"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Прошествовав к своему столу, он что-то на нем нажал, и произнес несколько коротких фраз на своем родном языке. После этого он на несколько секунд вставил карточку в считывающее устройство, снял с нее требуемую сумму. Теперь оставалось только вернуть карточку хозяину, то есть мне. Что полузианец и сделал, сопроводив процесс возвращения карточки очень вежливой улыбкой.
Я подумал, что подобной улыбкой можно заморозить средних размеров мамонта, но естественно, вслух этого не сказал.
Ждать и в самом деле пришлось недолго. Не прошло и минуты, как передо мной предстал еще один полузианец. В одной из конечностей он держал пакет, в котором, наверняка лежали мои деньги.
Важно прошествовав через зал, он подошел ко мне и на мгновение вежливо склонив голову, представился:
— Юк Медок, владелец этого банка.
— Беск Маршевич, центурион вашего района.
— Мне это известно, — промолвил Медок. — А вот знаете ли вы, что это я подал Джану Ухулу идею поручить расследование неких прискорбных событий, происшедших в нашем районе?
— Неужели? — достаточно вежливо сказал я. — Мне показалось, что начальник космопорта говорил о совете мыслящих инопланетного района.
— Все верно, — подтвердил Медок. — Я забыл упомянуть, что являюсь председателем этого совета.
— Приму это к сведенью, — сообщил я.
— Да, примите, — небрежно сказал Медок. — И еще… раз уж так получилось, что мы встретились с вами лично, мне хотелось бы дать вам один совет.
— Какой же?
— Видите ли, Маршевич, наша планета имеет некую специфику…
— И она касается личинок бриллиантовых муравьев? — спросил я.
Медок слегка улыбнулся.
— О да. Вижу, вы не лишены некоторой сообразительности.
Мысленно хихикнув, я подумал, что подобные игры мне знакомы. Этому типу не удастся вывести меня из себя, как бы он не старался. Я для этого прошел слишком хорошую школу. Правда, если мне подвернется подходящий случай, я с большим удовольствием щелкну его по носу.
— Ну так что же это за совет?
— Очень простой и легко выполнимый. Я знаю что вы ведете расследование смерти трех центурионов. Мне кажется, вы способны достичь в нем некоторых результатов. Но прошу вас, если, во время своего расследования вы вдруг обнаружите, что продолжение его каким-то образом повредит добыче личинок, советую предварительно поставить меня в известность. А я уж найду какой-нибудь выход, не связанный с большим ущербом.
— Другими словами, если вдруг обнаружится что поимка убийцы повредит вашим доходам, я должен прекратить расследование и позволить ему остаться безнаказанным?
Улыбка Медока могла бы превратить в ледяные статуи стадо диплодоков.
— Я совсем не это имел в виду, — заявил он. — Мне просто хотелось чтобы вы, в случае если дело примет именно такой оборот, прежде чем действовать, поставили меня в известность. И только-то…
— Можете не сомневаться. Я так и сделаю.
— Как мыслящий, довольно хорошо осведомленный о том, чем вы занимались в течении последних нескольких лет, — заявил Медок. — Я ничуть не сомневаюсь, что вы, со своей стороны, более чем заинтересованы в плодотворном сотрудничестве.
Нет, каков наглец? А вот это уже неприкрытый шантаж. И самое противное, что ответить мне на него нечем. Хотя… Кто знает, как там обернется будущее?
— Безусловно, — сказал я. — Можете на это рассчитывать.
— Рад, очень рад, — сухо сказал Медок и протянул мне пакет с деньгами.
Все-таки я не сумел отказать себе в одном маленьком удовольствии Вскрыв пакет, я вытащил пачку денег и прежде чем отправить ее в карман, демонстративно пересчитал.
— Привычка, — объяснил я свои действия Медоку. — Знаете ли, детство и юность у меня были довольно тяжелыми. А некоторые привычки приобретенные в молодости, привязываются на всю жизнь.
Фасеточные глазам Медока на мгновение изменили свой цвет, словно бы внутри них мигнули красные лампочки. Впрочем, это могло мне и показаться.
