Подонок в моей постели. Книга 2 (ЛП)

  Я: Очередь оказалась не такой короткой, как я думала, но я уже скоро. Какого цвета твой автомобиль?  
  Пол: Чёрный с лаймовым, его трудно пропустить.  
Интересно, что это за машина. Что-то роскошное, чтобы компенсировать кое-что, как это делают многие мужчины? Я представляла практичный бежевый седан, но он назвал лаймовый и чёрный. Определённо, не топ из моих догадок о том, что бы ему подошло. Но если задуматься, Пол удивил меня сегодня вечером своим внешним видом, стал рьяным фанатом Дилана и вёл себя так, будто они «братаны», сказав ему, что мы тоже музыканты, будто это имело какое-то значение.
Рок-звёзды, должно быть, окружены людьми, которые пытаются общаться и сблизиться с ними, обрести зыбкие связи в алчной борьбе за создание видимости знакомства, дабы выделиться из толпы. Стать особенным. Так же, как и я. Я такая?
 На какой машине ездит Дилан? Он, вероятно, вообще не ездит за рулем, потому что у него есть шофёр в роскошном лимузине или таун-каре. Но, если он всё же водит, то, держу пари, у него джип или внедорожник. Что-то брутальное и с просторным задним сиденьем для…
Теперь, двигаясь к цели, я буду на месте через пару минут. Несколько отставших человек задерживаются, но улица, по большей части, пуста. Чёрный и лаймовый. Я сворачиваю влево, когда раздаётся удивительно громкий клаксон автомобиля.
— Рэйчел!
Поворачиваюсь на голос Пола и чуть не прыскаю со смеху.
У него один из этих миниатюрных смартов. Она на самом деле ему подходит, а также являет собой попытку уменьшить углеродный след, но эти машинки выглядят так глупо. С компенсацией перебор.
— Извини за задержку.
— Всё в порядке.
 Он улыбается и наклоняется, чтобы открыть для меня дверь.
Я никогда не ездила в таких автомобилях прежде, но она почти такая же тесная, какой я ее представляла. Сиденье не очень удобное, но интерьер ультрасовременный. Мне достаточно места для ног, но как только Пол садится на место водителя, его плечо врезается в моё, и я понимаю, что поездка будет длинной.
Теперь, когда я сижу, все больше и больше понимаю, как сильно мне нужна новая пара трусиков. Может ли Пол почувствовать запах моего возбуждения? Если может, то не подумает ли, что это из-за него? Конечно, да. Он, скорее всего, по-прежнему думает, что это свидание. Копаясь в сумке, нахожу бальзам для губ, надеясь, что яркий аромат мандарина скроет множество грехов. Называю ему свой адрес и спрашиваю:
— Как ты возишь здесь свою виолончель?
— Очень аккуратно, — он отъезжает от бордюра и вклинивается в поток машин. — Это было забавно, да? Поверить не могу, что нас пригласили за кулисы.
Я не спускаю глаз с дороги и улыбаюсь.
— Да, это было потрясающе. Спасибо, что пригласил меня, — я поворачиваюсь к нему лицом, но в тесном салоне мы слишком близко, и это ощущается очень интимно.
— Мне было приятно. Ты была довольно спокойной на свидании.
Вот же чёрт.
— Я приму это в качестве комплимента.
Его глаза сверкают в темноте.
— Это и подразумевалось.
— Время правильное? — Я указываю на электронные часы, которые показывают 23:17.
— Да. А что? Опаздываешь на другое свидание?
— Нет, я…
— Да я просто шучу, Рэйчел, — мы останавливаемся на красный, и он поворачивается ко мне.
— Итак, приятная ночь. Не хочешь использовать её по максимуму? Я имею в виду, мы уже одеты и в пути. Не знаю, как ты, но я точно не усну прямо сейчас. Мы могли бы пойти выпить.
Не могу точно вспомнить, сколько было времени, когда Дилан дал мне час... Возможно, десять минут назад? Если я попрошу Пола высадить меня, дорога займёт примерно пятнадцать минут. Скорее всего, мне придётся подождать такси примерно десять минут и затем ещё пятнадцать-двадцать, чтобы доехать в отель «Либерти». Боже, время поджимает.
— Спасибо, но у меня оказалась сумасшедшая неделя. Я просто хочу закончить распаковывать… — Я покончила с этим делом несколько дней назад, пытаясь сосредоточиться на чём-то другом, кроме воспоминаний о Дилане и… хорошо, слежки за ним в сети. — ...и лечь спать.
