Куница Том 1 (СИ)

Ох, семейка. Опускаю голову на спинку и смотрю в небо. Облака. Медленно бегущие куда-то облака. Куда-то на юго-юго-запад.
— И он решил, что вытолкнет тебя замуж, обеспечив себе жизнь, — не спросил, а констатировал я.
— По большому счёту да, — согласилась Алина.
Посидели немного в молчании. Перемена скоро закончится.
— Давай пока сделаем так, — пришедшая в голову идея не отличалась оригинальностью, но как-то с такими проблемами я сталкивался мало, и быстро сориентироваться не мог. — Пока изображаем, что между нами всё неплохо. Чтобы не нервировать твоего брата. И как-нибудь встретимся, на днях прямо, чтобы не откладывать в долгий ящик. Попробуем что-нибудь придумать. Две головы лучше, чем одна.
Алина удивилась.
— Ты хочешь нам помочь?
Вздыхаю.
— Нет. Я хочу помочь конкретно тебе. Извини, но Кирилла я, после такого максимум буду терпеть рядом.
Оборачиваюсь на девушку, и наши взгляды встречаются. Как ни странно, я вижу подозрение в её глазах. Морщусь.
— Нет, я не буду пользоваться твоим положением. У меня есть чувство собственного достоинства!
Алина смутилась.
— Я не... Это... Извини. Со всей этой ситуацией всякое в голову лезет.
А сейчас она мне нравится куда больше. Да, чисто внешностью девочка всё так же просто симпатичная, не более того. Но когда она говорит и ведёт себя открыто, без ужимок, уровень милоты подскакивает. Алина подняла взгляд, явно поняв что-то из моих мыслей. Женская интуиция, наверняка.
— Ты сейчас о чём подумал?
Хмыкнул.
— Что ты милее, когда... Ну, — я сбился, не сумев сформулировать мысль. — Не смог склонить слово искренность в нужную форму. В общем, когда не играешь роль, а такая, какая есть.
Алина улыбнулась.
— Ты всё же бываешь очень неуклюж.
Да откуда мне нужный опыт взять? Скажи спасибо, что я матами не разговариваю, порой очень хочется.
— Давай забудем этот момент. Перемена кончается. Надо возвращаться, — я поднялся и сделал шаг к двери, обернувшись и протянув ей руку. — Идём?
Алина чуть подумала, глянула на мою ладонь, что-то для себя решила и вложила свои пальцы в мои. Но, поднявшись, приблизилась.
— Если мы собрались играть парочку, то надо сделать ещё кое-что. Сюда парочки ходят, чтобы целоваться. И по губам сразу будет заметно, делали мы это или нет.
Я внезапно для себя смутился. И чтобы не сделать чего-нибудь неуклюжего, улыбнулся.
— А это очень просто. Смотри.
Обхватил девушку за талию и притянул к себе, заткнув сорвавшееся от неожиданности восклицание поцелуем. Алина сначала упёрла руку мне в грудь, но так и не попыталась меня оттолкнуть. Чисто ради приличия обозначила, что она здесь страшно сопротивляется, и это я её склонил к разврату. Да, да, мы все поверили.
Поцелуй получился неоднозначный. Опыта именно романтических поцелуев у меня не было, а прелюдия к сексу — это совсем иное. Алина, видимо, тоже глубоким опытом похвастаться не могла. Тем не менее это не помешало нам обоим через несколько секунд увлечься процессом. И вот уже её ладонь не упирается в мою грудь, а сжимает ворот пиджака и тянет на себя. Да и моя ладонь с талии переместилась пониже, а пальцы, насколько это было возможно, начали изучать пределы упругости нижних девяносто девушки.
Прервал нас звонок.
— Чёрт, — поморщился, разорвав поцелуй.
Алина, тяжело дыша, отстранилась и принялась поправлять свой внешний вид, похоже, не зная, что сказать. Я глянул на её губы и улыбнулся.
— Ну, требуемого мы достигли, ни у кого сомнений не будет.
— Ага, — согласилась девушка.
— Идём?
— Ага, — повторила Алина.
Мы вернулись в класс. Естественно, не избежали многозначительных взглядов от всех присутствовавших. Пётр яростно ревновал, Кирилл выглядел удовлетворённым. Остаток дня прошёл спокойно, разве что Алина меня... Не сказать, что чуралась, но держала некоторую дистанцию. Я не настаивал, это легко списать. Ну типа дошло до поцелуев, и сразу спалились перед всеми, стыд, кошмар, девичья честь попрана, все дела.
Ничего, к разговору мы рано или поздно вернёмся. Алина, в конце концов, заложница ситуации, так что зла к ней я не испытывал. И помочь был готов вполне искренне.
   
