Граф Суворов. Книга 3
Иван Шаман
Граф Суворов. Книга 3
Глава 1
– Куда мы едем? – удивленно спросил я, поняв, что на перекрестке, ведущем к Петрограду, мы свернули не в ту сторону. Пусть я ездил на машине к училищу всего один раз, дорогу запомнил хорошо, и сомневаюсь, что Василий выбрал бы самую длинную.
– В городе сейчас пробки, так что быстрее будет по объездной, – мило улыбаясь, объяснила Мария. – Не волнуйся, через час, максимум полтора будем на месте.
– Ясно. Да я не волнуюсь, просто есть хочется, нас же даже завтраком не кормили, а уже ужин, – заметил я.
– Хм… посмотри что-нибудь в бардачке, – посоветовала Мария и, не отвлекаясь от дороги, потянулась к ящику, мазнув по мне своими шикарными во всех отношениях формами. Машина чуть вильнула, когда из распахнувшегося бардачка на меня вывалилась целая куча вещей. – Ой, прости. Не обращай внимания на бардак, просто засунь все обратно, я потом разберусь.
Да-да, полезай в чертова робота, Син… впрочем, кроме кипы квитанций, каких-то документов и прочего хлама, мне удалось выловить небольшой дамский револьвер, который тут же перекочевал мне в карман, в то время как я демонстративно показал найденный шоколадный батончик.
– Хотите половину? – вежливо спросил я, стараясь разговорить женщину, почему-то слишком сосредоточенную на дороге. Машина мчалась со скоростью под сто двадцать, и, хотя покрытие особых вопросов не вызывало, я все же не стал бы так рисковать в потемках, пока фонари еще не включились.
– Что, а нет, спасибо… – рассеянно ответила Мария, и я понял, что у меня не так много шансов выбраться из машины, не сдохнув. Выпрыгивать на полном ходу – вообще не вариант. Таким даже профессиональные каскадеры не занимаются. Дождаться, пока она снизит скорость на повороте, а затем выпрыгнуть и убежать в лес? В принципе, я могу, но… она-то, в отличие от меня, уже десятый ранг получила, размажет и не заметит.
– Помните, как меня похитили? – достаточно громко спросил я, достав «глаз» и демонстративно покрутив его в пальцах.
– Конечно, помню, тогда весь штаб на ушах стоял, – улыбнулась Мария. – А к чему ты это спросил?
– Думаете, в этот раз не стоит? На ушах, в смысле, – задумчиво проговорил я, и Мария покосилась на меня, а затем рассмеялась. Вот правда, не слишком натурально.
– Ой брось, все в полном порядке. Мы просто едем окружным путем. Я же говорю, через час-полтора будем на месте, – отмахнулась преподавательница, в то время как машина, почти не сбавляя скорости, свернула к морю. И двигались мы точно на запад, а не на восток, уж это я различить мог.
– Связной, прием, – открыто запросил я, но в наушнике как была, так и осталась полная тишина. – Хм… кажется, меня не слышат.
– Саша, просто сиди спокойно, хорошо? Через час… – начала была она, но, посмотрев на меня, нервно усмехнулась. – Все будет в порядке.
– У кого? – поинтересовался я, подняв бровь. – Скажите, куда мы направляемся на самом деле, усадьба Суворовых, как и Петроград, совершенно в другой стороне.
– Чего ты такой подозрительный? Я совершенно не хочу тебе навредить. Веди себя прилично, и все будет в порядке, – проговорила она, криво улыбаясь. При этом часть лица дернулась, и щека пошла наверх, словно ее зажевало.
– Остановитесь! – крикнул я, наводя револьвер на женщину, которая полностью копировала голос и движения, но не мимику моей связной.
– Сиди тихо, малыш! – совершенно другим тоном ответила водитель, и между нами возникла полупрозрачная стена. – Тихо!
Просить дважды я не стал. Выстрелил и чуть не поймал рикошет, а «Мария» лишь усмехнулась, отчего ее лицо съехало еще больше. Переложив револьвер в другую руку, я влил прану в татуировку и ударил пробойником по стене. На мгновение мне даже показалось, что перед костяшками вырос пятисантиметровый шип. Стена лопнула, и в то же время «Мария» дернула руль, и машина ушла в неконтролируемый занос.
