Я ничья?...

— Сливки общества будет представлять Джеймс Ньюмарк! — Она стукнула пальцем по снимку. — Он тоже собирается жениться.
— Не смеши меня! — воскликнул сидевший напротив Брюс Скофилд, ответственный за выпуск светской хроники. — К этому красавцу тебе не подобраться.
— Да она просто назвала первое пришедшее на ум имя! — язвительно фыркнула Хорн. — Такой человек, как Джеймс Ньюмарк, ни за что не станет связываться с каким-то коммерческим каналом!
— Смею заметить, что вы на этом канале работаете, мисс Хорн, — резко напомнил босс. — Поэтому выбирайте выражения, пожалуйста! А ты, Элин, разочаровала меня. Зачем обещать то, чего ты явно не можешь выполнить?
— Но я уверена, что Джеймс Ньюмарк согласится дать мне интервью. Конечно, он не станет принимать участие в передаче, но, возможно, хотя бы согласится попозировать перед камерой вместе с Лолли Чемберс, — продолжала настаивать на своем Элин.
— Брось, детка! — Бартон махнул рукой. — Всем известно, что этот парень наотрез отказывается от общения с телевидением и прессой. Удивительно, как вообще информация о помолвке могла просочиться в газеты?
— До меня дошли слухи, что этому способствовала мать невесты, — с хитрым видом обронил Брюс Скофилд. — Думаю, миссис Чемберс заинтересована в браке дочери с Джеймсом Ньюмарком.
— И все же я не понимаю, что может заставить Ньюмарка снизойти до общения с нашей Элин. — Бартон раздраженно пожал плечами.
— Ты случайно не была в прошлом одной из его подружек? — со смехом поинтересовался у Элин Брюс.
— Нет! — вспыхнув, отрезала та.
— Тогда это пустая затея. — Бартон поморщился.
Элин помолчала, словно собираясь с мыслями. А потом решительно подняла голову.
— Так и быть, расскажу, в чем тут секрет. Видите ли, обстоятельства сложились таким образом, что Джеймс Ньюмарк приходится мне родственником. Точнее, в нашей семье всегда считалось, что он мой сводный брат…
  
1
 
Светло-золотистый «линкольн» неспешно двигался по запруженным улицам Нью-Йорка, пока не достиг высотного здания с окнами из тонированного стекла, где над парадным входом красовалась вывеска «Ньюмарк констракшн». Здесь находилась штаб-квартира обширной империи Ньюмарков.
— Отгони машину, Уильямс, — небрежно произнес высокий темноволосый человек, выходя из автомобиля и бросая ключи подоспевшему швейцару. Затем он захлопнул дверцу и направился к ступенькам.
— Трудная выдалась ночка, мистер Ньюмарк?
— Не то слово! — кивнул на ходу Джеймс, через секунду скрывшись за массивной дверью.
— Добрый день, мистер Ньюмарк! — встретила его личная секретарша Энни в вестибюле у лифта. — Ваш дядя хотел бы повидаться с вами в половине одиннадцатого.
— Он не говорил, зачем я ему понадобился?
Энни отрицательно покачала головой.
— Я разговаривала не с самим господином Ньюмарком, а с его секретарем, который просто передал мне сообщение для вас. Думаю, это имеет какое-то отношение к пресс-конференции, намеченной на одиннадцать утра. — Она почти бежала, стараясь не отстать от шефа, быстро идущего по коридору к своему офису, и одновременно сверялась с записями в зажатом в руке блокноте. — Кроме того, звонила ваша мать. Она тоже желает встретиться с вами. И еще… Примите мои поздравления. От души желаю счастья вам обоим!
Джеймс бросил на секретаршу недоуменный взгляд и открыл дверь кабинета. Затем он швырнул портфель на большой кожаный диван.
— Ладно, Энни, — сказал Ньюмарк, устраиваясь за письменным столом. — Постарайся не связывать меня ни с кем по телефону, тюка я не выпью чашку кофе, — попросил он с усталой улыбкой. — А, если ты ж тому же отыщешь мои темные очки, век буду тебе благодарен! — Джеймс откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.
— Судя по всему, вчера вам пришлось посетить какое-то торжество, — заметила Энни несколько минут спустя, ставя на стол перед шефом поднос с полным горячего ароматного кофе кофейником, сахарницей и чашкой.
— Угадала! — Ньюмарк вздохнул. Он уже не в первый раз спрашивал себя, как его угораздило принять приглашение Майка Петерсона побывать на дружеской вечеринке, устроенной по поводу дня рождения. Майку исполнилось тридцать пять лет, и он решил отметить эту дату должным образом. Празднование началось в пятницу вечером и продолжалось в течение всего уик-энда. За это время Джеймс успел неоднократно вспомнить слова матери о том, что он уже вышел из того возраста, когда можно без устали кутить ночи напролет, наслаждаясь вином, музыкой и обществом шикарных женщин. Может, и впрямь пришла пора остепениться, осесть и зажить спокойной домашней жизнью?
 