Глава 8
 
Москва. Особняк Мартенов 
Сентябрь 1982 года 
Остаток недели прошёл ровно и спокойно. Я втягивался в учебный процесс, пока весь материал давался мне предельно легко, а вот домашнее задание требовало время хотя бы на то, чтобы работу написать. Закончил узел здоровья и встал перед выбором — что делать дальше? У меня потенциала на два узла, а нужных узлов три. Анх поможет не помереть случайно, колодец позволит проводить ритуалы с меньшим количеством подготовки и ингредиентов, сила может потребоваться для самозащиты.
Решил отказаться от колодца. Всё равно на моём ранге, даже на пятом, мне не хватит энергии для совершения ритуалов на чистой собственной энергии. В будущем поставлю обязательно, а пока сосредоточился на титане. Должно хватить выходных, а потом переключусь на анх. На эту штуку точно уйдёт месяц, если не больше. Сложный, мягко говоря, узел.
Семья меня не беспокоила, позволив спокойно закрыться в комнате и работать. Перед созданием узла сел в медитацию. Необычная практика, пришедшая к нам с востока уже ближе к концу войны. Помогала настроиться на нужную волну для работы, если говорить о магии. А ещё позволяла справиться с тяжёлыми воспоминаниями, пережить эмоции и отпустить проблемы. У кого как, конечно, но пара моих знакомых подтверждали, что таки да, есть эффект. Мне же помогала думать, чем я сейчас и пользовался.
Ситуация с Алиной получалась... Непростая. Зайди мы слишком далеко с разыгрыванием романтических отношений, опуская пока женитьбу, и мне будет сложнее завязывать новые знакомства.
Что говорить, мне и сейчас-то, в обычном общении, не так чтобы совсем просто, нет-нет, да и попадаются ситуация, в которых я туплю или теряюсь. Не вспоминая о молодом теле, способном выдать реакцию, какой разум не ждёт и не хочет. Даже вертекс не всегда спасал. Но и бросать девушку я хотел. Бросать, в смысле оставлять без помощи. В общем, всё было непросто.
Второй же проблемой был ритуал, вернувший меня сюда. Сейчас, по прошествии нескольких дней, я понял, что многие детали от меня ускользнули. Посмотрев на всё трезвым взглядом, я осознал, что физически не мог помнить печати, нанесённые Григорием в ритуальном зале. И тем более не мог по этим обрывкам составить вторую часть ритуала. Это был обман, или самообман, неважно, но магия вложила в меня нужные знания. Вложила, а теперь забрала. Сейчас я не помнил, что именно рисовал в своей камере и как заставлял работать. Чем больше я об этом думал, там больше хотел добраться до отца и потребовать показать мне рисунок, а лучше всю инструкцию.
Потому что возвращение в прошлое — это либо раздвоение, либо петля. И, учитывая, что обошлось без жертвоприношений или носителей большого объёма запасённой магии, это именно петля. И здесь вылезает важный момент — мне нельзя умирать. Если я погибну — петля схлопнется, будущее останется таким, каким оно было, когда я уходил. Все изменения, что я успею внести, исчезнут. Я буду обязан сохранять свою жизнь, несмотря ни на что. А какие ещё могут всплыть подводные камни? Без понимания ритуала я этого не узнаю.
Но пока я не был готов идти на разговор с Григорием. Сначала надо закончить с подготовкой.
Настроившись на нужную волну, я приступил к работе. Вместе с сердцем ритмично пульсировала вита, перенаправляя часть магической энергии в жизненную силу. Сейчас, в своём зачаточном состоянии, узел мало что мог. Облегчить состояние во время болезни, будет лучше свёртываться кровь в ране, мелкие травмы затянутся быстрее, ну и прочая подобная ерунда в основном. Ранге на десятом, там да, забудь о болезнях, если это не магическое проклятие, мелкие порезы закрываются за десяток минут, и следа не остаётся, серьёзные резаные раны — за час-два. Можно пережить ранение в сердце, если немного повезёт. И всё это у меня будет. Позже.