Он кивает, но улыбка фальшивит.
— Нет, конечно. Я понимаю тебя. Переезд — это мучительно.
— Да.
— Может, завтра? Я мог бы зайти и помочь тебе с коробками?
Внутри меня начинает корчиться чувство неловкости. Нужно решить эту проблему. Нужно было сделать это ещё тогда, когда он предложил билет. У меня и так слишком много проблем.
— Мне действительно жаль, Пол. Мне понравился вечер с тобой, я весело провела время сегодня, но я не хочу, чтобы ты неправильно понял потенциальное будущее между нами. Это будет только дружба.
— Понятно, — он сосредотачивается на дороге.
Глубокий вдох, я делаю решающий шаг и говорю слова, которые держала при себе целую вечность.
 — У меня кое-кто есть. Мне жаль, если я ввела тебя в заблуждение.
Проходит достаточно много времени прежде, чем он вздыхает.
 — Мне стоило догадаться, что такая, как ты, уже не одна.
Эти слова заставляют меня почувствовать себя чьей-то собственностью, но я не могу обвинить его в резкости.
 — Извини.
На этот раз в его улыбке больше теплоты.
— Не извиняйся. Ситуация не была романтичной, чтобы перейти в свидание, это не твоя ошибка, я был оптимистичен и увлёкся. Так, скорее всего, будет лучше. Зачем нам сложности на работе.
Если бы он только знал.
— Мы — музыканты — очень бурно реагируем.
Его смех заполняет автомобиль.
 — Это точно. Сегодня вечером я не лгал о весёлом времяпрепровождении. И хорошо поговорить с кем-то с работы, у кого есть прочие интересы. Я согласен на дружбу.
Улыбаюсь и киваю, и мы проводим остальную часть пути, болтая ни о чём. Мне тяжелее дышать с каждой минутой, и я не приглашаю его внутрь, когда мы подходим к двери.
— До завтра.
Он кивает.
— Ещё раз, не волнуйся о маэстро. Он всегда ведёт себя так перед новым сезоном, но это закончится через несколько недель. Тогда ты будешь волноваться больше по поводу концерта, чем занятий.
— Спасибо.
Маэстро — последний мужчина, о котором я сейчас думаю. Я жду, пока Пол уедет, достаю кошелёк, ощущая радостную волну, и набираю службу такси.
Не могу уйти с улицы, пока жду, поэтому шагаю быстро туда-сюда по тротуару перед домом.
Плохая идея. Плохая идея. Я не могу этого сделать.
Плохая идея. Плохая идея. Мне всё равно.
Такси прибывает, и я залезаю внутрь, не оглядываясь назад. Сжимаю ключ-карту в ладони и утешаю себя ощущением того, как она впивается мне в кожу, делая всё более реальным.
Всего через несколько минут мы у отеля, и я протягиваю деньги водителю.
— Сдачи не надо.
— Вы уверены?
Я киваю, не зная, сколько денег ему дала, но захлопываю дверь за собой. Делая глубокие вдохи, останавливаюсь, чтобы окинуть взглядом отель. Здание передо мной великолепное и внушительное. И у Дилана там номер люкс.
Он хочет, чтобы я ждала его голая, и мне не хочется разочаровывать его. Несмотря на голос разума, кричащий мне остановиться и уехать отсюда, не делать этого снова, я не могу противиться. Сегодня вечером я не хочу быть разумной.
Показываю ключ-карту скучающей женщине за стойкой регистрации между облицованными грубым красным кирпичом стенами и направляюсь к двойным лифтам по огромному просторному помещению с балконом, что «обнимает» здание по кругу на несколько этажей ввысь. Пытаясь не стоять, вытаращив глаза и не вертеть головой по сторонам как девушка из фильма, я направляюсь к ближайшему лифту. У меня нет времени поражаться великолепию отеля. То, что я собираюсь сделать, написано на моём лице? Могут ли люди в лобби почувствовать мое чувство вины и волнение?
Я понимаю, что это президентский пентхаус, когда оказываюсь перед его дверью.
Интерьер коридора слишком изысканен для того, что я собираюсь сделать. Вытираю руки о джинсы и использую ключ-карту, чтобы открыть замок. У меня слишком сильно дрожат руки, из-за чего открыть получается лишь с четвёртого раза, и я оказываюсь в полумраке комнаты. Как бы глубоко я ни дышала, мне не хватает воздуха.