— Понимаю, — ровным, спокойным голосом сказал Медок. — Тем более, это ваше полное право. Пересчитывать принадлежащие вам деньги. Кстати, насчет денег… Не желаете ли положить на счет в нашем банке содержимое вашей карточки? Карточка у вас на предъявителя. Если вы ее случайно потеряете, то ваши деньги станут принадлежать тому кто ее найдет. А сумма у вас на карточке немалая, даже по меркам моего банка.
 
— Может быть, немного погодя, — промолвил я. — Видите ли, носить с собой все свои деньги еще одна из мои дурных юношеских привычек.
— Один из основных законов, на которых держится наша федерация, гласит: вы имеете право на любые привычки и чудачества, до тех пор пока они не приносят вред окружающим.
— Я это прекрасно помню, — заверил я Медока. — А теперь, мне пора приступить к исполнению своих обязанностей.
— Ну, так и приступайте.
— В таком случае, у меня к вам есть один вопрос. Насколько я знаю, каждый раз совершая свой обход, старина Эд заглядывал в ваш банк. В день предшествовавший его смерти, он сделал обход и наверняка заглянул в ваш банк.
— Это входило в его обязанности.
— Ничуть не сомневаюсь. Однако, меня интересует не вел ли он себя в тот день как-то необычно. Может быть, сказал что-то странное, может быть с кем-то разговаривал?
Клерк было шагнул ко мне, но повинуясь жесту Медока застыл снова отступил назад.
— Я предвидел этот вопрос, — сказал владелец банка. — В тот момент когда старина Элд посетил наш банк в последний раз, я был занят неотложными делами. Однако, клерки утверждают что вел себя старина Эд также как обычно, поинтересовался нет ли у нас каких затруднений и услышав в ответ что все в порядке, тотчас ушел. Кроме него, в тот момент, в банке других посетителей не было. Вы удовлетворены?
— Да.
— В таком случае, больше ничем помочь вам я не могу, кроме как пожелать удачи.
— И она мне действительно нужна.
Промолвив это, я наконец-то понял, что пришла пора уходить.
И ушел… Уф!
Выскочить из банка бегом мне помешало только чувство самоуважения. И все равно, все то время пока я открывал дверь, выходил, закрывал дверь и спускался по нескольким мраморным ступеням, у меня было такое ощущение, что целая толпа искнов смотрит мне вслед, прикидывая разорвать меня на части сейчас или немного подождать.
Еще раз — уф! Нет, после такого разговора необходимо промочить горло.
Углядев поблизости какой-то бар, я на всех парах устремился к нему.
В памяти моей все еще стоял образ чудовища с которым я только что разговаривал.
Чудовища? А как еще назвать мыслящего, способного ради лишнего процента прибыли, вырвать у собственной матери сердце и всенародно его слопать. Причем, самым непринужденным образом при этом улыбаясь.
С другой стороны, владеть банком на Бриллиантовой может только кто-то вроде этого Медока. Любого другого сожрут с потрохами, едва он посмеет проявить к кому-то хоть тень сочувствия.
И все-таки, этот Медок сам выбрал свою судьбу. Так ли уж в том что он превратился в чудовище виноваты обстоятельства? Смог бы он стать банкиром, не желая этого всей душой, не мечтая об этом каждую минуту, не стремясь к этой цели несмотря на все препятствия?
И так ли уж виновата судьба в том, что с ним произошло?
Уф — третий раз.
И вообще, хватит об этом. Может быть, стоит обдумать результаты визита в банк несколько в другом ракурсе? В плане расследования смерти старины Эда.
Но только, сначала необходимо выпить.
Бар был небольшой, можно даже сказать маленький, поскольку в зале стояло всего лишь четыре столика. Обслуживала их тоненькая, изящная эрфика.
Заказав ей порцию виски, и сунув в ее крошечную лапку одну купюру из полученной в банке пачки, я уселся за стол и закурил сигарету. За промежуток времени понадобившийся чтобы стаканчик, в котором было налито на два пальца сиреневого билки, очутился на моем столике, я успел сделать лишь пару затяжек.
Опустошив стаканчик я почувствовав себя несколько лучше, и конечно, тотчас заказал еще одну порцию. Расправившись и с ней, я почувствовал что мое моральное состояние полностью восстановилось.