Соблазнительная одержимость (ЛП)

— Что тебе снилось, красавица? Я вздыхаю и потягиваюсь, вскидывая руки над головой и сгибая ноги. Это положение поднимает мои груди, и Элиас проводит языком по затвердевшему сосочку.
— Ты, — говорю я. — Кто же еще?
— Ммм, приятно слышать. Он отпускает мой сосок с легким чпоком, покрывая поцелуями шею, в то время как руками переходит к делу. Гладит и дразнит каждую грудь, играя с напряженными сосками, а другой рукой блуждает по мягкому изгибу моего живота, спускаясь к уже влажной сердцевине. Я раздвигаю ноги, чтобы дать ему больше доступа, когда...
— Что за черт, — ворчливо бормочет он, прижимаясь к моей шее. — Будильник. Прости. Я на секунду откатываюсь в сторону, чтобы взять зазвонивший телефон, и сразу начинаю скучать по ощущению его теплых рук на коже. Он тут же проводит большой ладонью по моей попке, и я улыбаюсь ему через плечо, нажимая на экран. — Пора вставать на работу.
Элиас придвигается ближе, прижимая член к моей попке, и целует меня в обнаженное плечо.
— Тебе не обязательно работать, — говорит он между поцелуями. — Уволься с работы. Позволь мне баловать тебя до конца жизни. Я смеюсь и снова падаю на спину. Он почти сразу же оказывается сверху, опираясь на мускулистые татуированные руки.
— Заманчивое предложение. — Я провожу пальцем по дымчатому вихрю темных чернил. — Но нет, спасибо. Я хочу, несмотря ни на что, закончить колледж и сделать карьеру.
Его выражение лица смягчается, когда он смотрит мне в глаза. — Для тебя это так важно?
— Конечно, — киваю я и на секунду замолкаю. — И я люблю учиться. Возможно, я выбрала скучную профессию, но мне всегда хотелось учиться. Всегда хотелось быть активной и вносить свой вклад.
Он нежно прикасается к моей щеке теплыми пальцами. — Ты внесешь свой вклад, какой бы выбор ты ни сделала, — говорит он, — но я никогда не помешаю тебе сделать то, что лучше для тебя.
Сладостные и мягкие слова, и он подкрепляет нежным поцелуем. Словно обещание, дающее мне безопасную гавань, которой мне так не хватало.
— Тебе пора вставать, — наконец вздыхает он. — Мне тоже нужно вернуться домой, чтобы переодеться и пойти на работу.
В свое казино, полагаю, или еще куда-нибудь, где он проводит весь день. Я снова целую его в губы. — Я буду весь день скучать по тебе сегодня.
Он мягко смеется. — Думаю, что у тебя почти не будет времени скучать по мне.
* * * * * Я стою у окна в гостиной и смотрю, как Элиас улыбается мне на на парковке, машу ему напоследок, а затем он с ревом уезжает в своем шикарном спортивном автомобиле.
В отношениях с Элиасом Миклошем есть... многое. Деньги, машины, почтительное отношение всех к нему. Но всё это не так пугает меня, когда думаю о простых и тихих моментах, когда он просто Элиас. Человек, который хочет сделать меня счастливой. Мужчина, который вместе со мной кормит жирафов, потому что хочет, чтобы мы вместе попробовали что-то новое. Мужчина, который прижимает меня к себе ночью и одаривает меня мягкими поцелуями, поклоняется моему телу и не пытается использовать свои размеры или силу против меня.
В офисе все еще тихо, когда я прихожу, сотрудники неспешно проходят на работу после вчерашнего неожиданного выходного. Боб странно смотрит на меня и быстро здоровается, после чего спешит в свой кабинет.
Около десяти колокольчик у двери звякает, и когда поднимаю голову, то вижу огромный букет дорогих цветов, настолько большой, что полностью скрывает миниатюрную курьершу. Букет прекрасен в своем изобилии диких цветов, наполняющих офис сладким ароматом. Я вскакиваю из-за стойки и помогаю курьерше поставить букет на пол. Она делает глубокий вдох и достает из кармана листок бумаги.
— Доставка для Сэйди Сью, — говорит она, морща нос. — Без фамилии.
Волна нежности накатывает на меня, когда я оглядываюсь на дикое изобилие редких цветов. — Это я.
Она присвистывает. — Ну, наслаждайся. Хотелось бы мне познакомиться с кем-то, кому бы я так понравилась.
Она уходит, а я осторожно тянусь к огромному букету и достаю белоснежную открытку. Бумага дорогая, с тиснением и печатью от лучшего флориста в городе. Я открываю открытку и понимаю, что еще не видела почерк Элиаса, но он смелый и мужественный, как и сам его обладатель. Темные чернила напоминают мне о его татуировках, которые, словно лианы, вьются по его телу. Записка короткая, но до боли милая.
 
