? Неделю? Месяц? Видимо, так и предстоит ему закончить свой путь в этом захудалом госпитале на задворках Периферии. Он попросил воды, но на его просьбу никто не отреагировал, а медсестра неодобрительно фыркнула.
Потом был грохот. Выстрелы, взрывы. Вскоре в его палату вошел длинный человек в военной форме.
— Это он! Он здесь, — сообщил он по рации. — Иван Сергеевич, мы вас сейчас отсюда вытащим!
 
Отряд из пяти человек вывел его из здания и двинулся в сторону джунглей, подальше от города. Сначала Иван старался поспевать за ними, но вскоре рана на плече начала кровоточить, и он стал отключаться.
— Возьми его! — приказал одному из отряда длинный. — Иначе нам не поспеть.
— Но что будем делать? Они точно отрежут нам путь к Королевству.
— Напрямик у нас никаких шансов добраться до Железной стены. Придется идти через Архызию…
  
Глава 12
 
Таможенный терминал. Город основного звена Кипоя
Эльза стояла напротив терминала с трясущимися руками. Каждый раз, когда она туда приходила в последнее время, она испытывала один и тот же водоворот эмоций: неуверенность, страх, но одновременно и желание. Ее жажда приключений вырвалась наружу и заиграла новыми красками.
Сегодня она надела мешковатую одежду, а на голову — платок, чтобы прикинуться «бедной родственницей». Зачем-то взяла с собой трость — и похромала к терминалу. Какой это был у нее визит сюда? Третий? Другого способа отослать послания она не нашла.
Таможенники сразу же рассмеялись ей в лицо и пригрозили обвинить в шпионаже. Мол, не положено им, самой таможенной службе Королевства, передавать какие-либо послания. Да еще и на другой таможенный пункт. Там же его непременно вскроют!
Попытки убедить их, что она и письмо тем таможенникам напишет, и даже неловкие предложения взяток эффекта не возымели, наверное, те посчитали, что у такой девушки денег быть не может, так что даже морочиться не стали. Тогда Эльза пошла на хитрость.
Она придумала легенду о том, что выехала за границу Архызии в Королевство с месяц назад, а вот родственники внутри страны остались. Не пустили. Неожиданно это заинтересовало таможню, ведь получается — это тот самый легендарный пункт, за который, по слухам, никто не проезжал. Они заваливали вопросами, а Эльза, краснея, врала.
Но они обещали подумать — и вот теперь, набрав полную корзину «гостинцев», среди которых прятались с трудом раздобытые редкие товары из Центра (не без помощи Эмира Митрофановича, конечно), она собиралась покорить эту таможню.
— Дорогие мои, яхонтовые! Я смотрите, что вам принесла! От всей души!
— Опять ты. Да ничему тебя жизнь-то не учит, — ответил ей смурной таможенник. Он явно был с похмелья.
— А у меня и для тебя кое-что есть. Вот, смотри, огурчики и рассол! Мигом на ноги поставит.
Глаза таможенника загорелись, и в них промелькнула надежда, что ему сейчас станет лучше. Он схватил банку в руки, отвернул крышку и стал жадно глотать рассол.
— Петро! Что ты там вытворяешь? — откликнулся на это действие его коллега.
— Да опять эта из Архызии приперлась, вон, рассол принесла.
— Да ладно, давай сюда скорее!
На некоторое время таможенники были выведены из строя, жадно попивали соленую жидкость. Жизнь понемногу возвращалась в их измученные алкоголем тела, и вскоре те даже начали улыбаться.
— А это еще не всё! — нашла верный момент и вставила Эльза, — я вам тут еще шоколада принесла и вино. Родственники из Центра передали.
— Да откуда у тебя столько родственников? — ошарашенно спросил один из таможенников, но внутрь корзины, которую девушка поставила на стол, всё же посмотрел. — Петро, глянь!
— У-у-у-у, — только и ответил Петро, вертя в руках спасительную бутылку.
— Да я вам еще принесу, воодушевилась Эльза, мне бы только вот сообщение передать. Родственникам. Всё ли там в порядке у них, в Архызии-то?
— Ну и что там у тебя в послании? — уже более миролюбиво спросил таможенник.
— Да вот, смотрите сами, ничего не скрываю!
Таможенник взял бумагу и внимательно ее прочитал. Там не было ничего такого, просто запрос на определенного человека: прибыл ли в страну через таможенный терминал. Выбыл ли через какой-либо другой. Все же в конечном итоге стало понятно, что передать получится лишь такую информацию.