Если кольцо подойдет
Когда официант ушел, она спросила:
— Вы удивлены, что я заказала десерт?
— Немного. Зачем заказали?
— Захотелось.
— Вы хорошая ученица, carina. — Тони засмеялся, но, казалось, он потешался над собой.
Выйдя из ресторана, они направились к машинам. Сюда они добирались каждый на своей.
— Какой долгий день, — лениво протянула Рэйчел. И, вздохнув, добавила: — Такая длинная неделя.
— Вы завтра работаете?
— Нет. По крайней мере, не в магазине. Я должна накупить еще коробок и собрать оставшиеся вещи. Понедельник уже вот-вот наступит. Наверное, придется еще снимать и складское помещение, потому что, где бы я ни очутилась в итоге, там не хватит места для всех моих пожиток. — Она засмеялась; смех был скорее истеричный, чем веселый.
Пока он размышлял, Рэйчел продолжала:
— Может, мне вообще не следует все перевозить. А вдруг новый владелец захочет купить что-то из мебели. Она не особо мне нравится, но по условиям развода она досталась мне. Мэл забрал плазму, а я — диван из гостиной и кресла.
— Кажется, ваш бывший муж получил большую выгоду.
— То есть?
— Размер имеет значение, — иронично заметил Тони.
— Ну да. — Она улыбнулась. — Вы не знаете никого, кто захотел бы приобрести огромный банальный бежевый диван? Хорошего качества. Почти как новый. Я отдам задешево.
— Никого не припомню. А если попробовать продать через Интернет?
Она кивнула:
— Мама считает, я должна оставить его себе. Она говорит, лучше такой диван, чем вообще никакого.
— Возможно, стоит прислушаться к маминому совету.
— А вы слушаетесь маму? — спросила она.
— Зависит от того, что она говорит.
— Другими словами, нет.
— Если бы я слушался ее, то сейчас был бы женат и имел полдюжины детей.
Рэйчел покачала головой:
— Извините, не могу вас представить в таком положении.
— По-вашему, я не похож на отца семейства? — удивился Тони.
— Боюсь, нет. Да и на мужа вы тоже особо не тянете. — Она немного помолчала, затем воскликнула: — Господи! Надеюсь, я не обидела вас.
Он пожал плечами:
— Все женщины, с которыми я встречаюсь, хотят замужества… в конечном итоге.
По этой причине Тони никогда не позволял заходить слишком далеко. Расставания гораздо спокойнее и гораздо менее затратны, когда к ним не примешиваются глубокие чувства. Он понял это из истории с Кендрой. Они чуть было не обвенчались. Больше он такую ошибку никогда не повторит.
— Это потому что мужчины и женщины ждут разного от любовных отношений.
— Точно. — Он улыбнулся, полностью соглашаясь.
— Вернемся к дивану. Я могу его оставить. И стулья тоже. Но они действительно не в моем вкусе. — Она обернулась и ткнула его в грудь. — Только не спрашивайте!
Он поднял руки:
— Не спрашивать что?
— Не спрашивайте, почему я купила мебель, которая мне не нравится. — Рэйчел помрачнела. — Все не так просто в семейной жизни. Не всегда делаешь то, что тебе хочется.
— Рэйчел…
Она выглядела рассерженной.
— Когда вы женитесь, вам придется идти на компромиссы, Тони.
— Вы пошли на компромисс, carina? Или продали свою душу?
Она ахнула, ничего не ответив.
— Извините, — произнес он, хоть вины и не чувствовал. — Не буду притворяться, что понимаю семейную жизнь. Мне тридцать восемь, и, к бесконечному сожалению моей матери, я умудрился остаться свободным.
— Но вы постоянно в отношениях.
— Как я уже говорил, не вижу смысла отказывать себе в удовольствии. Это касается и женщин.
— Вот поэтому вы и не женаты, — рассмеялась Рэйчел, желая смягчить приговор.
— Что в начале, курица или яйцо? — произнес он. — Я люблю женщин, потому что не женат, или я не женат, потому что люблю женщин? — Тони поднял вверх палец. — Для справки, однажды я чуть было не расстался с холостяцкой жизнью.
Рэйчел даже остановилась:
— Правда? Когда?
— Давно. Я был тогда молодым романтиком.
— Я думаю, вы и сейчас очень романтичны.