— Вы это искали? — поинтересовалась секретарша, подавая Ньюмарку солнцезащитные очки.
— Энн, ты мой ангел-хранитель! Что бы я делал без тебя?
Энни посмотрела сверху вниз на привлекательного, даже несмотря на усталость, Ньюмарка и невольно улыбнулась. Шеф был самым импозантным человеком из всех, кого ей приходилось видеть. Высокий, стройный, широкоплечий. К тому же он недавно отдыхал в Швейцарских Альпах, и потому его лицо покрывал приятный мягкий загар, великолепно сочетающийся с темными густыми вьющимися волосами.
Несмотря на то что Джеймсу Ньюмарку осенью исполнилось тридцать два года, в его волосах, особенно на висках, уже виднелись отдельные серебряные нити. Его зеленые глаза влажно поблескивали, а нос с горбинкой и красиво очерченные губы указывали на скрытую чувственность. Словом, не было женщины, которая осталась бы равнодушной к внешности Джеймса.
Впрочем, он не прилагал никаких усилий к тому, чтобы с первого взгляда очаровывать встречавшихся на его жизненном пути дам. Они сами слетались к нему, словно мотыльки на огонь.
Как быстро летит время, подумала Энни. Последние два года пронеслись в мгновение ока. С тех пор как мистер Ньюмарк начал работать в строительной компании, основанной его дедом и возглавляемой сейчас дядей, Дэвидом Ньюмарком, здесь многое переменилось. Немалая заслуга в этом принадлежит именно Джеймсу. Благодаря яркой внешности Джеймса многие считали его беззаботным светским повесой, не склонным обременять себя рутиной бизнеса. Однако многочисленные штатные работники компании, которым приходилось тесно общаться с ним, имели на этот счет иное мнение. К их числу относилась и Энни.
— Возможно, Ньюмарк и позволяет себе что-то лишнее, если речь идет о развлечениях, но работает он с еще большим рвением, — заметила она утром, после того как муж прочитал ей заметку о помолвке ее шефа.
— Мне можешь об этом не рассказывать! — усмехнулся тот. — Я лишь лелею надежду, что, когда этот парень женится, ты наконец перестанешь подолгу задерживаться на работе.
Однако вернувшись в приемную и занявшись просмотром огромного вороха бумаг, собравшихся на рабочем столе, Энни подумала о том, что мечты ее мужа скорее всего из области благих пожеланий. Шеф в любом случае останется одержимым работой человеком. И того же он будет требовать от сотрудников.
В эту минуту Джеймс снова вызвал секретаршу к себе.
— Может, хотя бы ты объяснишь мне, что происходит! — воскликнул он в сердцах. — Я только что имел чрезвычайно странный разговор с матерью. Если бы я знал ее не так хорошо, то подумал бы, что она впала в старческий маразм. — Ньюмарк взволнованно провел длинными загорелыми пальцами по волосам. — Из всей беседы я понял только, одно: мать сама не своя от счастья из-за моей якобы помолвки. Однако в моем блокноте нет никаких сведений на этот счет. Не могла бы ты пролить хоть немного света на эту загадку?
Энни несколько секунд смотрела на шефа, открыв рот от изумления, а затем издала короткий смешок.
— Будет вам, мистер Ньюмарк! Я знаю, что вы большой шутник, но раз сообщение об этом факте появилось в одной из утренних газет, думаю, не стоит держать подобную новость в секрете?
— О каком таком факте?..
— О вашей помолвке, конечно! — Энни лучезарно улыбнулась. — Уверена, что я выражу общее мнение, потому что все сотрудники компании рады за вас и желают вам и вашей избраннице счастья и благополучия в предстоящем браке и…