«Ты воплощаешь все мои мечты, Сэйди Сью.
Э.»
Бумага даже немного пахнет его дорогим одеколоном с нотками сандалового дерева и кожи. Я подношу ее к носу и вдыхаю, вспоминая, как он поглощал меня прошлой ночью, а затем нежное утро.
Я влюбляюсь по уши.
Цветы стоят на моем столе, и все останавливаются, чтобы их понюхать и сделать мне комплимент. На вопросы коллег об отправителе, просто смеюсь и говорю, что это парень, с которым я встречаюсь. Поскольку люди так реагировали на Элиаса в ресторане и в казино, я пока не готова распространяться об этом по всему офису. Это слишком ценно для меня. Слишком ново.
— Сэйди, можно тебя на секунду?
Я удивленно отрываюсь от своего обеда. Боб, наконец, вышел из своей пещеры. Он нервно переминается с ноги на ногу, а его лицо выглядит бледным. Истощенным.
— Конечно. Я закрываю коробку с едой и иду следом за ним в кабинет. Босс закрывает дверь и, к моему удивлению, запирает ее, жестом приглашая сесть на диванчик. На столе лежит папка с документами, такая же обычная синяя, как и все остальные папки, которые мы используем в фирме. Она очень толстая, но что более интересно, на ней нет никаких пометок.
— Я знаю, что происходит, Сэйди, — говорит он, устраиваясь в кресле напротив меня. — И я должен предупредить тебя.
Я хмурюсь. — Простите?
Босс сглатывает, и его кадык дергается, когда он отводит взгляд. Не вырвет ли его сейчас?
— Элиас Миклош, — наконец произносит он. — Человек, с которым ты... встречаешься.
Нехорошее предчувствие появляется в душе, и я вскакиваю на ноги. — Это не ваше дело, Боб.
С его лица уходят краски, но он отчаянно просит меня сесть снова. — Просто выслушай меня, Сэйди. Пожалуйста? Проблемы тебе не грозят. Во всяком случае, не со мной.
Я смотрю на запертую дверь, потом снова на бледного, потного мужчину, который ерзает на стуле напротив меня.
— Ладно. — Я сажусь обратно в кресло, готовая снова встать. — Что все это значит?
Дрожащими пальцами он подталкивает папку ко мне. — Элиас не тот, за кого ты его принимаешь. Он гангстер и не какая-нибудь мелкая сошка. Он крупный криминальный авторитет.
— Я.... — Я не совсем уверена, что ответить на это. — Откуда вы знаете?
Он раскрывает папку и протягивает мне первый лист, от руки исписанный бухгалтерсками счетами. — Потому что я работаю на него. Помогаю отмывать деньги из казино. Угнанных машин. Махинации со страховками. Он действует в трех штатах, богат, как король, и я помогаю ему во всем этом.
Казино. Я вспоминаю ту гребаную игру в блэкджек, его легкую ухмылку, когда он смотрел, как бесстыдно я жульничала, и мне становится тошно. Я смотрю на Боба и неожиданно понимаю, что мое лицо такое же белое, как и его. — Это правда?
— Я говорю тебе это только потому, что не хочу, чтобы ты связывалась с таким парнем. — Боб с трудом сглатывает. — Ты ему нравишься — я не знаю почему, но он запал на тебя в ту же секунду, как увидел, и ты такая хорошая девочка. Я не хочу, чтобы ты пострадала.
Словно в тумане, я осторожно кладу рукописный лист обратно в стопку и закрываю папку, толкая ее обратно Бобу, а затем поднимаюсь на дрожащие ноги.
— Спасибо, что рассказал мне, — шепчу я и каким-то образом подхожу к двери, не падая в обморок. — Я буду у себя.
 
— Сэйди, — говорит Боб. В его голосе звучит отчаяние. — Пожалуйста, не сдавай меня.
Я просто киваю ему головой, а потом отпираю дверь и возвращаюсь к своему столу.
На телефоне меня ждет сообщение от Элиаса, но я удаляю его. Вскоре приходит еще одно, а когда не отвечаю, начинаются звонки. Сначала раз в час, а к тому времени, когда собираю вещи, чтобы уйти домой, звонки раздаются каждые двадцать минут или около того, голосовые сообщения накапливаются, заполняя память телефона.