— Да? — Он обнадеживающе улыбнулся.
Рэйчел закатила глаза. Ее деловитость постепенно рассеивалась, открывая взору женщину, которая очень нравилась Тони.
— Сколько вы были вместе?
— Мы познакомились в самом начале первого курса и встречались все годы учебы. Дома она была как своя. Моя семья просто обожала ее.
— Так сложнее. Мои мама и сестра никогда особо не любили Мэла. Можно узнать, что случилось?
— У нас оказались разные планы на будущее. Я хотел начать свое дело. Она считала, что мне не нужно работать. В тот день, когда я купил маленький журнал, который впоследствии стал флагманом моего издательского дома, она вернула мне кольцо.
Рэйчел молчала. Затем Тони почувствовал, как ее ладонь прикоснулась к его руке.
— Ей же хуже.
— То же самое можно сказать и про вашего мужа?
Они подошли к ее машине. Рэйчел серьезно посмотрела на Тони:
— У него была связь с секретаршей.
— Как банально, — ответил Тони, даже не посочувствовав.
— О, дальше еще банальнее. — Рэйчел прислонилась к капоту, сложив руки на груди, и попыталась изобразить улыбку.
— Ага. Секретарша-блондинка и моложе вас, — предположил Тони.
— Именно так, — вздохнула она и опустила руки. — И я узнала об этом позже всех. Связь продолжалась больше года, потом я случайно обнаружила чек.
— На что?
— На ювелирные украшения. Он покупал ей… ювелирные украшения!
Тони показалось, что маленькая пауза в признании была вызвана ее желанием вставить туда хороший эпитет. Она, безусловно, имела на это право.
— Сволочь. По крайней мере, вы можете быть уверены, что любой подарок вашего бывшего мужа был хуже вашей работы.
Его замечание помогло ей рассмеяться.
— Спасибо, — сказала она.
— Вы очень талантливы, Рэйчел. Я много раз повторял это. Нужно верить в себя.
— Спасибо, — снова сказала она.
Потом потупила взор. Смутилась? Тони коснулся ее подбородка. Шепотом произнес не покидавшую его мысль:
— Я могу помочь вам, carina.
— Простите?
Он улыбнулся, зная, о чем подумала Рэйчел.
— Я могу познакомить вас с людьми, которые обеспечат вам карьеру.
«Адам снова соблазняет Еву», — подумал Тони и заметил, как расширились ее глаза.
— Вы ведь думали об этом, — предположил он.
— Скорее мечтала. Я… я не знаю, что сказать, Тони.
— Тогда ничего не говорите. Обещайте, что подумаете над моим предложением.
— Я подумаю, — медленно произнесла она.
— Хорошо.
Опуская руку, Тони слегка коснулся ее щеки. Он привык получать все, что хочет. Более того, он привык получать это бесплатно. Может, в этом для него заключалась часть привлекательности Рэйчел. Она ничего не предлагала. Пока. Он будет действовать осторожно. Тони пообещал себе, что в итоге они станут не просто союзниками.
Когда Рэйчел будет готова, он без смущения предложит ей нечто большее, а потом они расстанутся друзьями. Тони всегда расставался по-хорошему.
— Еще раз спасибо за ужин.
— На здоровье. В следующий раз закажите стейк.
Рэйчел открыла дверь машины и замерла. Затем, приподнявшись на цыпочки, поцеловала Тони в щеку.
В ответ он приник к ее губам, и Рэйчел четко уяснила, что на уме у него не только платонические отношения.
— Виопа notte. — Сказав это, Тони осознал, что перешел на итальянский. — Спокойной ночи.
— Счастливого пути. — Рэйчел вежливо улыбнулась и продолжила деловым тоном: — Надеюсь увидеть вас у себя в магазине по возвращении в Штаты.
— Непременно.
«Я неправильно его поняла», — заключила Рэйчел, залезая под одеяло. Тони просто был любезен. Он знал, что у нее сложный период в жизни. Как женщина она его не интересовала. У них только деловые отношения.
Рэйчел призналась, что предложение Тони взволновало ее. А этот поцелуй… Она не могла припомнить, когда последний раз чувствовала возбуждение. Последний год Рэйчел вела монашеский образ жизни, молча наблюдая, как рушатся ее надежды и мечты.