Миг, и мы полетели кувырком, а ремень безопасности больно врезался мне в грудь и поперек живота. Я с трудом держался за сминающуюся крышу. Револьвер куда-то улетел, а Мария, пренебрегшая ремнями, билась то о потолок, то о крышу и через несколько оборотов вылетела через выбитое лобовое стекло. Машину же протащило еще немного, после чего она рухнула в кювет, остановившись на крыше.
Почти минута мне понадобилась на то, чтобы прийти в себя. В салоне было темно, лампочка не горела, а окна забило снегом. Похоже, приземлился я в сугроб, но это не худший вариант. Дернув ремень, понял, что при таком натяжении он не отцепится. Попробовал выжать застежку – не помогло.
В голове гудело после катастрофы, и я секунд тридцать тупил, пытаясь сообразить – чем разрезать ремень, ведь ни ножа, ни тем более специального лезвия у меня с собой не было. Только сосредоточившись на проблеме, вспомнил, как резал браслеты во время похищения, и, просунув ладонь под ремень, одним движением избавился от пут.
Учитывая, что я тут же грохнулся на помятую крышу, это была не лучшая идея. Но зато теперь я мог выбраться наружу. Все время принюхивался, ожидая почувствовать запах горючки. Сколько у меня есть времени, пока бензобак не рванет? Развернувшись в салоне, я выбил остатки лобового стекла ногами и, разгребая снег, выбрался наружу. И только потом сообразил, что машина работала на эффекте резонанса, а не на двигателе внутреннего сгорания.
– Связной, прием! – громко проговорил я, прижимая ухо, и только тут сообразил, что привычный наушник исчез, вылетел, пока машина кувыркалась. Надо бы вернуться и найти его, только вот… тварь, которая меня похитила, в этот раз уже поднималась.
Искореженный силуэт дергался, восстанавливаясь. Вывернутые под неестественным углом конечности сами вправлялись, словно у куклы на веревочках. Чудище выгнулось мостиком, несколько секунд постояло так, а затем туловище со щелчком развернулось на сто восемьдесят градусов.
Теперь оно уже ничем не напоминало Марию, и я сам удивлялся, как мог спутать свою учительницу и связную с «этим».
Лицо монстра распалось на несколько лоскутов-щупалец, внутренняя часть, усеянная кривыми шипами и присосками, как у осьминога, раскрылась, словно цветок, внутри же остался ухмыляющийся голый череп с черными провалами глаз. Рукава пиджака с треском порвались, высвобождая длинные многосуставные отростки, больше всего напоминающие обглоданные конечности богомола. Чулки лоскутами висели на искривлённых раздвоившихся лапах.
– Ну нафиг, – сглотнув ком в горле, я наскоро нащупал висевший сзади на поясе гранатомет – с личным оружием я не расставался со времени первого похищения и сейчас пальнул, даже не целясь.
Монстр отпрыгнул в сторону, словно кузнечик, и в то же мгновение побежал на меня, семеня всеми восьмью конечностями. Взмах когтей я едва успел заметить. Отскочил в сторону и с благодарностью вспомнил забытый кем-то в бардачке шоколадный батончик. Если бы не он, сил сражаться у меня вообще не осталось бы.
Прану в ноги, и мгновенно прыжок в сторону. Перекатиться через плечо, одновременно достав вторую и предпоследнюю гранату. Перезарядиться. Черт!
Я чуть не попался, а ведь отвлекся на долю секунды!
Чудовище поменяло направление бега на сто восемьдесят градусов, словно гравитации для него не существовало, мне даже показалось, что оно оттолкнулось от чего-то, висящего прямо в воздухе. Когти со свистом разрубали воздух, приближаясь ко мне, словно лезвия газонокосилки, но в последнее мгновение поджались, сменившись костлявыми пальцами, ухватившими меня за рукав пиджака.
– Хашшш! – вырвалось из глотки твари, брызгавшей на меня слюной.
– Отправляйся в ад! – выкрикнул я, вбив ствол гранатомета в раскрытые челюсти монстра и нажав спуск. Глухо бумкнуло, и, вывернувшись из пиджака, я отскочил в сторону, оставив одежду в лапах твари. Вот только граната, зажатая в зубах монстра, не собиралась взрываться.
Повернув голову вбок, почти на сто градусов, монстр сжал челюсти, и я увидел, как несколько радужных полей скрещиваются, разрубая гранату на части. Миг, и на запорошённый снегом асфальт посыпались куски перекушенного боеприпаса, ставшие бесполезным мусором.